Анастасия Ридд – В разводе (страница 7)
— Рабочий день уже окончен, ты можешь быть свободна. Если ты голодна…
Александр переводит взгляд на стол с едой и вдруг замечает меня. В первое мгновение его лицо отражает замешательство, но быстро сменяется такой знакомой улыбкой.
— Я вам не помешала? — язвительным тоном спрашиваю я.
— Ника, привет, — Уваров поднимается с места и идет ко мне. — Конечно, нет. Познакомься, это мой надежный партнер Лиза Максимова. Лиза, это моя жена Вероника.
— Очень приятно, — сдержанно кивает она. — Ты не говорил, что женился.
— Неужели он должен был сообщить об этом факте? — насмешливо спрашиваю я.
Лиза молчит, окидывая меня уничижительным взглядом. В ее глазах вспыхивает недобрый огонек, но, разумеется, только я замечаю его.
— Думаю, мне действительно уже пора. Хорошего трудового вечера, Саш. До свидания, Вероника.
Цокая каблуками, эта охотница за чужими мужьями выходит из кабинета. Когда мы остаемся наедине, я даю волю своим чувствам.
— Ужин, шампанское… Ничего не хочешь мне сказать?
— Лиза с Костей, Илии помощником, пили шампанское, у меня, как видишь, чай. Что за подозрения, Ника? — хмурится он. — Примчалась сюда для чего? Уличить меня в том, чего нет?
Я ничего не отвечаю, лишь молча разворачиваюсь и вслед за Лизой выхожу из кабинета супруга. Только на пороге останавливаюсь и негромко произношу:
— Я хотела поужинать вместе. Только и всего. Хорошего вечера.
Глава 4
Это мой первый поцелуй за два года, и, надо сказать, ощущаю я себя необычно. Не могу сказать, что мне неприятно. Это не так. Приятно. Просто эта неожиданная близость не вызывает тех ощущений, от которых в животе должны порхать бабочки.
Наверное, ощущения бабочек случаются лишь в юности, когда ты наивен и влюблен. А с годами подобные чувства притупляются. Но мне сравнивать не с чем, ведь в моей жизни был только один мужчина — и это мой бывший муж. Хотя вспоминая родителей и их трепет друг к другу даже спустя столько лет, хочется верить, что бывает и по-другому.
— Прости, Ника, я не сдержался, — Андрей виновато смотрит мне в глаза.
— Ничего, — отрицательно качаю головой.
— Рано или поздно это должно было случиться, — на выдохе произносит он.
— Наверное, — отвечаю неуверенно.
— Присядем за столик? — предлагает он, переплетая наши пальцы.
— Андрей, я хочу уйти, — честно признаюсь я.
— Это из-за поцелуя? Тебе некомфортно?
— Дело не в этом, — я немного лукавлю. — Я изначально не очень хотела ехать. В последнее время я днями и ночами пропадаю на работе, вот и накопилась усталость.
— Тогда поехали домой, — мягко произносит Гусев. — Я тебя отвезу.
— Хорошо. Я только отлучусь в уборную ненадолго, — не дождавшись ответа, я быстрым шагом выхожу из ресторана.
Спустя несколько минут я возвращаюсь в зал, чтобы попрощаться с именинником, но в здесь никого нет. Зато с улицы раздаются хлопки, похожие на фейерверк. Я выхожу на террасу, где как раз и толпятся все собравшиеся, нахожу Тимура и еще раз поздравляю его с днем рождения. Он благодарит меня за приятные слова, сказанные в его адрес, после чего я покидаю ресторан.
Не стоило приходить. Это была чертовски плохая идея. Чутье подсказывало, что что-то не так, но я не прислушалась. И не в первый раз, как оказалось.
Спустившись вниз, я иду на парковку неспешным шагом, вдыхая теплый летний воздух. Как же давно я вот так не прогуливалась по улицам города. Мама с Алисой часто ходят в парк, раньше я тоже выбиралась с ними, но в последние три недели мне катастрофически не хватает времени. Я и сама страдаю от этого, ведь моя дочь видит бабушку гораздо чаще, чем меня. Правда, есть одно большое но! Если я брошу даже небольшую часть своих дел, то мы рискуем остаться ни с чем, а я не могу этого допустить.
— Ты ведь знаешь, что делать с гнильем вроде него, — до меня доносится жесткий голос Андрея. — Да, Марат. Он не понимает по-хорошему. Значит, будем действовать по-другому.
