Анастасия Пенкина – Хозяйка брошенного замка. Новая жизнь после развода (страница 32)

Корвин смотрел на меня впервые, кажется, без обычной колкости в глазах и я была готова поклясться, что благодарил он не за еду.

— На здоровье, — ответила я и вышла.

В коридоре выдохнула. Разговор был странный. Почти нормальный. И от этого еще более странный.

Я пошла к себе, но мысль о том, что он сказал, не отпускала. Старые раны до сих пор болят. Болят так, что приходится накладывать повязки с мазями. И это не просто старые шрамы. Это что-то, что не зажило до конца мучило генерала-дракона.

Я вернулась на кухню. Моя тарелка с рагу стояла на столе, чуть остывшая, но от нее все еще аппетитно поднимался пар. Кларисса и Фелисити уже сидели за столом, Бенедикт притулился чуть сбоку, с довольным видом хлебая бульон и жуя мясо.

Я села рядом с матушкой и взяла ложку.

Мясо оказалось неожиданно мягким. Я ожидала, что дичь будет жесткой, но куски буквально таяли во рту. Видимо, Бенедикт хорошо его томил. Бульон наваристый, густой, овощи разварились до мягкости. Вкус был насыщенным, с легкой горчинкой. Может, от дичи, а может, от того, что репа добавлена.

Я невольно прикрыла глаза от удовольствия.

— Ну как? — с надеждой спросил Бенедикт.

— Хорошо, — честно ответила я. — Очень вкусно.

Он расплылся в улыбке.

Кларисса ковырялась в своей тарелке, с видом человека, который ест только из вежливости.

— Ах, этот полковник, — вздохнула она, отодвигая мясо в сторону. — Явился, нашумел, распотрошил эту тушу, а сам даже не остался на ужин. Что за невоспитанность?

— У него дела, матушка, — ответила я, не поднимая головы от тарелки. — К тому же, он завтра за вами приедет.

Ложка замерла в ее руке.

— В каком смысле, за мной? — Кларисса выпрямилась.

— Нужно соль купить, еще кое-что по мелочи, и Марту пригласить к нам в замок, если она, конечно, не откажется, — перечислила я. — Мясо надо солить, а то пропадет. Гаррет вас сопроводит до деревни.

Кларисса открыла рот, закрыла и снова открыла.

— Я... ну... вообще-то я не собиралась...

— Матушка, — я подняла на нее спокойный взгляд, — вы же сами видели сколько мяса, а у нас соли нет. Я бы могла, конечно, Бенедикта отправить, но боюсь он мне сильно нужен будет здесь.

Кларисса помолчала, потом вздохнула с видом великомученицы:

— Ну, если надо... Ладно. Ради соли и Марты.

Но я заметила, как она тут же одернула платье и машинально поправила волосы.

Фелисити за столом молчала. Я краем глаза наблюдала за ней. Она ела медленно, маленькими кусочками, будто не чувствуя вкуса. На новость о поездке Клариссы никак не отреагировала, только ложка замерла на секунду и она вежливо спросила:

— А вы надолго, тетушка?

— К вечеру вернусь, — ответила Кларисса. — Туда и обратно.

Фелисити кивнула и вернулась к еде. Ни удивления, ни беспокойства, ей, кажется, было все равно.

Я отправила в рот еще кусок мяса и задумалась. Может, в отсутствие матушки я наконец смогу понять чего ждать от кузины?

Вечером я поднялась к себе, оставив Клариссу и Фелисити обсуждающих завтрашне сборы. Матушка была явно взволнована, то суетилась, то вдруг замирала с отсутствующим видом. Фелисити помогала ей выбирать наряд с таким усердием, будто от этого зависела ее жизнь.

Я легла на кровать и уставилась в потолок.

Завтра Кларисса уедет. Впервые с тех пор, как мы оказались в этом замке. Я должна была радоваться. Матушка хоть немного развеется, отдохнет от стен, пропитанных сыростью, от вечных сквозняков и моих травяных настоек.

