Анастасия Полянина – Грешная (страница 9)

– Александр Миронович, я сейчас все выясню! – спешит урегулировать напряженную ситуацию молодой человек, который до этого отдавал распоряжения. Как я понимаю, это политический консультант моего супруга.

– Работай, Игорь! – Саша раздраженно отмахивается от него, – Я не намерен зависнуть тут на неделю в ожидании какой-то непунктуальной девицы.

Только этот самый Игорь вытаскивает из кармана свой телефон, чтобы сделать звонок, как дверь распахивается, и на пороге я вижу – твою ж мать! – Руслана во плоти. На шее у него висит вездесущий фотоаппарат, а через плечо перекинута большая сумка-баул.

Из помещения будто выкачали весь воздух. Меня обездвиживает шок. Мое сердце делает сальто мортале, и мне кажется, что я проваливаюсь в бездонную пропасть.

– Добрый день! – приветствует мужчина и ярко улыбается всем присутствующим.

Мои ноги становятся как желе при виде ямочек на его щеках. А его мускулистая фигура, облаченная в тонкий джемпер и брюки-чинос, выглядит так аппетитно, что мой рот моментально наполняется слюной. Этот мужик сексуален как черт… Воспоминания о том, как я удовлетворяла себя, фантазируя о нем, теснятся на краю моего сознания, и краска начинает затягивать мою шею, поднимаясь к лицу.

– А ты еще кто такой? Это вроде как закрытая вечеринка, приятель… – буркает Игорь, оторопев.

– Я – Руслан. И тут такое дело… – он задумчиво приглаживает свою густую бороду и переносит вес с ноги на ногу, – Снежана неделю назад узнала, что она в положении… Такое иногда случается с женщинами, знаете ли, – он озорно ухмыляется, но потом становится серьезным и вдумчивым, – В общем, ее сморил страшный токсикоз. И она попросила меня подменить ее. Как-то так.

На время в помещении повисает гробовая тишина, которая эхом отражается от всех поверхностей. Собравшиеся с любопытством смотрят на Руслана, а он, в свою очередь, разглядывает их. Мне же хочется слиться со стеной, чтобы не быть замеченной им. Но не тут-то было. Мужчина поворачивает голову прямо в мою сторону, и наши взгляды наталкиваются друг на друга. Сначала Руслан выглядит удивленным, но следом по его губам пробегает тень улыбки. Я стою, точно каменное изваяние, – не мигая и не двигаясь. Кажется, я даже забыла, как правильно дышать. Между нами достаточное расстояние, но его присутствие все равно окружает меня со всех сторон. Просто в голове не укладывается, почему в последнее время мы постоянно натыкаемся друг на друга то тут, то там. Это же просто мистика какая-то!

– Я должен проверить эту информацию, – говорит Игорь.

– Конечно. Можете позвонить Снежане, и она подтвердит сказанное мною, – понимающе улыбается Руслан и вновь посылает мне мимолетный взгляд.

Я, наконец, отмираю. Мне приходится несколько раз моргнуть – я так долго и пристально смотрела на новоприбывшего, что мои глаза пересохли.

Игорь звонит девушке и довольно быстро проводит с ней беседу.

– Ну что ж, по всей видимости, все сходится… – вздыхает парень и поправляет свои очки, – Это, конечно, не очень устраивает меня, потому что мы руководствовались жесткими критериями при выборе фотографа…

– В принципе… – Руслан перебивает консультанта, – …если вы располагаете достаточным количеством времени, то можете подождать месяца полтора-два, пока Снежана не переживет этот период…

– Какие, нахрен, полтора-два месяца?! – взвивается мой муж, раскрасневшись, – Сегодня! Сейчас! Выборы не будут ждать!

Я качаю головой. От поведения мужа меня охватывает так называемый испанский стыд: истерит он, а неудобно мне.

– Значит, не медлим и приступаем к работе прямо сейчас! – резюмирует Игорь и устремляет взгляд из-под очков на Руслана, – Устанавливайте свое оборудование, пока мы заканчиваем нашу подготовку.

– Хорошо, командир, – фыркает мужчина, – Только заберу из машины все необходимое.

Он ставит свою огромную сумку у одной из стен и разворачивается к двери, чтобы выйти из комнаты. Наши глаза снова встречаются, и от его сильного и многозначительного взгляда у меня проходит холодок по позвоночнику.

Как только Руслан покидает помещение, я тоже собираюсь сбежать, но меня останавливает мой муж.

– Стелла, завяжи мне этот хренов галстук, – приказывает он.

Пряча свои истинные эмоции за невозмутимостью, я берусь выполнять его пожелание. Но мои руки предательски дрожат, и я совершенно не могу совладать с ними. Новая встреча с мужчиной-викингом абсолютно выбила меня из колеи.

– У тебя что, болезнь Паркинсона? – злорадствует Александр, – Уже и галстук тебе нельзя доверить мне завязать?

