Анастасия Разумовская – Невеста трех ветров (страница 26)

— Ты же говоришь.

— Пфе, — фыркнул Джерго, — сравнила. Твоя беда, мышь, что ты не умеешь веселиться.

— А что здесь весёлого? — Лария действительно начала задыхаться. Она остановилась и гневно продолжила: — Я — невеста не пойми кого. Мне ни один из вас вообще не нравится! И я вам — тоже не нравлюсь. Я здесь не по своей воле. Впереди испытание, в котором я могу погибнуть… Да ещё эта… Зима. Ненавижу зиму!

Джерго тоже остановился.

— Все то, что ты перечислила, это весело, — рассмеялся он. — И очень смешно. Ты можешь лить слёзы, а можешь наслаждаться. Ты — невеста трёх парней, трёх ветров. Не знаешь их? Так отлично: можно узнать. Это весело. Не нравятся тебе? Так ты их не знаешь. Не нравишься им? Так ещё смешнее.Прикинь, трое мужиков, которых ты не знаешь, должны будут убивать друг друга ради тебя. Ну не смешно ли?

— Умереть просто от смеха, — сумрачно отозвалась девушка.

— Не по своей воле… Так ты и на свет появилась не по своей воле. Какая разница? Испытание — самое весёлое из всего, что ты перечислила. Рискнуть и сразиться, и чем менее известно с чем, тем веселее. А зима… Чем тебе зима не угодила?

— Снег. Холод. Лёд.

— Вот ты зануда! Беги давай, чего остановилась?

Он вдруг наклонился, сгреб снег. Лари догадалась раньше, чем успела осознать, и бросилась бежать от него. Но Ветер всё равно догнал, повалил на снег…

— Нет… пф-ф… не…

Лария брыкалась, пытаясь увернуться от снега в лицо, но Джерго, оседлавший её талию, не давал такой возможности, пока снег не закончился. Затем вскочил.

— Живая, — заметил, — а притворялась дохлой. Беги давай. За каждую остановку будет снежная ванна.

— Ненавижу тебя! — прошипела Лария, с трудом поднимаясь.

— Неравнодушна — уже прекрасно, — рассмеялся он. — Ну давай, барсучиха. Ковыляй. Можешь на четырёх, если тебе так удобнее.

— Урод, — прорычала девушка, но действительно побежала. И — странное дело — мир перестал кружиться перед глазами.

— Да ладно, — фыркнул он, — не ври, я — красавчик.

— Моральный урод.

— А, ну тогда ладно. Так бы сразу и сказала. Спасибо, конечно, за признание в любви, но, прости, это невзаимно.

— Я тебе не признавалась!

Лария возмущённо бросилась на него, но Джерго развернулся и прибавил хода. Девушке срочно нужно было ударить его. И как можно больнее. Всё внутри просто кипело от злости. И Ветер был рядом — вот он, вот ещё чуть-чуть и рукой достанешь… И она почти-почти схватила его, когда они уже подбегали к турнику, но споткнулась и растянулась во весь рост. Правый локоть полоснуло огнём.

Лария встала на колени, схватила левой рукой правую руку и заплакала. Джерго опустился рядом, обнял девушку за плечи.

— Ну пореви, ладно, — шепнул. — Понимаю, обидно, что у меня к тебе нет никаких чувств…

— При чём тут это? — возмутилась Лария сквозь слёзы. — И вовсе я… Я сказала, что ты — моральный урод…

— А хорошие девочки всегда любят плохих мальчиков. Или ты не знала? — рассмеялся он. — Ну всё, не плачь. Так и быть, я тебя поцелую. В качестве награды.

— Даже не думай! — Лария отпрянула. — Вовсе не… Ты вовсе не нравишься мне! Ты отвратительный, злобный, ядовитый и… и холодный, как…

— Зима? — подсказал Джерго, улыбаясь.

— Да! Ненавижу тебя, как зиму!

Северный ветер встал, и девушка тоже поднялась, чтобы не оказаться у его ног.Рука ещё ныла, но уже было терпимо.

— И всё же ты молодец, — кивнул Джерго. — В твоём состоянии пробежать круг это почти подвиг. А, главное, не ныла и не просила пощады. Пожалуй, стоит тебя поощрить…

Лария попятилась.

Царевич приподнял бровь и высокомерно взглянул на неё:

— Ты же не поверила всерьёз, что я стану пачкать губы о полудохлую мышь? Я пошутил. Даже не рассчитывай. Но кое-что я для тебя реально сделаю. Идём.

И она пошла за ним.

«Кто была эта женщина? И… Это же не сон? Нет, это не мог быть сон. Это было во сне, но она точно не была сном, — думала Лария. — Но тогда и тот мужчина тоже не был сном…». И ей стало как-то совсем не по себе.

