Анастасия Пенкина – Хозяйка замка на скале (страница 46)

И даже на молодость и гормоны не списать. Тело Агаты не настолько молодо. Тридцать лет — не восемнадцать.

Это отвлекало. Мешало сосредоточиться. А сосредоточиться-то как раз и нужно было, чтобы воспользоваться моментом.

— Кайден, — начала я, глядя прямо перед собой, стараясь, чтобы голос звучал не слишком заинтересованно. — Я в библиотеке читала про ритуалы Охоты. Про традиции... Оказывается это все так сложно… Например ритал подарков, кто бы мог подумать.

Кажется жар с щек перекинулся на уши и шею.

Кайден замедлил шаг и мы поравнялись. Я бросила короткий взгляд на его профиль и готова поклясться, что уголки его губ искривились в самодовольной ухмылке. Надеюсь, она понял, что я только сейчас поняла, что значил этот мой жест с шарфом?

— Скажи, есть ли другие? Те, о которых в книгах не пишут. Какие-то запретные? — заставила я себя продолжить.

Кайден бросил на меня острый, оценивающий взгляд. — Откуда такой интерес? — Так... из любопытства, — пожала я плечами, надеясь, что он не услышит фальшь в моем голосе. — Читала, задумалась. Слишком уж все... отлажено и благородно в этих книгах. А в жизни всегда есть то, что остается в тени. Решила спросить у того, кто наверняка знает больше.

Кайден медлил с ответом, будто решая, стоит ли отвечать. — Есть, — наконец сказал он тихо. Мы остановились на повороте. — Старые, забытые практики. Их не просто не пишут в книгах. Их стараются стереть из памяти. Они требуют слишком высокой цены. И... участия тех, кто не должен участвовать. — Например? — не удержалась я, забыв об осторожности. Он покачал головой, и его лицо совсем стало суровым, на скулах дернулись желваки, из глаз пропало тепло. — Эти истории не для светской беседы, Агата. Зачем тебе это? «Потому что твоя будущая невестка, возможно, как раз может замышлять такой», — кричало внутри меня.

Но вслух я выдавила: — Просто пытаюсь понять драконьи традиции, мы первородные мало об этом знаем. Чтобы не совершить оплошность. Как вышло с подарком. Последнюю фразу я сказала тише, глядя себе под ноги.

Кайден снова посмотрел на меня. Долгим, пронизывающим взглядом. Казалось, он читает между строк. Но он лишь тяжело вздохнул. К счастью, мы уже подходили к покоям, где находилась Вивиан. Разговор о запретных ритуалах и о нас самих пришлось отложить. Но семя сомнения я заронила. И кое-что узнала. Да, темные ритуалы существуют. И они связаны с охотой. А еще они требуют «участия тех, кто не должен участвовать». Кто это? Первородные? Посторонние? Оставалось понять, как в эту схему вписывалась Мейв.

Маркус перенес Вивиан и малышку с фермы в их комнаты в гостевом крыле еще утром.

Дверь была открыта. Маркус сидел в кресле у камина, на его мужественном лице отчетливо виднелась усталость и беспомощность. В большой кровати, полусидя, опираясь на подушки, лежала Вивиан. Ребенок тихо посапывал в колыбели рядом.

— Как она? — тихо спросила я.

Маркус только развел руками. Я подошла к кровати.

— Вивиан? — позвала я.

Никакой реакции. Она смотрела в окно совершенно пустым взглядом. На лице ни единой эмоции, будто вырезанная из воска маска.

Я осторожно коснулась ее руки. Кожа была теплой, живой. Но внутри, казалось, никого не было.

Могла ли душа попаданки тоже сбежать и оставить пустую оболочку? От этой мысли по спине пробежал холодок. Нет это уж слишком. И это не может быть правдой. Просто новая вивиан замкнулась внутри, может, еще переваривает новую реальность?

Выходит, мне действительно еще повезло. У меня хоть остались мои мысли, мой характер, моя злость. Я могла хоть как-то за себя постоять. А Вивиан… она просто ушла, оставив после себя вот это.

Я отошла от кровати и села на стул рядом с Маркусом.

— Лекарь ничего не сказал? — спросила я.

— Сказал, — хрипло ответил Маркус. — «Послеродовой бред первородных. Пройдет». А как это должно пройти и когда, не объяснил.

В дверь постучали. Вошедший следом за мной Кайден молча кивнул Маркусу, взглянул на Вивиан, и его лицо стало еще суровее. Он подошел к колыбели, посмотрел на спящую девочку, и что-то в его взгляде смягчилось на мгновение. Потом он повернулся к нам.

— И что теперь? — спросил он прямо. — Надо что-то решать, дядя. Ты не можешь вечно сидеть здесь.

— А куда мне деваться? — глухо спросил Маркус. — Бросить ее в таком состоянии? С ребенком на руках?

— Я не об этом, — Кайден вздохнул. — Но у тебя есть обязанности. Имения. Войска, в конце концов. Ты не можешь выпасть из жизни на неопределенный срок.

Наступило тяжелое молчание. Мы все смотрели на Вивиан.

— Дайте ей время, — сказала я наконец. Оба мужчины посмотрели на меня. — Уверена, она придет в себя.