Я не нахожу, что ответить мужу, потому что в голове моей сейчас полный каламбур мыслей. Возможно, будь мы один на один, я бы огрызнулась на него, но в присутствии посторонних людей и под их косыми взорами моя смелость отступает.

– Господи, есть тут кто-то, кто умеет завязывать чертовы галстуки??? – вопрошает Саша, обращаясь к коллективу, – У моей жены какой-то тремор, и она не в состоянии, – он окидывает меня убийственным взглядом.

– Давайте я, Александр Миронович, – скромно предлагает девушка – по всей видимости, визажистка – судя по ее поясной сумке с разнообразными кистями и другими косметическими принадлежностями. Она не рискует посмотреть на меня, но лично я ей премного благодарна.

Саша быстрыми шагами идет к ней – с болтающимся на шее незавязанным галстуком. Активность в комнате возобновляется. Я глубоко вздыхаю, избавившись, наконец, от давящей близости супруга и любопытства публики. И вдруг чувствую на себе чей-то неподдельный интерес. Медленно повернув голову влево, вижу Руслана, застывшего и испепеляющего меня нечитаемым взглядом. Невозможно не заметить, как его челюсть, даже скрытая густою порослью, плотно сомкнута. Не знаю, стал ли он свидетелем этой унизительной для меня сцены, но это и не важно. Мне просто хочется вырваться отсюда и пережить сие происшествие в одиночестве. Но всеобщее внимание вновь привлекает к себе Игорь, который говорит громко и четко – будто для всех, но смотрит он прямо на фотографа:

– Итак, Руслан, главная цель – получить идеальное якорное фото, которое наиболее полно раскроет нашего кандидата как политического деятеля. Этот снимок впоследствии станет самым тиражируемым и будет помещен на стенд избирательных участков. Также нам потребуется набор второстепенных, но не менее важных кадров. Сюда относится, во-первых, комплект портретных снимков для разных целевых аудиторий – таких как пенсионеры, молодежь, рабочий класс. Во-вторых, делаем фото для социальных сетей – более мягкие и личные. Ну и в-третьих, фотографии для различных агитационных материалов. Образы у нас подобраны и готовы. Никакого лишнего реквизита не требуется – съемку будем проводить на фотофоне.

– Проще простого, – усмехается Руслан, но в этой усмешке нет ни намека на веселье.

Почему-то я кожей ощущаю его возникшее неудовольствие, но не могу понять, связано оно с жестокосердием моего мужа по отношению ко мне или с моей мягкотелостью и неспособностью противоборствовать Сашиной грубости. С уверенностью могу сказать только то, что Руслан явно не остался равнодушным к моей маленькой семейной трагедии.

– Давайте поторапливаться, коллеги! – Игорь хлопает в ладоши, – У нас сегодня много работы, а мы еще даже не начали.

Мне следует уже уйти, не оборачиваясь и не прощаясь, но что-то будто удерживает меня в этом месте и я не могу и шагу сделать. Точно приклеенная к полу, я наблюдаю за процессом: как визажистка колдует над моим мужем, как Игорь раздает указания налево и направо, размахивая руками…

Но больше всего меня увлекает Руслан – то, как он мастерски устанавливает свое оборудование, как сосредоточенно настраивает камеру, как прохаживается своей звериной походкой, присматривая выигрышные ракурсы для съемки… Иногда его взгляд падает на меня, и он как будто что-то хочет сказать мне этим…

– Угощайтесь, Стелла, – кто-то протягивает мне бумажный стаканчик.

– Айдар… Фаизович? – обомлело выговариваю я, посмотрев на доминантного мужчину рядом с собой и принимая напиток из его рук, – Спасибо… А что вы здесь делаете?

– Ну я вроде как спонсор всего этого безумия, – подшучивает он с вальяжной улыбкой, – Имею право знать, на что расходуются мои деньги, не так ли?

– Да, конечно, – соглашаюсь и делаю маленький глоток из стакана. Кофе горячее и крепкое – оно обжигает горло, и один только его аромат уже бодрит меня и приводит в чувства.

Каримов, как и в тот вечер, когда он ужинал у нас, одет с иголочки: дорогой деловой костюм сидит на нем образцово, а его туфли блестят чистотой.

Несколько минут мы молча попиваем кофе и следим за съемкой. Я не могу не улыбнуться на высокий уровень компетентности Руслана. Даже если предположить, что он испытывает негатив к моему мужу после недавнего отвратительного эпизода, мужчина демонстрирует свой отменный профессионализм, абстрагировавшись от личного отношения и сконцентрировавшись на деле. Но мне кажется, что Руслан прячет свои истинные эмоции под маской увлеченности работой. Урывками он посматривает на меня, и моя кожа горит в тех местах, которых касается его взгляд.

– Между вами что-то есть? – неожиданный вопрос Каримова вынуждает меня поперхнуться кофе.

– Что… простите?

– Между вами, Стелла, и этим фотографом что-то есть? – поясняет Айдар Фаизович с флегматичностью в голосе – словно ведет со мной легкую, светскую беседу.