Анастасия Образцова – Хорошо, когда всё фиолетово (страница 2)
Собрались мы как-то девчачьей компанией выпить хорошего вина, поговорить за жизнь и обсудить бывших. Когда все темы были перемолоты, Лена предложила раскинуть МАК, те самые метафорические ассоциативные карты, о которых мы все где-то слышали, но не помнили что именно. Для нас МАК, Таро и куклы вуду по смыслу стоят где-то рядом, слово «сессия» – что-то давно забытое студенческое, а «запросы» – это про пышногрудых блондинок в Дубаях. Ленчик провела нам экспресс-ликбез, чтобы мы поняли, что МАК – это не бабки-ëжкины эзотерические приколы, а система изображений, которые призваны вызвать у нас определённые ассоциации, мысли и ответы. Формулируешь тот самый запрос (можно и про Дубай) и через ассоциации, вызванные картами, получаешь ответ. Удивительно, что каждый на карте видит своё. Два человека, разглядывая одно и то же изображение, делают диаметрально противоположные выводы из увиденного. То есть если на картинке бык тащит девушку в яму, один в этом видит картину Серова «Похищение Европы», а другой – какой-то изврат.
Первой тянула карту Таня. К слову говоря, она у нас «человек—Пьеро», и «вселенская печаль» её второе имя. Танюха во всём ищет подвох, но не потому, что осторожная, а потому, что сначала видит негатив, а до позитива дело обычно не доходит, прямо как в той байке.
Едет мужик в автобусе и думает: «Жена – змея, дети – двоечники, начальник – сволочь, жизнь – гоvно».
А за его спиной стоит ангел-хранитель и, вздыхая, записывает: «Какие странные желания каждый день. Ну ладно, пойду исполнять».
Так вот, Татьяна наша, как тот мужик, постоянно запускает во Вселенную «поломанную» программу.
Итак, возвращаемся на наш МАК-девичник. Таня тащит карту, а на карте лицо женщины, которая плачет кровавыми слезами. Это не факт, а то, что видит мозг нашей пропитанной пессимизмом подруги. Танька в ужасе, руки и губы трясутся:
– Да что ж такое?! Только я могла вытянуть такую карту! Вон там под ней другая, на которой солнышко улыбается, а я вытянула этот кошмар! Вечно у меня всë наперекосяк!
– Танюша, что ты видишь здесь? Какие у тебя ассоциации? – спрашивает Лена-коуч.
– Да ничего хорошего! – голосит Танька. – Как минимум ослепну, вон кровь из глаз! А как максимум – никогда не выйду замуж! – это уже включился Танюшкин незакрытый гештальт с замужеством. Мы пытаемся её успокоить, Лена – отвлечь наводящими вопросами, но Татьяна уверенно гнёт линию своего венца безбрачия.
Минут через двадцать, когда рёв раненой русалки стихает, эту же карту с «кровавой Мэри» вытаскиваю я.
Танька эмоционирует дальше:
– Ну! Насть! Давай! Рассказывай! Что здесь, с твоим вечным позитивом, видишь ты?!
Я вижу, что моя подруга расстроена, хочу как-то её поддержать и тоже усмотреть в карте что-то типа гибели Помпеи, но мне реально ничего жуткого в голову не приходит.
– Дождь. У девушки тушь потекла… розовая, – тихо и честно отвечаю я, – она лицо под капли подставила, и мне кажется, что даже немного улыбается.
Танька в шоке. Коуч торжествует, что теория разных ассоциаций верна. Остальные участники импровизированной сессии ржут.
Удивительно, конечно, насколько по-разному мы ощущаем мир. О подобном в сети гуляют строки, которые приписывают или Омару Хайяму, или Расулу Гамзатову. Авторство не доказано.
Есть у меня и другая подруга. Светка. Натура диаметрально противоположная Татьяне. О её способности видеть во всём плюсы в нашей компании ходят легенды. Так вот, если Таня – сгусток «тёмной материи», то Света оправдывает своё имя, хотя жизнь периодически потряхивает её, как Везувий те самые Помпеи. Я всегда удивляюсь и одновременно восхищаюсь её жизненному настрою. В том, что большинство из нас сочли бы несчастным случаем, Светик умудряется находить плюсы.
Однажды она сломала ногу, но мы от неё услышали не жалобы и нытьё, а вот это:
– Отлично! Отчетный период, а я на больняке! Отдохну. Сериальчики посмотрю, книжки почитаю.
Человек лежит на растяжке в гипсе «по самое не хочу» и строит планы на ближайший месяц. Вы удивитесь, но у Светика всё срослось быстрее, чем обычно в таких случаях. «Игра престолов» так и осталась недосмотренной, а лечащий врач на этом феномене задумал взяться за диссертацию «Сверхскоростное сращивание сложных переломов в атмосфере оптимизма».
