Анастасия Орлова – Мессир С. (страница 2)

Сегодня он выглядел официально как никогда. Белоснежная рубашка «Валентино» обтягивала его накачанное тело (в зале Слава занимался больше, чем любовью), черные брюки от «Бриони» (как, собственно, и большая мужская половина этой вечеринки) и дерби от «Джимми Чу» с принтом из металлизированной кожи. «Вылитый клоун», – подумал Денис.

– Ты откуда такой ряженый? – с усмешкой спросил Денис и махнул свой виски залпом. На душе стало как-то теплее. Или просто на желудке. Или просто народ надышал, и стало тупо душно. Там черт только разберется.

– Да я уже заманался, все жмет, – заныл Слава, разминая руки и поправляя ремень. Казалось, что все пуговицы и швы вот-вот лопнут, и этот шкаф останется стоять в этих лохмотьях, как ни в чем не бывало, со счастливым лицом. – От отца я, у него там встреча с какими-то инвесторами, так вот он все пытается меня приобщить к своим делам… Нахера спрашивается? Я ж актер!

– Не «нахера», а «зачем», Слав, зачем, – поправил его Денис, проплывая к бару за дополнительной порцией вискаря. – Я ща, – предупредил он, подняв указательный палец вверх.

– Да неважно, – буркнул Слава и кому-то крикнул «привет», волочась за другом. – Так ты не ответил, ты Журавлеву нашел?

– Славааа! – окликнула его Наташа, пробираясь между людьми, как в джунглях между деревьями, плотно стоящими друг к другу. Девушки то и дело подпевали, считая это самым необходимым, иначе музыка перестанет играть и вообще, мир рухнет, если они не будут сейчас танцевать здесь и лажать. И старательно же лажают.

– Отвали! – с улыбкой на миллион долларов крикнул ей Слава, но она ничего не услышала. Громкость музыки заглушила смысл его слов, и по его губам Наташа прочитала «привет». Поэтому девушка улыбнулась еще шире и продолжила свой рыцарский поход.

Рядом незнакомые девушки, которые наблюдали за происходящим, засмеялись и чокнулись с Денисом и Славой бокалами. Вдруг послышался нервный женский шепоток, который усиливался с каждой минутой, как ветер в поле. Головы друзей невольно повернулись назад, и они увидели Его.

Этого мужчину здесь ждала почти каждая. Александр Ларин еще не зашел в дом, но уже знали все, что он прибыл. Он закончил тот же институт несколько лет назад и до сих пор оставался желанным гостем на любой вечеринке. Конечно, он звезда. Здесь его знала каждая собака. Занимается бизнесом, всегда при деньгах, какой-то очень крутой мужик. Вот и все, что, собственно, и знал Денис. Только он не понимал одно: что он здесь забыл? Разве такому, как он, интересно общество детей, курящих траву и распивающих крепкие напитки. Ведь, по сути, здесь не было взрослых. Хотя другие выпускники прошлых лет здесь тоже присутствовали. И не только из Щуки.

Мигающий свет стробоскопов словно делал стоп-кадры. Руки, ноги, тела переплетались, бились в одном ритме, и этот вечер стремительно перетекал в глубокую ночь.

– Ууу, – прогудел Слава и добил свое пиво. – Иди, ищи ее, а то уже даже мне понятно, с кем она уйдет сегодня.

– Спасибо, дружище, – иронично буркнул Денис, поставил свой стакан на ближайший столик и чуть ли не бегом ринулся на поиски Кристины, с огромным трудом пробираясь через полупьяных людей.

– Твою мать, Насть, ты где? – спросила Кристина, ответив на телефонный звонок. На другом конце слышался женский плач, сквозь который отчаянно прорывалась невнятная речь. Чтобы изолировать себя от этой вечеринки, ей пришлось ускользнуть от нескольких парней, которые своим назойливым присутствием слегка отравляли ей вкус этого вечера.

– Какая авария? – закрывшись в туалете второго этажа, переспросила Журавлева. – И почему ты с Жениного телефона мне звонишь?

Музыке будто заткнули кляпом рот, и теперь она издавала только бу-бу-бу, вместо внятных слов. По крайней мере, так ее слышала Кристина.

– Приезжай, я на Патриарших, – заикаясь, ответил женский голос. – Тут трупы.

– Какие трупы? Насть, ты о чем вообще? Ладно, я сейчас приеду! – крикнула Кристина и сбросила звонок. Она посмотрела в зеркало и заметила маленькое черное пятнышко от туши под глазом. К счастью, здесь же нашлась коробка с ватными палочками. Кристина взяла одну, смочила ее слюной, предварительно вытянув губы в трубочку, и подтерла незначительный недостаток. Оказавшись в одиночестве, она учуяла запах собственных духов, смешанных с запахом дезодоранта. Так как парфюм был куплен только два дня назад, и Кристина еще не привыкла к своему новому аромату, который еще не успело впитать ее тело, она его ощущала очень ясно, будто кто-то еще находился с ней в комнате. Затем она ополоснула руки прохладной водой, вытерла их одноразовыми полотенцами и вышла из уборной. Все-таки появившуюся в теле дрожь нельзя было игнорировать.

