Анастасия Разумовская – Цена любви и мести (страница 31)
Свобода? Так близко? Рискнуть и разом покончить со всем тем ужасом, в который она погрузилась с головой? Ирис стиснула пальцы. Ей стало страшно.
— Вы ошибаетесь, — холодно произнесла она, постаравшись придать лицу невозмутимость. — Его Светлость очень добр ко мне, и я здесь нахожусь по собственной воле.
Исольв проницательно глянул на собеседницу, поклонился.
— Простите мою дерзость, Ваше Высочество. Я всего лишь неразумный старик.
— Напротив, я благодарна вам за тревогу обо мне. Но уверяю вас: она беспочвенна. Ваша Светлость, прошу вас: закажите упокоительную службу в храме по моим родным.
— Вам не стоит меня просить о таком. Это мой долг. Завтра же буду в храме.
— Кроме принца Дайна. Его Высочество со мной. И ещё… вы знаете о том, как погиб принц Эйв? Мне неизвестно ничего о том, что случилось с моим старшим братом.
Дыхание перехватило, принцесса резко замолчала, чтобы слёзы не прорвалась в голос.
— Боюсь, что нет, Ваше Высочество. Когда войска вторгаются в город, это всегда чревато крайним хаосом. Одно можно сказать наверняка: среди раненых, попавших в госпиталь, принца нет.
— Вы думаете… — голос всё же дрогнул, выдавая волнение, — Эйв может быть жив?
Исольв вздохнул:
— Будем уповать на чудо, Ваше Высочество. Но боюсь, что… Если бы наследник был жив, мы бы уже что-то о нём услышали. Шесть дней, моя принцесса, шесть дней прошло с ночи переворота. Герцог Ширан не сразу овладел всеми узлами железных дорог, всеми трактами и другими путями выбраться из захваченной Мурсии. Но ни от шести стражей, ни из Барсова королевства — ниоткуда я не получал информации о спасении принца Эйва. Боюсь, что это значит лишь одно.
Ирис постаралась выровнять дыхание. Не стоило тешить себя глупыми надеждами: Эйв мёртв. Наследником стал Дайн. А она, Ирис, теперь самая старшая в семье. И больше ей рассчитывать не на кого.
— Благодарю вас. Тогда прошу, закажите службу.
Исольв поклонился. Принцесса присела в реверансе и направилась к ожидающему её на ступеньках Баэрду.
— Ваше Высочество!
Ирис обернулась. Герцог прошептал одними губами:
— Мой человек всё же будет ждать вас до полуночи.
Снова поклонился и распахнул дверцу кареты. Ирис хотелось бежать сломя голову. Эмоции разрывали на части, но она осторожно подхватила пальчиками юбку и нарочно замедлила шаг.
Свобода, свобода! Так близко — протяни руку и возьми. Надо лишь немного рискнуть. Ширан уезжает до утра, то есть Ирис не составит ни малейшего труда поздним вечером спуститься во двор. Там её будет ждать верный человек, и — бежать. Прочь от человека, который дрессирует её под собаку. Прочь, прочь!
Если надо будет выйти замуж за Исольва — она перетерпит. Ирис уже не была ребёнком, она понимала, что восточным герцогом движет отнюдь не доброта: стоит ему жениться на последней женщине рода Белогурдов, и вряд ли против его прав на престол возразит хоть кто-то из прочих герцогов. Ну, кроме Ширана. Но Ширан лишь один из восьми. Даже полудемон не сможет справиться с семью стражами.
Хотя ведь есть ещё Дайн. Значит, Ирис не даст своему супругу права на престол. И всё же, женитьба на ней даёт много. Исольв может стать регентом и воспитать короля…
— Проведите меня, пожалуйста, к брату, — вежливо попросила Ирис.
Баэрд молча поклонился.
Они вернулись в замок, прошли анфиладу парадных залов.
— Прошу вас, — верный пёс герцога открыл дверь в комнату на первом этаже.
Ирис вошла и замерла.
Когда только он успел?
Уютная комната в мягких голубых, зелёных и немного жёлтых тонах. Ковры. Три высоких окна с витражами рыцаря, побивающего дракона. Ярко пылающий камин. Цирасский ковёр. А на полу… Древние! На полу текла извилистая река. Что-то вроде жёлоба, действительно наполненного водой. На одном берегу — золотой замок, на другом — серебряный. Солдатики. Крохотные всадники. Пушки… И — корабли под парусами, плывущие по искусственной реке.