— А если нет? — спросил Маркус.

Я пожала плечами. Увы. но у меня не было ответа на этот вопрос.

— Тогда придется искать другой выход, — твердо сказал Кайден. — Для начала найти кормилицу для малышки. Как закончится охота, перевезти ее в твое поместье, где она будет под присмотром в привычной обстановке.

Маркус закрыл лицо руками. Видно было, что он разрывается между долгом и тем, что он считал долгом перед женой.

— Я… подумаю, — пробормотал он.

Кайден положил руку ему на плечо и крепко сжал.

— Подумай. Но решать нужно будет в ближайшие дни.

Он бросил на меня быстрый взгляд, полный какого-то сложного смысла — может, благодарности за попытку утешить, а может, вопроса, как я сама ко всему этому отношусь. Потом развернулся и вышел.

Я посидела еще несколько минут, глядя на неподвижную Вивиан и на сломленного Маркуса. К сожалению, я не могла ничем помочь.

— Если что-то понадобится… позовите, — сказала я, поднимаясь.

Я вышла в коридор. В голове снова зазвучали последние зловещие слова Вивиан... Правда ли это?

Погруженная в тяжелые мысли, я шла к себе, как вдруг, как вдруг услышала голоса из полуоткрытой двери гостиной леди Исель. Голоса были резкими, и я узнала их сразу. Исель и Дейн.

Мне не нужно было их подслушивать. Их и так было слышно за несколько метров. Но я замедлила шаг, а потом и вовсе остановилась в тени ниши.

— Ничего, мама! Ни-че-го! — сквозь зубы говорил Дейн. — Не чувствую я никакого прилива силы! Я обернулся вчера с тем же скрипом, что и месяц назад! Первородная оказалась бракованной пустышкой.

— Не повышай на меня голос, — холодно и четко произнесла в ответ Исель. — Ритуал был проведен. Если он не сработал, значит, что-то пошло не так. Или с тобой, или с ней. Может, дело в твоей новой пассии?

— Мейв здесь ни причем! — В любом случае, ты должен все исправить. Немедленно. Источник получил заряд с рождением наследницы, это чувствую даже я. Но этот заряд слишком слабый. Его не хватит, чтобы стать сильнее именно тебе. И это неприемлемо.

Они замолчали на мгновение и я затаила дыхание.

— И что ты предлагаешь? — спросил Дейн уже тише, с опасной усмешкой в голосе.

— Верни жену. Закрепи связь как следует. Главная ночь охоты, это идеальный момент. Все традиции будут соблюдены, никто не сочтет это странным. Повтори ритуал. Она должна быть поймана тобой.

Меня будто облили ледяной водой. Все внутренности сжались от сковавшего меня напряжения. Так вот оно что. Они уже не просто обсуждали меня, они планировали, как снова втянуть в свои игры. Как использовать.

В ушах застучало. Это была последняя капля. Я не помню, как очутилась в дверях. Толкнула их настежь распахивая, и они с грохотом ударились о стену.

Два удивленных лица повернулись ко мне. Исель, сидевшая в своем кресле у камина, выпрямилась. Дейн, стоявший перед ней, резко обернулся, и на его лице мелькнуло раздражение, а потом знакомый хищный интерес.

— Вы думаете, мне нужен ваш сынок?! — выпалила я, не давая им опомниться. Голос мой звучал хрипло и громко, будто не мой. — После того как он со мной поступил? Вы правда верите, что у него что-то выйдет? Мне жаль ваш Источник, леди Дракстон, искренне жаль. Но я не позволю снова себя использовать как расходный материал.

Дейн сделал шаг в мою сторону, глаза его сверкнули. — Как ты смеешь… — Дейн, — властно перебила его Исель, даже не повышая голоса. — Оставь нас. Он замер, недовольно сжав челюсти. — Но, мама… — Я сказала, оставь нас. Это женский разговор. Иди.

Она посмотрела на него таким ледяным взглядом, против которого не мог устоять даже Дейн. Он задержался на секунду, бросив на меня взгляд, полный неприятных обещаний. — Это еще не конец нашего разговора, — бросил он мне и вышел, нарочито громко хлопнув дверью.

В комнате повисла тяжелая тишина. Леди Исель не спеша рассматривала меня, будто изучала неожиданный, но интересный экспонат. — О чем тут разговаривать? — с горькой усмешкой спросила я, не в силах сдержать дрожь в голосе. — Вы уже все решили без меня. Как всегда.

— Решила я лишь одно, — спокойно сказала Исель. Ее пальцы постукивали по ручке кресла. — Следующей ночью — главная ночь Охоты. Ты выйдешь на луг вместе со всеми женщинами. И ты позволишь себя поймать.

Я просто стояла и смотрела на нее, не веря своим ушам. Такая наглость, такая уверенность в своем праве распоряжаться мной… У меня перехватило дыхание от возмущения.

— Я… я не… — Ты сделаешь это, Агата, — перебила она стальным тоном. Это не просьба и не предложение. А настоящий приказ. — Для рода. И, возможно, для себя самой. Иногда долг выглядит как наказание. Но твой долг, всего лишь твое предназначение.