Анастасия Райнер – Заглянувший (страница 8)

Шелковая занавесь нежно коснулась лица, прежде чем я увидел залитую светом просторную прихожую. Черный человек вошел следом, запер дверь и направился к столу, на котором стоял высокий изящный кальян. Закурив и все так же странно глядя на меня, он погрузился в раздумья.

– Кто ты? – спросил я, набравшись смелости.

– Сам знаешь, – вкрадчиво произнес мужчина, медленно выпуская дым. – Для одних – хозяин, для других – слуга, но всегда и неизменно – демон. Вижу, тебя интересует имя… Пусть будет А́ндрас.

То есть настоящее скрывает?

В его глазах заплясали хитрые огоньки. Оставив кальян, он прошел в большую круглую комнату. Я послушно последовал за ним, пьянея от голода и сладких благоуханий, наполняющих пространство.

Здесь по всей окружности стояли нагруженные всевозможными яствами столы, атласные скатерти сияющими волнами сбегали на зеркальный пол, отражаясь в таком же потолке. Отполированные белые стены демонстрировали окружающую их роскошь.

Повсюду мраморные женские статуи. Одни держат в руках кувшины, другие – серебряные подносы и кубки, третьи – плетеные корзины с фруктами. В центре зала возвышалась ступенчатая круглая кровать таких размеров, что на ней запросто разместилась бы пара десятков человек. На атласных простынях набросано несчетное количество подушек разных форм и размеров, расшитых жемчужными нитями.

– Ешь. – Андрас небрежно указал на этажерки с аппетитными мясными рулетами и икорными тарталетками, рядом с которыми стояли блюда с тонко нарезанной вяленой и копченой говядиной, с золотистыми сырными шариками и с красной рыбой под сливочным соусом. – Что любишь?

– Понимать происходящее, – ответил я, отвернувшись от деликатесов.

Мужчина усмехнулся, отламывая румяную утиную корочку и кладя себе на язык:

– К чему скромность? Гостю дозволен любой каприз!

– Не верю в безвозмездные дары по доброй воле. – Я настороженно осматривался, ожидая подвоха в любой момент. – Тем более от демона.

– Тот бездомный тоже не верил, что ты когда‑нибудь протянешь ему бумажник, полный денег, – заметил Андрас, макая в мед очередной кусочек утиной грудки. – Ну а вопросы о достатке здесь уже не задают, поверь.

– А о родных? Что с моей сестрой? – не унимался я, хотя, признаться, голод не на шутку разбушевался. Владеть собой становилось слишком тяжело.

Темный повернулся спиной и принялся рассматривать одну из статуй:

– Большинство людей после смерти пребывают в состоянии сна. Иногда это беспокойный, наполненный тревогой сон. Иногда безмятежные красочные сновидения, знакомые каждому с детства. Нередко в них слышно едва различимое эхо прожитой жизни и тоска по ней. Иными словами, людские души пребывают в тех местах, которые им роднее всего. А там уже распределяются по преобладающим качествам. Художники с художниками, пьяницы с пьяницами. Поэтому если твоя сестра была достойным человеком, она должна пребывать в обществе себе подобных и видеть спокойные благостные сны.

– Как с ней встретиться?

– Не лги себе, для начала. Утоляй всякую жажду, ведь торжество лишений миновало.

– Хм. И часто ты принимаешь гостей?

– Если бы так и было, вряд ли кто‑то из них вел себя так же нагло.

– Так, значит, у нас обоих это впервые. – Осмелев окончательно, я позволил себе язвительный тон.

В то же мгновение демон резко развернулся, схватил меня за горло и сдавил его, злобно скалясь:

– Как выдернул тебя из лап чертей, так брошу обратно! Не забывайся: ты гость, пока я решаю, как с тобой поступить.

Отпустив меня, он взял со стола пустой серебряный кубок и поднес к скульптуре. Мраморная девушка распахнула белесые глаза и слегка наклонилась, чтобы налить из кувшина красного вина. Как только кубок наполнился, Андрас приложился к напитку, выпив все без остатка. А после, обтерев рукавом мокрые губы, повернулся спиной и резким движением скинул пиджак, оставшись в легкой шелковой рубахе и штанах.

Дважды хлопнув в ладоши, он направился к кровати. Из всех арочных проходов в зал начали входить юные прекрасные девушки. Полупрозрачные платья ничуть не скрывали их совершенные фигуры, золотые пояса подчеркивали пышные бедра, а браслеты тихонько звенели на тонких запястьях. На блестящих волосах красовались диадемы, гребни, бусы и ажурные веера. «Любовь к украшениям у людей не в крови, а глубоко в душе», – подумал я, пока девушки раздевали демона, при этом лаская каждый участок его тела.

АНДРАС

Или дурманящий аромат вскружил мне голову, или смятение, или роскошные девы, но найдя глазами кресло, я едва добрался до него. Я дрожал с головы до пят от сумасшедшей смеси эмоций, наблюдая, как красавицы ласкают мужчину языками, как трутся стройными телами и сладко стонут от наслаждения. Но Андрас глядел на свое отражение в зеркальном потолке отрешенно. Он казался скорее задумчивым или даже несчастным, нежели испытывающим удовольствие.