Разрумянившийся от игры Дайн поднял голову и посмотрел на сестру. В его руке его была трёхмачтовая каравелла.
— Здравствуй, — растерянно прошептала Ирис, прислонившись к двери.
Непрошенные слёзы выступили на глазах. Это был тот, прежний Дайн — упитанный здоровячек с кудрявыми вихрами светлых волос.
— Ты видела? — радостно воскликнул принц. — Посмотри!
Он вскочил, перепрыгнул через реку с локоть толщиной, подбежал к сестре, протягивая каравеллу.
— Пушки, представляешь? Они стреляют! Правда-правда. Вот, смотри. Сейчас покажу!
От возбуждения Дайн слегка повизгивал. Ирис попыталась обнять брата, но тот вывернулся, бросился обратно, опустил игрушку на воду.
— Вот смотри, вот сюда нажимаешь и…
Пуф!
Крохотные пушечки выстрелили крохотными шариками, и несколько солдатиков на берегу упали.
Дайн заплясал от радости, а потом запрыгал, не в силах сдержать своих чувств:
— Видела, видела? А хочешь, покажу тебе поезд? Настоящий! Он по рельсам ездит… Я на нём армию перебрасываю. А ещё мост, но мост я разобрал.
— Откуда у тебя… — слабо прошептала Ирис.
— Ширан подарил. Он такой! Такой! — Дайн задохнулся от восторга. Шмыгнул носом. — Я так рад, что мы здесь, Ирис. Надеюсь, Эйв ещё не скоро явится, чтобы нас забрать. Хотелось бы тут побыть подольше…
Принцесса сглотнула, непонимающе уставилась на брата.
— Кто явится? — спросила глухо.
— Эйв. Нет, Эйва я тоже люблю, но Ширан… А ещё он мне лошадь обещал. Настоящую, прикинь? Я ему говорю: папа не разрешит, папа говорит, что мне нужно подрасти, а Ширан такой: «ты уже вырос, Дайн. Ты — мужчина, а мужчине нужна лошадь и сабля».
Дайн завизжал и снова запрыгал, не в силах сдерживаться.
— Эйва
— Да-да, говорю ж тебе. Эйв тоже нормальный, но…
Принцесса подскочила, схватила брата за шиворот и с силой тряхнула.
— Ты рехнулся? — зашипела, дрожа от злости. — Дайн, ты совсем не помнишь,
Дайн побледнел, заикал испуганно:
— П-помню… из п-преисп-подней в огне и пламени яв-вился д-демон и… — забормотал он, в ужасе вытаращившись на сестру.
— Ты не помнишь, что делал Ширан в тронном зале, когда убили маму? — прохрипела Ирис, не в силах сдержать гнева.
— Убил демона и всех спас, — искренне пропищал Дайн, моргая круглыми невинными глазами. — Ну то есть, не всех… Нас с тобой. Остальных не успел…
— Убил демона?
Ирис так растерялась, что выпустила рубашку брата из рук и сама захлопала глазами. Дайн удивлённо посмотрел на неё:
— Ну да. Саблей его раз-раз, рога ему — хрясь — и отрубил. А тот давай хохотать, взлетел вверх и крыльями замахал. И молнии в темноте. И пожар. А Ширан такой: я тебя не боюсь, йотпа. И саблей его — раз-раз — и покрошил.
И он замахал рукой, показывая, как именно рубил демона герцог-спаситель.
— Дайн, — прошептала Ирис, — наших родителей убил герцог Ширан.
Мальчик насупился. Его губы задрожали. Толстые щёчки налились краской.
— Врёшь ты всё. Ты врушка, Ирис. Врушка-хрюшка-потапушка! Ты его просто не любишь. Потому что дура! Я скажу Ширану, чтобы он на тебе не женился. Потому что ты круглая дура. Меня он послушает. Я теперь король.
— Что?!
— Король, — Дайн на всякий случай отступил и добавил деловито: — Ну, раз все умерли, то король теперь я. Так Ширан сказал.
Ирис задохнулась. Ей хотелось ударить его. Встряхнуть как следует. Наорать. Выплеснуть всю ярость и боль, но принцесса лишь стиснула кулаки. Дайн слишком маленький. И глупый. И может быть, даже лучше, что фантазия спрятала от мальчика жестокую правду.