Анастасия Нуштаева – В начале марта (страница 8)

Леля прижала кулак ко рту, едва сдерживаясь, чтобы не начать грызть ногти от волнения. Она понимала, что ей стоит успокоиться, но никак не могла взять себя в руки. Чашечка ромашкового чая сейчас бы не помешала. Дома она всегда пила его, чтобы успокоиться. И он реально помогал.

Леля представила свою любимую чашку, белую, с ручкой в виде сердечка. Представила ее содержимое, то, как пахнет чай, какой температуры и как вкусно его пить с бубликами, которые Яна почему-то ненавидит.

Тяжко вздохнув, Леля открыла глаза и… увидела свою любимую чашку. Ту самую, с ручкой-сердечком. И да, то, что находилось в чашке, пахло как ромашковый чай, и по цвету было как ромашковый чай.

Осмотревшись, будто собираясь совершить какое-то преступление, Леля осторожно коснулась чашки. Горячей она не была. Тогда Леля немного отпила… И да, по вкусу эта жидкость была ромашковым чаем. Причем идеальной температуры, как раз той, что загадывала Леля.

Как он здесь появился? Неужели все ее пожитки перекочуют сюда вместе с ней? Как Яна отреагирует на то, что из квартиры волшебным образом исчезнет половина вещей? Как она вообще почувствовала себя, увидев, что ее сестра пропала? Наверное, места себе не находит…

От этих мыслей Леле перестал казаться таким уж замечательным ромашковый чай. Нужно будет спросить у этих… богов, как ей передать сестре, что с ней все нормально. Возможно ли это вообще? Или связь с миром людей… или, как сказала Морана, с Явью, невозможна?

Леля отодвинула чашку и убрала руки со стола. Живот забурчал. Леля поняла, что хочет есть. Неужели боги тоже едят? Хотя что тут удивительного, если все они находятся в обычном человеческом теле?

Едва Леля собралась, чтобы «заказать» у этого замечательного стола еды, как из-за ее спины раздалось:

– Приветик!

Обернувшись, Леля увидела, что к столу быстрым легким шагом приближается какой-то парень. В том, что он тоже бог, Леля не сомневалась. Здесь ведь только они и водятся.

– Здра… – начала Леля, но тут же исправилась: – Привет.

– Ты новая Леля, да?

Парень уже подошел и теперь стоял рядом с Лелей. Он улыбался так лучезарно, что Леле показалось, будто она смотрит на солнце. А его глаза, хоть и были светло-голубыми, не меркли на фоне этой улыбки и такой же светлой кожи.

Леля кивнула, и сама не заметила, как тоже заулыбалась. Похоже, в первый раз, как оказалась в Нави. Энергетика этого парня была особой, не сравнимой с Хорсом, Велесом и, разумеется, Мораной.

Парень был блондином, почти таким же светлым, как и Леля. Только подтон его волос уходил в рыжину. Даже по длине их волосы были практически одинаковыми. Только у парня они вились, и сзади, около шеи, перевязывались красной ленточкой.

Он стоял рядом, смотрел на Лелю и улыбался ей. Леля смутилась.

– Как вас зовут? – спросила она просто чтобы разбавить тишину.

Парень улыбнулся еще шире, хотя казалось, что шире уже невозможно. Он склонил голову набок и сказал:

– Можно на «ты». Мы тут все на «ты» обращаемся.

Леля кивнула в тысячный раз за утро. Если и дальше так пойдет, то к концу дня ее голова отвалится.

– Поняла… – протянула она, просто чтобы не стояла тишина.

Парень провел рукой по волосам и Леля залюбовалась ними. Ни разу в жизни она не видела таких длинных волос у мужчин. Да и у женщин. Этот парень явно следил за ними. Обычно мужчины, которые отращивают волосы, забывают, что чем волосы длиннее, тем больше внимания требуют. А этот справлялся и его волосы, хоть и были пористыми, не выглядели как старая мочалка.

Затем он сел рядом, перешагнув через скамейку. Леля зачем-то подвинулась и чуть не свалилась с лавочки.

– Как прошел переход? – спросил он.

– Что?

Парень вздернул брови. При этом не исчезла его лучезарная улыбка.

– К тебе во сне пришли?

– Да, – сказала Леля. – Какая-то девушка и какой-то парень пришли и…

Она хотела бы закончить мысль, но не знала, что сказать. Что они сделали? Леля помнила эту ночь, но не так, как помнят реальность. Ее воспоминания больше походили на яркий, реалистичный сон.