– Можешь присоединиться, – позвал он сквозь сбивающееся дыхание, и девушки согласно замурлыкали.

– Да-да, иди к нам, милый.

Одна из них выпорхнула и подбежала ко мне, протягивая руку и зазывно улыбаясь. По ее обнаженным плечам рассыпались пышные огненные локоны до талии, настолько тонкой, что я мог бы сомкнуть на ней ладони.

– Попробуй, – томно произнесла она. – Смелее!

– Я… может, позже, – еле слышно ответил я, и тут же испугался своих слов. Мысли в голове отплясывали дикий танец, превращаясь в вихрь невиданной силы.

Рыжеволосая красавица уселась ко мне на колени, обвила руками шею и принялась целовать, сводя с ума. Тем временем неспешное шевеление на кровати переросло в неистовую оргию. Распутницы связали мужчине руки, а на глаза надели шелковую повязку так, чтобы он ничего не видел. Еще одна светловолосая красавица с ангельским личиком подошла ко мне, присела около ног и принялась ласкать, спускаясь все ниже.

Пусть это блаженство не кончается, пусть они продолжают…

В этой расслабленной истоме я больше не мог думать ни о чем. Я напрочь забыл, как попал сюда и кем был раньше.

– Возьми нас, – прошептала на ухо девушка с огненными волосами и таким же нравом. – Мы хотим тебя!

– Да, мы хотим только тебя, – пропели несколько девушек, подошедших только что.

Да, я хотел их всех, но соседство с демоном откровенно напрягало. Или скорее раздражало. Я желал, чтобы он убрался прочь.

– Так избавься от него. Он нам так надоел, – нашептывали прелестные создания. – Мы хотим тебя, только тебя. Ты такой красивый, ты нам очень нравишься!

Я плавился в их жарких объятиях, как нагретый воск, становясь покладистым, превращаясь в их послушную игрушку, лишь бы получить еще больше ласк, поцелуев, лишь бы вдыхать медовый аромат их тел, лишь бы не отрываться от них ни на секунду.

– Помоги нам, милый! Убей его…

Эти слова резанули сознание, подобно острому кинжалу. Я моментально отрезвел и, раскрыв глаза, увидел, что одна из красавиц протянула мне золотой изогнутый кинжал с рубинами на узорной ручке. Как я мог оставаться наивным так долго? Все происходящее – сладкий обман, которому нельзя поддаваться!

Я со всей силы толкнул рыжеволосую и резко встал с кресла.

– Мы подарим тебе величайшее удовольствие, не отказывай нам.

Отталкивая девушек, я искал способ покинуть это шальное место как можно быстрее, чувствуя себя марионеткой в недобрых могущественных руках. Нужно бежать! Бежать, не оглядываясь, пока кинжал не вонзили в меня.

Может ли дух умереть? Исходя из реальности испытываемых ощущений, напрашивается вывод, что в лучшем случае я почувствую острую боль. Или останусь в плену чертовок и забуду собственное имя, погрязнув в пороке.

– Куда же ты? Мы не причиним тебе зла, – нежнейшим голосом произнесла дева с ангельским лицом, схватив мою руку в попытке задержать.

– Я здесь не останусь.

Девушки приподняли брови в недоумении. В их взгляде проскользнуло что‑то зловещее. Светловолосая нахмурилась, разочарованно цокнула языком, схватила золотой кинжал, прошла к Андрасу и лезвием полоснула ему горло. Алая кровь хлынула на белоснежные простыни, и сказка превратилась в сущий кошмар. Я без оглядки кинулся к выходу, услышав за спиной девичий хохот.

– Беги-беги, зайчик, но помни: где‑то в лесу притаилась ядовитая змея!

Добежав до двери, я почувствовал, как сознание путается с каждой секундой все сильнее. Ноги не слушались, то и дело подкашивались, и я рухнул на пол, ослабевший и беззащитный. Картинка перед глазами кружилась все быстрее и быстрее, голоса смешались в дичайший хор и… неожиданно смолкли.

Андрас подал руку, помогая подняться.

Мы остались вдвоем в обманчивом логове. Мысли немного прояснились.

– Что это было? Проверка?! – негодовал я, стараясь сдержать эмоции.

– Чтобы испытать человека, достаточно предоставить ему выбор. Раз тебе хватило воли противостоять ситуации, значит, не такое уж ты и ничтожество.

Я решил пропустить оскорбление мимо ушей. В конце концов, мое положение по-прежнему весьма плачевно.

– А если бы я поддался… я бы умер?

– Ты все боишься умереть. – Кривая ухмылка исказила лицо Андраса. – Пойми, смерти и пустоты в привычном понимании не существует. Энергия трансформируется, претерпевает всяческие изменения, но никогда не исчезает бесследно. Память Многомирья хранит каждое произошедшее событие вне временных границ, словно оно никогда не начиналось и никогда не оканчивалось, а просто было и будет всегда.