Но почему-то на душе было тревожно.

Не из-за Клариссы, с Гарретом ей ничего не угрожает. А из-за того, с кем мне предстоит остаться в замке. С Корвином и Фелисити.

Я вспомнила, как кузина смотрела на генерала Мерквуда. Как ее улыбка становилась чуть шире, когда он входил в комнату. Как она находила тысячу поводов оказаться рядом.

А потом я вспомнила, как она выбежала из его покоев в слезах.

Я перевернулась на бок. Завтра матушки не будет. Интересно, как поведет себя Фелисити без ее присмотра? Станет ли она смелее? Или, наоборот, затаится?

Я не собиралась за ней следить. Но и закрывать глаза на то, что происходит в моем замке, тоже не собиралась.

Следующим утром я проснулась рано. За окном только начинало светать, но спать уже не хотелось. В голове крутились мысли о сегодняшнем дне. Отъезд Клариссы, Фелисити, Корвин...

Я оделась и спустилась на кухню.

Корвин уже был там.

Он стоял у плиты в одной рубашке с закатанными рукавами, и на сковороде шипел омлет. Услышав шаги, он обернулся, скользнул по мне взглядом и снова отвернулся к плите.

Я села за стол, наблюдая за ним краем глаза. Он переложил омлет на две тарелки, одну поставил передо мной.

— Ешь, — бросил коротко.

Я подняла бровь, посмотрела с изумление на Корвина. Кинула взгляд на омлет. Он был пышным, с кусочками бекона и зеленью, пахло так, что желудок сводило от голода. Снова посмотрела на Корвина.

Это он так благодарит за вчерашнее рагу?

Колебалась я не долга и все-таки отрезала кусочек, попробовала. Вкусно. Даже вкуснее чем я ожидала.

Мы ели молча. Корвин как всегда сосредоточенно. А я пытаясь не подавать вида, как приятно есть горячую еду, которую кто-то приготовил для тебя. Особенно кто-то кто делать этого совсем не должен.

Когда тарелки опустели, Корвин отодвинулся от стола и посмотрел на меня.

— В кладовке среди припасов много овощей, — сказал он буднично. — Используй их, а то пропадут.

Мне не удалось скрыть своего удивления, я с сомнением уставилась на Корвина.

— У нас свои есть, — буркнула я. Часть меня понимала, что глупо сопротивляться, когда тебе предлагают еду.

— Ты про ту сморщенную картошину и морковку на дне мешка? — парировал он. — Я видел. Не спорь, Розалинда.

Он поднялся и вышел из кухни, не дожидаясь ответа.

Я осталась сидеть, глядя ему вслед. Потом усмехнулась про себя. Вот и поговорили.

Вскоре на кухне появились остальные. Бенедикт засуетился у плиты, варя кашу. Фелисити спустилась в идеальном скромном платье, с аккуратно уложенными волосами. Кларисса вышла последней, с видом светской дамы, которая делает одолжение, отправляясь в поездку.

— Ну что, — сказала она, садясь за стол, — скоро ехать?

— Гаррет обещал быть утом, — ответила я, наливая себе чай.

Кларисса кивнула и принялась за завтрак, то и дело поглядывая на дверь.

Фелисити села рядом и неспешно ела кашу.

Я наблюдала за ней мельком. Ничего подозрительного. Просто девушка, которая завтракает с родственниками. Но почему-то даже ее спокойствие казалось мне наигранным.

За окном послышался скрип колес. Кларисса отставила чашку с чаем, поправила прическу.

— Ну, я поехала, — сказала она, поднимаясь. — За солью.

— Конечно, матушка, — кивнула я, пряча улыбку. — Только за солью.

Она метнула на меня быстрый взгляд, но промолчала.

Мы вышли во двор. Повозка Гаррета уже ждала у ворот. Полковник сидел на козлах, при виде Клариссы спрыгнул и галантно подал руку.