Гусев замечает меня и, быстро попрощавшись с собеседником, убирает мобильный в карман. Он делает два шага ко мне навстречу, внимательно изучая мое лицо. Наверное, хочет понять, что я думаю по поводу случившегося.
— Все в порядке? — киваю на карман, куда Андрей убрал мобильный.
— Да так, — отмахивается он. — Рабочие моменты. Ищем крысу, из-за которой потеряли многомиллионную заявку.
— Как продвигаются поиски? — задаю вопрос не из-за интереса, а для того чтобы поддержать разговор и избежать темы случившегося. Я не уверена, что готова это обсуждать.
— Пока не очень, — он отрицательно качает головой. — Но все в процессе.
— Понятно. Поедем?
— Ника, мы можем поговорить? — тихо говорит он, по-прежнему не отводя взгляд от моего лица.
— Уверен, что это необходимо? — склонив голову набок, задаю прямой вопрос.
— Не уверен, но иначе нельзя. Мы ведь оба это понимаем.
— Тогда давай поговорим, — соглашаюсь я. — Здесь?
— Можем по дороге. Как хочешь, — пожимает плечами.
— Тогда давай пройдемся, — неожиданно предлагаю я.
Какое-то время мы с Андреем идем молча по широкой улице. Я невольно разглядываю старинные здания, читая одними глазами прямоугольные таблички, которые встречаются на некоторых из них. Андрей же украдкой наблюдает за мной, выжидая момент. Или же он как и я наслаждается приятным теплым вечером.
— Я надеялся, что однажды у меня появится шанс, Ника, — негромко начинает Гусев. — В тот момент, когда ты сообщила о разводе, я понял, что должен быть рядом.
— Андрей, до того момента мы с тобой были лишь детьми наших отцов, которые дружили долгие годы, — честно говорю я. — Не друзья и даже не приятели.
— Но ведь все изменилось, — возражает он.
— Да, изменилось. И я бесконечно благодарна тебе, что в трудный момент ты был рядом… — замолкаю, — и продолжаешь быть.
— Ты всегда мне нравилась, Ника, — в его словах слышится искренность. — Я и сам не понял, в какой момент симпатия переросла в нечто большее.
— Андрей…
— В тот момент я хотел быть просто твоим другом, в плечо которого ты всегда можешь поплакать, когда на душе скребут кошки, — продолжает он. — Я никогда не заикался о чем-то большем.
— До сегодняшнего поцелуя, — коротко киваю.
— До сегодняшнего поцелуя, — подтверждает Гусев.
— Я хочу быть для тебя не просто другом, — заключает Андрей, останавливая меня.
Он берет меня за запястье и разворачивает к себе — в его глазах отражается теплота и нежность. Я не разделяю чувств, которые испытывает Гусев, но симпатия и благодарность у меня есть. Может, их будет достаточно, чтобы построить крепкую семью? А любовь… Может, и без нее все будет хорошо?
— Мне нужно время. Я не хочу торопиться, — наконец отвечаю я. — Поехали домой.
— Хорошо.
Андрей переплетает наши пальцы, и мы возвращаемся к машине. Гусев тянется к ручке двери, но прежде, чем открыть ее, он целует меня. Я отвечаю на поцелуй, пытаясь вложить в него хоть каплю чувственности. Тщетно. Похоже, с этим у меня серьезные проблемы. Ладони мужчины опускаются на мою талию, и наши тела оказываются слишком близки друг к другу. Упругое тело Андрея буквально припечатывает меня спиной к двери внедорожника.
Вдруг мне становится некомфортно, как будто на парковке появился кто-то еще, и я открываю глаза, упираясь руками в грудь мужчины. Неподалеку от нас хлопает дверь черного внедорожника, а затем он резко срывается с места. И я готова поспорить, что за рулем того автомобиля находится мой бывший муж.
— Ника? — удивляется мама, когда я переступаю порог нашей небольшой двухкомнатной квартиры. — Ты почему так рано?
— Ой, мам, даже не спрашивай. Лисенок спит? — замираю.
— Да, час назад только уснула. Все крутилась, вертелась. Наверное, зубки лезут, — предполагает мама, скрещивая руки перед собой.
— У нас на следующей неделе запланирован прием у педиатра. Пойдем прививку ставить, сразу и зубки посмотрим.
Я сбрасываю босоножки и прохожу в кухню. Мама идет следом. Она включает чайник и достает из холодильника пирожки, которые испекла сегодняшним утром.
— Чай с пирожком?