Парень ждал ответа, но, уяснив, что сама Леля не справится, сказал:

– … и ты совершила переход. Проснулась и оказалась здесь, в Нави?

– Верно.

Не согласиться Леля не могла, ведь слабо понимала, что происходит. Благодаря Хорсу и Моране, чуть лучше, но все же… И куда Хорс запропастился? Обещал же вернуться.

Леле захотелось, чтобы кто-то потревожил их. Взгляд этого парня был добрым, даже восхищенным. Но Леле было неловко оставаться с ним один на один. Особенно если учесть, что она не знала его имени.

– А вы… – начала Леля. – То есть ты… Бог чего?

Парень еще выше вздернул брови. Его лицо говорило о том, что вопросы Лели его забавляют. Но сама она не видела ничего смешного в своих словах.

– Что? – сказала она и, забеспокоившись, добавила: – Я что-то не так сказала?

– Нет, – ответил парень. – Я просто удивлен, что ты так и не поняла, кто я, и как меня зовут.

Он замолчал, с любопытством уставившись на Лелю. А она едва не захныкала. Почему она ничего не понимает? Леля не считала себя тугодумкой. А в Нави, на фоне этих идеальных людей, она переставала быть в этом уверенной.

– Ладно, – сказал парень, уяснив, что без помощи Леля не справится. – Даю подсказку… Какой-то человеческий умник назвал в честь меня квас.

– Квас?

Парень кивнул и Леля, не выдержав, засмеялась. Он не обиделся – понимал, как абсурдно прозвучали его слова.

– Только не нормальный квас… Из закваски, как положено. А вот этот ваш, человеческий, с шипучками и кучей сахара.

От того, каким парень стал недовольным, вспоминая «этот ваш человеческий квас», Леле стало еще смешнее. Она даже голову запрокинула, пока смеялась, и глаза закрыла. А когда успокоилась и посмотрела на парня, то обнаружила, что он наблюдает за ней и, кажется, радуется тому, что сумел ее рассмешить.

– Какими шипучками? – сказала Леля.

– Ну как же… – сказал парень, деланно засуетившись. – Вот такими…

Он положил руку на стол, на секунду призадумался, и тут на столе возникла стеклянная кружка с чем-то пенящимся внутри, похожим на темное пиво. Леля сразу поняла, что это обычный квас, который продается в супермаркетах в Яви. Она удивленно посмотрела на парня. Но смущал ее не сам квас, а его появление.

– Как ты это сделал? – спросила она.

– Я думал, ты уже догадалась.

Парень кивнул на чашку с остывшим ромашковым чаем.

– Нет, я… Я не поняла, как это произошло. Просто подумала о том, что хочу чаю и, бам-с, чашка появилась.

– Правильно, – кивнул парень. – Скатерть-самобранка у нас так и работает. Подумал о том, что хочешь съесть или выпить, и это появляется на столе… Вот, смотри.

Парень снова уставился на стол и спустя пару секунд на белой ткани появился красный леденец на палочке в виде цветочка.

– Здорово! – сказала Леля обрадовавшись искренне, как маленький ребенок.

Парень не прекращал улыбаться, только теперь его улыбка стала самодовольной, словно это не скатерть волшебная, а он – мастер-фокусник, сам сделал так, чтобы леденец здесь появился. Затем он взял цветочек за палочку и протянул Леле. Та приняла леденец и зачем-то спросила:

– Настоящий? Его можно есть?

Пожав плечом, парень сказал:

– Попробуй.

Леля лизнула лепесток и ощутила приторную сладость, такую сильную, что щеки свело. А потом снова воскликнула:

– Здорово!

Есть цветочек не хотелось, во-первых, потому что он был до неприятного сладким, а во-вторых, потому что был красивым, как произведение искусства. Леля отложила его, собираясь потом забрать к себе в комнату, и надеясь, что он не расплавится на солнце и не оставит на скатерти пятно.

Потом она перевела взгляд на парня и обнаружила, что тот наблюдает за каждым ее движением.

– Так что? – сказал он. – Догадалась кто я?

– Честно говоря, нет, – сказала Леля, но теперь она не чувствовала себя глупой.

– Ну же, – сказал парень. – Это же просто! Подумай, богом чего я могу быть и тогда сразу вспомнишь мое имя!