Но жизнь любит ставить эксперименты и проверять нас на прочность. Пока Светуля чинила ногу в больнице, её муж нашел себе объект вожделения помоложе, с ногами «от ушей» и без гипса. Из больницы Света вернулась в пустую квартиру. Кот Семён вился у ее ног, всячески показывая сочувствие, одновременно пододвигая к хозяйке пустую миску. Предательство благоверного Света пережила со свойственной ей стойкостью. Вздохнула, всплакнула, неделю полежала в обнимку с пледом, Семёном и томиком Гумилёва. И, как обычно, построила план на будущее, но уже без мужа. Решительно вычеркнув его из запланированной месяц назад поездки в Дубай, сказала:
– Значит, не мой человек был. Спасибо ему, что не врал и не тянул ещё лет десять. Мне всего сорок, времени вагон, я ещё и ребёнка рожу.
Так и произошло. Через полгода Светик вышла замуж за врача, который сращивал её перелом. И теперь по их просторной квартире бегают двое мальчишек-погодок.
Наша жизнь состоит из событий и обстоятельств, а проблемы мы чаще создаем сами, они – это просто реакция на те самые обстоятельства. Как говорил далай-лама: «Если проблему можно разрешить, не стоит о ней беспокоиться. Если проблема неразрешима, беспокоиться о ней бессмысленно». Здоровый пофигизм и заключается в том, чтобы расставить приоритеты, спокойно решать действительно важные задачи и не обращать внимание на те, которые, по сути, не имеют значения.
«На золотом крыльце сидели» прораб Тимур и его команда
Вы разговариваете со своим домом? Очень хочется узнать, это нормально – общаться с недвижимостью или только я так странно себя веду? Когда приезжаю на дачу, захожу и всегда говорю: «Дом, привет. Как ты тут без нас?» А когда уезжаю в город: «Дом, пока! Держись! В следующие выходные приедем». Причём с квартирой я почему-то беседы не веду. Считаю, что она не нуждается в диалоге со мной, сама как-то справляется. А Дом – это другое дело. Чувствуете? Я уже это слово с большой буквы пишу? Значит, имя ему дала, не очень оригинальное, но всё-таки имя.
А с другой стороны, многие же разговаривают со своими автомобилями и дают им ласковые прозвища. Вестиня – «Лада-Веста» моей любимой невестки, Масик – брутальный «Мерседес» одной моей знакомой, а «тазами» мой сын кличет свои гоночные машины. «Ласточка, давай, не подведи! Дотяни до заправки!» Знакомо? Пофиг, что бензин плещется где-то рядом с нулём, мы её просим, и она дотягивает.
Вот и наш Дом откликается на заботу. Иногда кажется, что мы обустраиваем его не для себя, а для него самого. Дренаж сделали, чтобы ЕМУ сухо было. Водосточные трубы – чтобы вода с крыши стены ЕМУ не заливала. Мне кажется, что и террасу мы решили построить, чтобы ЕМУ крыльцо от дождя оградить, а не для того, чтобы мы чай с бергамотом на ней пили. И чтобы это был не просто настил из крашеных досок, а фильдеперсовая, на фундаменте, с белыми перилами и прозрачной крышей. Казалось бы, всё просто, нанимай специально обученных людей, плати – и получай красотку-террасу для семейно-дружеских посиделок. Но это вроде бы нехитрое дело вылилось в настоящий хоррор, со всеми вытекающими в виде разгромленного крыльца, торчащих из земли чёрных свай. Завершала сей натюрморт лестница с оторванными перилами, под странным углом, отрицающим законы гравитации. Хаотично разбросаны использованные… нет, не то, что вы подумали, а гвозди и электроды для сварки. Это не картина апокалипсиса, а всего лишь растянувшийся на две недели первый этап строительства террасы.
Двадцать второе мая. Офис питерской конторы «Ваши террасы».
– У меня отпуск с тринадцатого по тридцатое июня. Успеете собрать за это время? – спрашиваю, занося ручку над договором.
– Канееешна! Не сомневайтесь! У нас огромный опыт в этом деле, – отвечает бравый прорабоменеджер Тимур. – К тринадцатому на производстве всё нарежем, к четырнадцатому отгрузим, дня за три соберём.
Именно за это их и выбрала – своё производство. Пилят, красят, и никакой тебе пилорамы на участке. Привозят и собирают это «лего». Сиди, хозяйка поместья, чаи гоняй на природе.
Двенадцатое июня.
Звоню прорабу, чтобы договориться на завтра о доставке. Тишина.
Тринадцатое июня – телефон вне доступа.
Четырнадцатое июня. Прораб нашёлся:
– Завтра вам сваи приедут устанавливать.
Моей радости нет предела, я уже грешным делом подумала, что меня кинули и предоплату я потеряла безвозвратно.
– О, класс! Почти в срок!
Чашка ароматного чая на ротанговом столике стала ближе. Даже повеяло бергамотом и мятой.
Пятнадцатое июня.
Ура! Сваи есть! Блестящие, чёрные, красивые. С крыльца, правда, спуститься без страховки не реально. Но ничего, веревочку натянем и потерпим. Ведь со дня на день террасочке быть. Да и ротанговый столик «Озон» уже подогнал.
Шестнадцатое июня.
Семнадцатое…
Восемнадцатое…
Видимо, бригада ушла в загул, отмечая начало работ на нашем объекте.