— Ты когда-нибудь спал так, чтобы видел сон, но это не было сном? — спросила вдруг она.

Джерго обернулся.

— Да ты и сейчас спишь, — рассмеялся он. — Эй, проснись! Барсуки уже залегли в спячку, но тебе не светит.

— Что? — переспросила Лария с недоумением.

— Спячка. Эх, терпеть не могу южан. Такие беспомощные!

— Ты бы тоже стал беспомощным в чужой стране на юге, — обиженно процедила девушка.

Джерго приподнял бровь.

— Уверена? — насмешливо уточнил он. — Конечно, мне же не выдержать яркого солнца! Растаю.

— Ну, шторм в море, например, — Лария смутилась.

— А у нас, на севере, штормов, конечно, не бывает, — рассмеялся Ветер. — Даром, что кроме Западного моря есть ещё Северный океан. Но я совершенно не знаю, что такое шторм! Может расскажешь? А то я совсем не выходил в море. Ни разу. Ни на баркасе, ни на шхуне. Понятия не имею, что такое кормило и выброска. Просвети, сделай милость.

— Северный океан? — переспросила Лария, завороженная. — Я слышала только про Западный океан… А Западное море это… А, поняла, это то, которое мы называем Северным…

Они подошли к дому Джерго.

— Да, океан. — Джерго открыл дверь. — Там, где живут огромные белые медведи. И плавают жирные тюлени и нерпы. Там, где зимой по воде плывут ледяные горы, огромные, выше дома ветров. Но ты мне расскажи про шторма в Металлическом море. Посмеёмся.

— А ты бывал в Металлическом море? — прошептала Лария, входя следом за ним внутрь.

Она почему-то была уверена, что Джерго непременно плавал и бывал на Солёных островах и, может быть… Семь лет назад ему было четырнадцать… Мог он или нет видеть герцога Ларана?

Северный ветер поморщился:

— Ностальгия? Вечер воспоминаний и рассказов? Прости, но — утро, и я не люблю предаваться воспоминаниям. Твоя задача — растопить печь. Дрова вон там. Я скоро вернусь.

— Но я…

Однако Ветер уже вылетел прочь.

Лария достала дрова, набила ими печку. Нашла кремни. Постучала ими друг о друга. Но искры не получилось. Тогда она стала бить камни со всей силы, шарахнула по пальцу, вытерла слёзы. «Позвать Джерго на помощь? Ага. И он будет смеяться над тем, какая я неумёха. И хорошо, если смеяться… Нет уж». С какого-то раза Лария сообразила не бить камнями, а чиркать ими друг о друга, и дело пошло. Вот только, падая на дрова, искры гасли быстрее, чем те воспламенялись.

— Отойди, принцесса, — вздохнул Джерго, внезапно появившийся рядом. — Я пока слишком молод, чтобы умирать с голоду.

Лария подвинулась, приготовившись к язвительным выпадам. Но Ветер просто вытащил все дрова из печки. Взял топор и расколол одно из них на мелкие, длинные щепки. Затем ободрал берёзовую кору с другого, сложил в очаге что-то вроде шалашика, пихнул внутрь бересту, щёлкнул кремнем, огонёк вспыхнул и разгорелся.

— В следующий раз — сама, — мрачно велел Джерго. — Если бы я тебя погнал в первый же день большим кругом по всему парку, ты бы пришла на ногах, стёртых по колено. С огнём та же штука.

Огонёк разгорался, жадно облизывая щепу. Лария не могла отвести от его язычков взгляда. Джерго положил четыре дровины — две вдоль огня, а две других поперёк сверху. Вскочил, зачерпнул воды из ведра, налил в кастрюлю, и поставил её на плиту. Всунул Ларии в руки нож с широким лезвием.

— Спустись в погреб, отрежь мяса. Вот прям хорошо так отрежь.

Девушка вышла в сени, заморгала, привыкая к полумраку. И обнаружила кольцо в полу. Потянула на себя, с трудом открыла люк вниз и увидела деревянную лестницу. Растерялась. Там было темно. Возвращаться обратно и попросить у Джерго свечу? Лария поколебалась, но всё же решилась спуститься прямо так. Пару раз споткнулась, один раз упала, на ощупь и по запаху нашла нечто свисающее сверху и явно мясное. Отрезала. Вскрикнула, полоснув себя по пальцу ножом.

И всё-таки она молодец! Она выполнила задание!

И, посасывая порезанный палец, Лария вернулась в кухню, гордая собой.

— Это же колбаса? — удивился Джерго. — Нет, ну так-то мясо, конечно… С пальцем что?

— Там было темно, — скромно ответила девушка.