Анастасия Разумовская – Ворон, каркни на счастье (страница 70)
— Нет, но… это очень… быстро и…
— А времени ждать больше нет, Аврора. Враг под стенами. Или вас выдать кагану? В конце концов, зачем нам строптивая принцесса?
— Как вы смеете! — она вспыхнула остатками гордости.
Кретьен сжал лёгкие светлые волосы в кулак, натягивая вниз и заставляя запрокинуть лицо. Снова поцеловал, грубо вторгаясь языком в рот. Девушка упёрлась ладонями в его плечи, но герцог, закалённый в боях и тренировках, не заметил её сопротивления. Аврора замычала ему в рот, дёрнулась, вдруг ощутив, как он поднял её юбки, и шершавая широкая ладонь легла на её бедро, а затем двинулась выше, выше. Принцесса замерла от ужаса.
— Вот так, — прохрипел Кретьен. — Слушайся меня. Как преданная жена должна слушаться мужа. Твоя задача — рожать мне сыновей. А говорить ртом оставь мне.
Он нажал на её ягодицы, заставляя прижаться к его паху, и Аврора почувствовала, словно в неё упёрлось что-то каменное.
— Кретьен, — в отчаянии зашептала она. — Пожалуйста… Мы ведь ещё не женаты…
Герцог заглянул в её лицо и, видимо, то, что он увидел, ему очень понравилось. Пьяно выдохнув, мужчина прорычал:
— К чёрту. Хочу сейчас. Не бойся, потом я на тебе женюсь. Не брошу.
И коротко заржал. А потом пояснил, ухмыляясь:
— Не выпендривайся. У тебя нет выбора, Аврора. Ты должна сейчас искупить вину перед мной. Хотя бы отчасти. Хоть немного.
— Нет, — прошептала девушка и рванула, но её тотчас швырнули обратно.
Аврора закричала. И сразу же завопил Кретьен. Железные пальцы выпустили тонкие волосы. Девушка упала и поползла прочь. А потом сообразила, что герцог вопит от боли. Обернулась.
На полу, сжав низ живота руками, корчился обидчик. Из его пальцев сочилась кровь. Рядом рычал… Гарм? Кажется, так звали пёсика Элис?
— Элис? — прошептала Аврора, вся дрожа. — Элис здесь? Но откуда? И… каган захватил город?
Пёсик снова прыгнул на герцога, укусил за нос, рванул, оставляя рваную рану, а затем обернул мордашку к принцессе. Облизнулся и вдруг улыбнулся, высунув язык.
Аврора замерла. Застыла. Протянула к нему руку, вглядываясь.
Герцог выхватил кинжал и попытался ударить пса. Тот легко отскочил, цапнув зубками волосатую руку.
— Эй? — недоверчиво прошептала Аврора. — Эй… это ты?
Кретьен так и не понял, что его убило. Откуда возник светловолосый парень, который ударил ногой по запястью герцога, выхватил кинжал и… Дальше де Равэ уже ничего не успел увидеть.
— Ты его убил, — потрясённо прошептала девушка. — Ты убил его, Эй…
— Повезло мудаку, да? Даже не помучился как следует.
Он подошёл к ней, точь-в-точь такой, каким она его помнила… вспомнила. Вихрастый, в дублете цвета бычьей крови, в джинсах, ухмыляющийся зло и радостно, с блестящими светло-карими глазами. Вот только осунувшийся, посеревший, с синеватыми тенями вокруг глаз. Аврора протянула руку и неверяще коснулась его лица. Пальцы уколола щетина. Эй на миг закрыл глаза. Потом взял её за руки, лизнул кровоточащие костяшки:
— Осень, уходим. Скоро здесь будет жарко.
Яша, Эй, Дезирэ — у него много было имён — наклонился, снял с ещё дёргающегося в конвульсиях смерти герцога перевязь, надел на себя, подхватил плащ, накинул себе на плечи, капюшоном скрыл светлые волосы.
— Он… из-за меня убили его отца… Белоснежка убила. Не отца, а любовницу мужа, но из-за меня они смогли… и я… А ты…
— Всё тебе наврали. Обвели вокруг пальца, как лохушку. Пожалуйста, мелкая, давай, соберись. Не время для истерик.
