Анастасия Ригерман – Контракт с монстром (страница 18)

– Такими уж и выдающимися? – улыбался Макс, напрашиваясь на комплимент, но я не стала развивать эту тему.

Он галантно распахнул передо мной дверь. Из помещения послышались немногочисленные голоса первых ранних посетителей и потрясающие ароматы сдобы.

– Наверняка, через час-другой, здесь будет уже не протолкнуться, – невольно подметила я, а еще едва не прослезилась от ностальгии.

Стоило мне оказаться в этом месте, вдохнуть аппетитные запахи, увидеть всю эту обстановку вокруг, и у меня на глазах навернулись слезы.

– Юля, ты в порядке? – заметил мою растерянность Макс. Его широкие ладони опустились на мои плечи.

– Да, просто… Я думала, эта сеть давно закрылась. Такие же «Блинчики» были и в моем детстве, куда мы с родителями иногда заглядывали, чтобы встретиться с друзьями, или провести время в кругу семьи. Та же вывеска, те же продолговатые столы, расставленные вдоль окон, диваны с красной кожаной обивкой.

– Мы с отцом тоже любили это место. И всегда сидели вон за тем столом, – повел меня за собой мужчина, крепко взяв за руку.

Мы подошли к столу, стоящему рядом с большим окном, сквозь которое щедро струился утренний солнечный свет. Столешница была покрыта мягкой льняной скатертью.

– Здесь уютно, – задумчиво произнесла я, садясь на мягкий диванчик и прислоняя спину к теплой коже.

– Удивительно, как некоторые вещи остаются неизменными. Это особенное чувство, видеть то самое место, которое было частью твоей юности, и детства… Оно словно возвращает тебя обратно в прошлое, пусть даже ненадолго, – откликнулся Макс, мягко улыбаясь уголками губ и устраиваясь напротив меня.

Дыхание замерло, стоило посмотреть в его голубые глаза, полные теплоты и понимания. Официантка, молодая девушка с длинными каштановыми волосами, заплетенными в косу, направлялась к нам с приветливой улыбкой. Однако, стоило ей подойти ближе и повести в воздухе носом, как все ее внимание моментально переключилось на Макса. Даже в глазах появился особый хищный блеск.

– Доброе утро! Что будете заказывать? – спросила она мягким голосом, слегка покраснев от смущения.

Неужели все самки оборотней сразу чувствуют своего Альфу?

– Мне два блинчика с творогом и медом, – ответила я, поглаживая пальцами меню, украшенное знакомыми с детства иллюстрациями.

– Отличный выбор, – поддержал мой вкус Макс, глядя прямо на меня и тепло улыбнувшись моим словам. – Мне тоже самое, а еще яичницу с беконом.

– И чай с бергамотом, – выдали мы в один голос и тут же засмеялись, глядя друг на друга с нелепыми улыбками.

– Что-то еще? – будто не желала уходить официантка.

– Пока все, спасибо, – не глядя на нее, ответил Максим. Все это время пронзительный взгляд его глаз исследовал мое лицо, будто он пытался запомнить каждую черточку. – Вот видишь, не такие мы и разные.

В ожидании моего ответа, его взгляд стал серьезнее и сосредоточеннее. Но я не знала, что сказать, снова растерялась от его слов. Глава клана и безродная сирота… Если объективно, мы были той еще компанией. Но в целом он был прав, чем ближе мы узнавали друг друга, тем меньше становилась пропасть между нами. Или мне просто хотелось в это верить.

Пока девушка удалилась за заказом, меня накрыло странное волнение. Казалось, все в этом зале только и делали, что время от времени поглядывали в нашу сторону. Особенно женщины.

– Что-то не так?

– Объясни мне, как это работает, – заговорщически прошептала я, склонившись чуть ближе. – Я про ваше особое восприятие. Девушки оборотни будто на расстоянии тебя чувствуют. Это так?

Мне было неловко говорить об этом. Но раз я собралась жить среди волков, то и понимать, как все это у них происходит была просто обязана.

Макс насмешливо улыбнулся уголком губ, словно имел дело с ребенком.

– Я уже говорил, что запахи для оборотней имеют большое значение.

– Да, говорил.

– Но как они по запаху распознают, что ты Альфа?

– Понимаешь, – голос Макса стал тише, почти интимнее. – Запахи у нас работают не просто как средство идентификации. Они передают куда больше информации, чем обычные животные инстинкты. Каждый волк имеет уникальный аромат, как отпечаток пальца. Но когда речь идет об Альфе…

Он сделал паузу, оценивающе глядя на меня сверху вниз. Я же на нервах подхватила салфетку и принялась складывать несчастную вдоль и поперек, пытаясь упорядочить мысли.

– Ты может и не осознаешь, но где-то внутри и сама это чувствуешь. Твое тело ощущает мою силу, мое доминирование. Даже воздух вокруг меняется, становится плотнее, насыщается особым феромоном. Этот сигнал притягивает всех членов стаи ко мне. Особенно остро это проявляется перед полнолунием, когда наши силы достигают пика.

