Анастасия Разумовская – Невеста трех ветров (страница 29)

Андраш тоже вскочил и устремил гневный взгляд сверкающих глаз на брата.

— Я мог бы нарушить все правила ещё по дороге сюда, Джерго, — резко сказал он. — Если бы хотел…

— Ну и нарушил бы.

Северный ветер распрямился, засунул руки в карманы и презрительно усмехнулся.

— Ты понимаешь, что мы теперь вправе требовать замены невесты? — тихо спросил Иштван. — Не думаю, что ошибусь, если предположу, что девочка к тебе уже не столь равнодушна, как в начале…

— Джерго, — устало заметил Келемен, — ты же знаешь, что равнодушие невесты — залог возможности выжить для твоих братьев. Ты заботишься о посторонней девушке, но этим обрекаешься на смерть собственных братьев. На нечестную смерть.

Северный ветер пожал плечами:

— Отец, давай будем откровенны. Со мной мои братья оба обречены и так. Что с невестой, что без.

— Самовлюблённый болван, — проворчал Андраш, кусая губу, чтобы удержаться. Было видно, что ему хочется броситься на брата и прямо сейчас выяснить, кто сильнее.

— Банально, — рассмеялся Джерго. — Придумай что-нибудь интереснее. Хотите отстранить невесту? Отстраняйте. Вот только новую должны будут выбрать все трое ветров. Давайте. А я посмеюсь.

Он поднял стул, перевернул его задом наперёд и сел верхом, облокотившись о спинку.

— Мы не будем менять невесту, — тихо сказал Иштван, — мы заменим ветер.

Джерго резко обернулся к нему.

— В смысле?

— Север, — глухо сказал Андраш, — ты нарушил традиции и правила. Для тебя это не впервой, дело привычное. Но вот эти традиции и правила, которые касаются испытания, ты нарушать был не должен. И да, это является основанием…

— Ты перестанешь быть ветром, — тяжело уронил Келемен.

— И кто же им станет?

Джерго вскочил, рука его легла на саблю, но это было скорее машинальное движение.

— Акош.

Имя упало, будто кусок скалы в озеро. Джерго прищурился.

— Это будет убийство, — заметил он холодно. — Простое убийство. Как и в случае с девочкой. Отец, ты, конечно, знаешь, что Акош, как только станет Северным ветром, вряд ли даже до испытания доживёт.

— До испытания он доживёт, — не согласился Келемен.

— Тебе настолько жалко девочку? — прошептал Иштван. — Ты стал к ней неравнодушен, Джерго? Если всё так серьёзно, возьми и увези её. Мы заменим вас обоих.

— Рехнулся? — уточнил Северный ветер. — Хорошо, уговорили. Я отыграю всё обратно и верну с невестой прежнюю дистанцию. С одним условием: вы оба — Андраш и Иштван — будете её обучать. Да, я привык убивать. Мне плевать, умрёт виноватый или невинный. Но я предпочитаю интересную игру, а не просто истребление мышей. Сделайте игру интересной.

— Чтобы потом ты нас вызвал на суд ветров? — недоверчиво хмыкнул Иштван.

— Суд ветров — это мы. Четверо, — процедил Джерго. — Если никого за это время не настигнет слабоумие, то вы будете помнить мои слова.

— И ты не передумаешь снова? — уточнил Андраш.

— Зачем? Мне меньше забот, если вы возьмёте это дело на себя.

— И ты не обвинишь нас? — начал Иштван, но Джерго расхохотался.

— В чём? Даже если девчонка влюбится в одного из вас, мне плевать. Я — Северный ветер. Я не играю честно. Попробуйте, обойдите меня: влюбите её в одного из вас. Но я хочу равных игроков. Нет ничего паршивее игры со слабыми соперниками.

— Невеста тебе не соперник, — заметил Андраш, — и мы…

Север фыркнул.

— Это временно. Если вы хоть немного умны, то постараетесь перетянуть её на свою сторону. Тем более, что я даю добро. Дерзайте. Мне никто не нужен. Север — это север. Я верно понял, что это были все вопросы ко мне?

Келемен задумчиво кивнул.