— Они поймут, что это не Кретьен, — прошептала Аврора, чувствуя, как её начинает бить дрожь.
Её обманули? Снова? Ситуация повторяется. Неужели всё в мире обречено повторяться? Голова кружилась от хлынувших воспоминаний, прорвавших дамбу колдовства.
— Не поймут.
— Ты ниже его ростом, ты…
— В коридоре полумрак. Они знают, что, кроме вас двоих, здесь никого больше не было. Люди смотрят и ни хрена не видят. Они увидят плащ. Всё, им хватит. Пошли. Стоп. Надень.
Он поднял с кровати тёплый плащ принцессы, закутал её.
— Идём венчаться, — заржал весело и потащил за собой.
Осень обмерла от ужаса, когда лже-герцог решительно прошагал мимо равнодушной стражи, таща немного упирающуюся невесту за собой.
— Пошевеливайтесь, Ваше высочество, — велел хрипло и раздражённо, но так тихо, что опознать голос ни у кого возможности не было.
Стража не отреагировала и на это. Вытянулась привычно и безучастно, и Аврора в ужасе подумала, что, даже если бы герцог начал избивать её на глазах у этих людей, они бы и не пошевелились: смотрели бы таким же тупым и равнодушным взглядом.
На лестнице она вырвала свою руку из руки Эйя и попятилась.
— Я никуда с тобой не пойду.
Дезирэ обернулся, прищурился.
— Это ты меня заколдовал! Я всё вспомнила. Ты лишил меня памяти, ты…
Он шагнул наверх, обнял девушку, очень мягко, коснулся носом носа и лизнул его:
— Привет, истерика. Осень… тихо, мелкая.
— Это не истерика! Просто ты — чудовище. Ты меня бросил…
— Я тебя спас, — без тени улыбки сказал Дезирэ. — И тебя, и весь мир. Других вариантов не было. Мир я спас тоже для тебя. Ну и по приколу. Пока ты спала, бездна не могла его сожрать — ведь сказка не закончилась. А этот мир — мир сказок. Бездна не могла его сгрызть, пока сюжет одной из них не завершён.
Осень зажмурилась. От него по-прежнему немного пахло псиной.
— Ты бросил меня, — всхлипнула она. — Меня должен был разбудить добрый человек, не ты!
— Или не человек. Главное, чтобы добрый, — усмехнулся Дезирэ и потёрся щекой о её волосы. — Прости. Я идиот. Ну просто я хотел, чтобы ты была счастлива.
— Без тебя?
Дезирэ насмешливо тяфкнул и прикусил губу с досадой.
— Ну, я же монстр. Типа того. Вот и сейчас ты же не хочешь идти со мной, да? А придётся, — провокационно заметил он.
Осень сердито посмотрела на бывшего пса бездны.
— Это казуистика. Это…
— Да моя ж ты умная женщина! — восхитился парень. — Вот что значит: высшее образование! Какие клёвенькие слова ты знаешь.
Принцесса покраснела. Он подул ей на лоб.
— Потом разберёмся, зайчишка. Сейчас бежим. Потом можешь меня прибить, если захочешь. Было бы неплохо вывести из замка своих, пока Элис всё не разгромила нахрен.
— Элис? Но она…
— Потом. Всё потом. В храме есть тайный ход. Давай, мелкая, ты ж у меня умница. Вот выберемся из этой западни, победим Бездну, и тогда ты со мной разберёшься. Можешь на горох в угол поставить. Это, кстати, очень больно. Ок?
Осень молча взяла его за руку, и они снова побежали вниз.
Но когда подскочили к закрытым дверям полуподземного храма, до беглецов донеслись звуки человеческих голосов, и Эй тотчас замер, закрывая собой девушку.
— Это вы так говорите, Ваше величество. Меж тем простая логика свидетельствует: никому, кроме вас, смерть несчастной герцогини была не нужна. Понятно, что вы хотите спасти вашу жизнь…
Аринвальд. Шарль, герцог Ариндвальдский. Это его сухой, точно пересохшая зимой земля, голос.
Дезирэ молча сжал руку Осени.
ПРИМЕЧАНИЕ