Я кивнула, пытаясь переварить услышанное. Мне казалось странным полагаться на чувства, которые выходят далеко за пределы человеческого понимания.

– Получается, именно Альфы привлекают внимание всех девушек? Разве нельзя полюбить кого-нибудь другого?

Макс усмехнулся, обнажив белоснежные зубы.

– Любовь тут ни при чем. Природа заложила в нас стремление к сильному лидеру. Самки инстинктивно ищут защиту и стабильность, которую может обеспечить только истинный вожак. Его власть и сила буквально окутывают стаю невидимым полем, заставляя подчиняться.

Мужской взгляд скользнул по моему лицу, задержавшись дольше обычного.

– Впрочем, иногда любовь действительно возникает… но сначала приходит уважение и признание власти. Если бы ты жила среди обычных людей, возможно, эта связь показалась бы вам чрезмерной. Однако мы, оборотни, живем иначе. Наши эмоции глубже, наше восприятие острее. Мы понимаем друг друга на уровне, доступном немногим смертным.

Мое сердце забилось быстрее, осознавая глубину сказанного. Я вдруг поняла, насколько сложной оказалась задача разобраться в новых правилах игры, в которой теперь участвовала.

– Значит, выбор партнера зависит от статуса в стае?

– Верно, – тихо произнес он, потянувшись ко мне рукой. Теплые мужские пальцы коснулись моих, и я нервно закусила губу. – Хотя иногда обстоятельства складываются иначе. Настоящая пара находит друг друга независимо от положения в иерархии. Просто чаще всего избранником оказывается тот, кто обладает наибольшими возможностями защитить свою семью и произвести на свет здоровое потомство.

Мы замолчали, позволяя словам повиснуть в воздухе. Насчет него все было понятно, рядом со мной сидел самый завидный жених в округе. А что насчет меня? На какие такие обстоятельства он намекал, и существуют ли они вообще, если я в их волчьей иерархии застряла на самом последнем месте, где-то между людьми и недоделанными волками?

С каждым новым днем мое нахождение в Багряной заводи, в стае Северных Волков, все больше становилось привычным. Все шло по плану: совместные утренние завтраки в столовой, тренировки с Назаром, экспресс-курс по хакингу от Тима, где я, на свое удивление, оказалась способной ученицей. Обедала я обычно на кухне в компании Евдокии, а ужинала чаще всего одна, так как мужчины имели привычку задерживаться по делам в городе.

На мое счастье, Савелия Макс старательно привлекал к делам компании, и он больше не доставал меня своими приставаниями. Кроме завтраков с младшим Гордеевым мы почти не пересекались.

Вечеров я ждала больше всего, ведь именно в это время могла что-то почитать в библиотеке, или поболтать по смартфону с братом.

– Я скучаю по дому, – жаловался Денис. – По нашим соседям, мальчишкам со двора, даже по пончикам в булочной на углу… Там люди, там все наше, родное. А здесь кругом…

– Одни оборотни, – закончила я за брата. – Но дома ни друзья, ни соседи даже не пытались нам помочь. Вспомни хорошенько, хоть кто-то из них навещал тебя в больнице? Нет, Денис, нет! Как только потребовалась помощь, они просто отвернулись, вычеркнули нас из своих жизней. Ведь так удобнее, не замечать чужих проблем.

– Ты права, – после небольших раздумий согласился Денис, и я чувствовала, как ему было больно признавать, что люди, которых он годами считал близкими, предали нас. – Врачи, хоть и оборотни, но относятся ко мне очень хорошо. Лучше, чем это было в Светоче. Или все это из-за твоего босса. Гордеевых все здесь побаиваются.

– Скорее, уважают, – дополнила я, невольно засмотревшись в окно.

Со второго этажа из моей комнаты открывался прекрасный вид. С приближением полной луны оборотни под покровом сумерек все чаще стали уходить в лес на ночные вылазки. Отправлялись ли они на охоту, разборки между кланами, или это была дань традициям, я не спрашивала. Но мне было любопытно за ними наблюдать.

– А ты знала, что один из Гордеевых, а именно родной дядя твоего Макса, и развязал войну?

– Во-первых, не моего, – дополнила я. – Да, теперь знаю. А еще знаю то, что после смерти брата отец Максима эту самую войну и закончил. После чего объявил Светоч неприкосновенным, хотя бы за его стенами даровав людям свободу.

Мои одинокие вечера в библиотеке не проходили зря. За эти дни я многое успела для себя открыть и где-то даже пересмотреть, в очередной раз убедившись, что у любой истории есть две стороны, а правда всегда где-то посередине.

– Пфф… Тебя послушать, так он прям святой, – не сдерживал Денис недовольства в голосе.

– Это вряд ли, – улыбнулась я, пытаясь сгладить напряжение между нами. – Но оборотни до сих пор скорбят по прежнему Альфе, и вспоминают его как мудрого и справедливого правителя.