– Извини, – бросила она какому-то парню, с которым случайно столкнулась, и побежала вниз по широкой дубовой лестнице к выходу, как вдруг совершенно неожиданно для нее какой-то другой тип перегородил ей дорогу.

– Попалась, – протянул Слава и поднялся на одну ступеньку, слегка покачиваясь. Взгляд его плавал, и он не мог остановить его на Кристине, от этого складывалось впечатление, что он смотрит сквозь ее подбородок.

– Что, прости? – тупо спросила Журавлева, вообще не понимая, что происходит. Ей нужно было срочно ехать на Пруды, подозревая, что ее лучшая подруга вляпалась во что-то серьезное. Чего-чего, а трупов еще не было в ее историях.

– Мне идти надо, але! – сказала она парню внушительных размеров и щелкнула пальцами перед его мордой, но тот не собирался отступать. Приняв на грудь прилично, он уже мало что соображал. Да и, как назло, никого вокруг не было, словно лестницу окрестили мертвой зоной.

– Слав! – окрикнул незнакомца парень, с которым она только что встретилась наверху. Пьяный Слава перевел свой туманный и заторможенный взгляд (скорее, замороженный) на приятеля, затем на Кристину и рывком схватил ее за руку.

– Эй, – мягко и спокойно протянула она. – Чувак, там еще много девушек.

Ей стоило больших усилий сохранять спокойствие, потому что она ненавидела пьяных мужиков и, следовательно, пыталась вести себя благоразумно. Тихий и монотонный голос как-то действовал на наркоманов и пьяниц, и Кристина умела выкручиваться даже из таких ситуаций.

– Да отпусти ты ее! – крикнул Денис и бросился оттаскивать друга, чувствуя тошноту.

Высвободившись, Кристина бросила холодное «спасибо» своему спасителю и кинулась искать свое пальто. Хотя, как подумал Денис, он заслуживал большего, чем эта бездушная и формальная благодарность. Но ее магнетическая внешность действовала на него по-особенному. Он словно обмякал в этом пространстве и времени, готовый согласиться со всем, что она скажет или сделает. Безвольное какое-то состояние, но безумно нравившееся ему.

– Что за день-то сегодня такой, – вслух подумала Кристина, впопыхах залетев в комнату с верхней одеждой. Куртка на куртке, пальто на пальто, сумки, обувь, пакеты, бутылки и ни одного человека. Где-то из угла исходил мягкий свет от торшера, и пока Кристина пыталась найти включатель, с ней поздоровались.

– Справа, чуть повыше, – подсказал мужской бархатный голос. Послышался долгожданный щелчок, и верхний свет зажегся. Резануло глаза.

– Спасибо, – бросила Кристина незнакомцу и принялась искать свое пальто в этой куче, отмечая у себя ускоренное сердцебиение. Какое-то странное дежавю.

– Прости, а мы раньше не виделись? – спросила она, зависнув на несколько секунд. – Голос знакомый.

Парень в кресле чуть повернул голову в ее сторону, но Кристине по-прежнему не было видно его лица.

– Нет, не виделись, – просто ответил незнакомец.

– Окей, – ответила Кристина и принялась дальше искать свое пальто. После двух минут безрезультатных поисков она открыла шкаф, в котором тут же обнаружила то, что искала. По привычке посмотрела на свои наручные мужские «Ролекс», которые выиграла у одного типа. Часто ее спрашивали, почему она носит совсем не женские часы, но для нее это были не просто часы. Это была ее гордость, трофей, который напоминал о ее слабости к покеру.

Кристина до сих пор помнит запах его потной рубашки «Армани», ставшей мокрой после того, как он проиграл ей сначала пятьсот долларов, а потом десять тысяч. «Ролекс» оказался на столе лишь из-за его любопытства и азарта. Конечно, как двадцатилетняя девчонка смогла обыграть взрослого сорокалетнего бизнесмена, потратившего на эту игру не один год, у него просто не укладывалось в голове. Нет, он не был пьян в тот вечер, поэтому некого было винить, кроме как себя, в своем глупом поражении.

Кристина суетливо накинула пальто и положила мобильник в карман.

– Уходишь так рано? – снова послышался приятный мужской голос молодого человека, сидящего в кресле возле окна и даже не глядевшего в ее сторону, что показалось ей немного странным. Ее также удивило, что он здесь мог делать в одиночестве, ведь вечеринка только набирала обороты и ей сейчас любая свежая кровь пришлась бы по вкусу.

– Скоро садимся играть в покер. Присоединишься?

– Нет, я уже уезжаю, спасибо, – ответила она и немедля вышла из гардеробной, задумавшись над странностью его вопроса только у выхода на крыльцо.

Веселье действительно было в самом разгаре, но телефонный разговор буквально выбил почву у нее из-под ног. Быстро попрощавшись с несколькими своими подругами, чье общество не могла больше выносить, Кристина выбежала на улицу, обмотав шею шарфом, и столкнулась с ребятами, которые потягивали сигареты, косяки и оживленно вели беседу. Свежий воздух с намеком на первый морозец ударил ей в лицо. Она вздохнула и посмотрела в небо. Оно было по-праздничному разукрашено покрывалом звезд, ведь за городом они всегда были ярче.