— Отлично. Я зверски устал. Доброй ночи, приятных полётов. Дуйте, пока можете.

И Джерго вырвался из кабинета так же стремительно, как и влетел. Он пронёсся по винтовой лестнице вниз, вырвался из двери и запрыгнул на лошаваса, тотчас переводя его в галоп. Север душила ярость. Хуже всего было то, что он понимал: братья правы. Невеста не должна быть неравнодушна ни к кому. Желательно не только из ветров, но и вообще. Если невеста влюблена в ветра, шансы выжить у других… Да их почти нет. Если не в ветра… Невеста неизбежно погибнет.

Всё верно, всё так, но…

Но желание всех убить и всё разломать от таких мыслей становилось лишь сильнее. И, как всегда, стихия отзывалась на его настроение. На черноту неба стремительно надвигалась пелена белых облаков.

Будет пурга. Настоящая, северная пурга.

Акош — не вариант. Слабый, словно весенний росток моркови, самовольно проклюнувшийся в подвале. Он был на год старше Джерго. Акош по праву рождения должен был стать Северным ветром, но… Конечно, никто даже не рассматривал болезненного мальчика не только как северного, но и вообще любого ветра.

Джерго нёсся, сломя голову, по лесу, сосны которого начали стонать от поднимающегося холодного ветра. Где-то вдали встревоженно завыли волки.

Лошавас перемахнул через бурелом и замер. В слабом отсвете снега виднелись чёрные развалины, и Джерго только сейчас осознал, что подсознательно знал, куда направляется. Он спрыгнул со скакуна и направился к башне проклятого замка. Замок Нандора, первого убийцы собственных братьев и отца… Развалины, оживающие раз в два десятилетия на красную луну. В остальное время — обычные камни, покрытые молодыми сосёнками, кустарником, мхом и сетью трещин…

Обычные ли?

В последнее время у Джерго возникли основания считать, что это не совсем так.

Впереди, лицом к замку, Ветер заметил невысокую женскую фигурку в зелёном платье. Казалось, её совершенно не беспокоит холод. Ветер трепал русые косы. Джерго скинул плащ, подошёл к девушке и накинул ей его на плечи. Обнял, встав рядом.

— Западное море замерзает, — тихо сказала она, не оборачиваясь.

— Отличная новость, — хмыкнул Джерго. — Повоюем.

— В этот раз всё будет не так. Она стала сильнее.

— Я не верю в пророчества и предчувствия, Михэли. Ты же знаешь. И тем более — в сны.

— Ты злишься, и дует ветер с севера, — не оборачиваясь возразила та. — Андраш радуется — приходит ветер с востока. Иштван…

— Это — естественно и понятно, — фыркнул Джерго, — это — само собой. Природные явления. Но сны, видения и всё такое — это бред. Сказки.

— И у тебя никогда не было сна, который не был сном?

Девушка обернулась и посмотрела на него чёрными блестящими глазами. Север рассмеялся.

— Не поверишь, меня уже спрашивали об этом. Был бред, галлюцинации. Очень забавные, к слову. Башня, девица, дракон… Всё, как в самых тупейших сказках. Но это объясняется тем, что я умирал. Такое обычно видят перед смертью, когда путается сознание. Однако я смог выбраться из бреда и из леса. Я выжил. И мой рассудок тоже вернулся в норму. Как видишь, я не отправился в странствие за девушкой из сна, которая спасла мне жизнь.

— Ты считаешь, что я — сумасшедшая?

Михэли нахмурилась.

— Конечно, — Джерго пожал плечами и улыбнулся ей. — Это очевидно.

Он подхватил её на руки, закружил, а затем посадил на лошаваса и вскочил позади.

— Босиком стоять в снегу — не самый разумный поступок, сестрёнка. Не согласна?

Север засвистел, и верный лошавас повернул обратно.

Глава 13

Тюленька в пурге

Красноволосая снова стояла на площадке. Но в этот раз она смотрела не в сторону Ларии, а в окно. Окно, которого раньше, конечно, не было.

— Не убегай. Я тебя не трону, — сказала колдунья, не оборачиваясь.

Лария замерла у стены.

— Скажешь, кто вытащил тебя из сна?