Анастасия Никитина – Невеста массового поражения (страница 13)

Превращение экземпляра принцессы обыкновенной в неотразимую страхолюдину заняло оставшиеся несколько часов. Когда колдовавший надо мной магик, наконец, ушел, я поднялась и бросила короткий взгляд в зеркало: самое то. Золотые завитушки исказили лицо до неузнаваемости. А в сочетании с тяжелым, расшитым каменьями парадным платьем и высокой прической я и вовсе смотрелась сестричкой полоумных дворцовых модниц. И не столько внешне, сколько по умственному развитию. Только окончательно сбрендившим могло прийти в голову добровольно так себя изуродовать.

Я скорчила недовольную рожицу и вышла из комнаты. В порт меня опять доставили в отдельной карете, так что первой жертвой моей неотразимой красоты стала Аленна. Увидев меня на пирсе в ярких лучах солнца, она покачнулась и незаметно постучала пальцем по виску. Я ухмыльнулась: «Надеюсь, ифитов женишок тоже окажется поражен до глубины души».

Наставница нахмурилась, заметив эту ухмылку, но что-то изменить уже не успела: долгожданный корабль, раззолоченный не хуже меня, мягко ткнулся бортом в причальную стенку. Аленна, опершись на локоть посла, направилась к сходням. Мне же не оставалось ничего другого, как принять руку навигатора. Так парами мы и подошли к кораблю. Пропуская мимо ушей всевозможные благоглупости, которые нашептывал мне стихийник, я жадно осматривала толпу на палубе в поисках своего жениха. Но вычленить его из общей расфуфыренной массы гостей так и не смогла. Зато с легким неудовольствием заметила, что среди дам нашлись и куда более эпатажные, чем я. Мало того, что их лица выглядели, как золотые маски, так еще и кое-где сверкали мелкие драгоценные камни.

Пока я скрипела зубами, с эдакой модой жениха скорее привлечешь, чем отвадишь, церемония встречи набирала обороты. Пухлый градоправитель сокрушался, что не успел подготовиться. Аленна с улыбкой убеждала его, что все великолепно и вполне соответствует ее «взыскательному вкусу». Распорядитель время от времени шпынял обильно потеющего градоправителя, мол, к приему высочайших гостей тот должен быть готов всегда, и витиевато извинялся перед наставницей.

Наконец, первый этап в виде корабельных сходней гости прошли. Но не успела я обрадоваться, что часть занудства осталась позади, как появился новый повод нахмуриться. Повод был одет в темно-голубой костюм и обнимался с Аленной посреди красной ковровой дорожки. Припомнив, что подобное выражение радости на людях допускалось этикетом лишь для ближайших родственников, я поняла, что вижу своего дорого женишка.

Вдоволь намяв сестре бока и заполучив в отместку пока спящее плетение «Спотыкач», принц направился ко мне. Слава Создателям, меня заключать в объятья никто не собирался.

— Ваше Высочество, — он склонился к моей руке, немедленно зацепившись кудрями за камешки в кружевах манжета.

— Государь-наследник, — склонила голову я, ехидно наблюдая, как он пытается незаметно выпутать волосы. Да, да. Я специально выбрала именно это платье. И очень жалела, что не нашла другое, с манжетами до колен, чтобы еще больше усложнить женишку задачу.

Ничем особенным принц не выделялся, тот же навигатор выглядел куда внушительнее. Среднего роста, стройный, на лицо, конечно, не урод, но и не красавец. Обычный магик, каких сотни. Впрочем, надо отдать ему должное, из всех присутствующих аристократов только он да Аленна не поддались общему поветрию разрисовывать собственные лица золотой краской.

— Вы так прелестны, юная принцесса, что я с трудом нашел в себе силы от вас оторваться, — заявил Максиан, наконец, отцепившись.

Поежившись под сотней женских взглядов, моментально скрестившихся на моей скромной персоне, я пожалела о своей невинной выходке. На меня смотрели с завистью и негодованием, а кое-кто с откровенной ненавистью. Мельком глянув вслед принцу, который как раз подавал руку Аленне, я невольно ему посочувствовала. Все эти девицы, скорее всего, не обратили бы на него никакого внимания, не красуйся на его голове тонкий золотой обруч Государя-наследника. Впрочем, сочувствие быстро притушил внутренний голос, напомнивший мне, что я сюда вовсе не жалеть принца явилась. И без меня найдутся жалельщицы. «Да и сам Макака своим печальным, с моей точки зрения, положением вовсе не тяготится, — с неожиданным раздражением одернула я себя. — Вон, какие многообещающие улыбочки расточает направо и налево, впору его будущей жене сочувствовать!»

К счастью, Аленне как-то удалось отмахнуться от поджидавших нас паланкинов, безумной идеи посла. Представив, как бы запихивала в эту разукрашенную коробку свои необъятные юбки, я прониклась к наставнице небывалой благодарностью. Впрочем, мне и без того хватило раздражителей. За десять минут дороги от пристани до портальной арки я успела пару раз увериться в правдивости своих предположений насчет принца, раз пятнадцать проклясть неудобное платье и разок чувствительно наступить на ногу сопровождавшему меня офицеру, напоминая, что признание во внезапно вспыхнувшей страсти не входит в круг его обязанностей.

А у портальной арки в столице все началось по новой: речи, комплименты, взгляды… Но и после этого мне не удалось остаться в одиночестве. В покоях меня уже поджидали три служанки с новым, особо модным платьем, подарком Правителя, будь он неладен, наготове. А к платью прилагались украшения, а к ним — новая прическа. И так до бесконечности.

Неудивительно, что на торжественный обед во дворце Правителя Черного континента я явилась в отвратительном расположении духа. Да и сам обед добродушия мне не прибавил. Мало того, что из-за тесного корсета поесть почти не удалось, так еще и аристократ, оказавшийся рядом за столом, все четыре часа без умолку рассказывал о своих прославленных предках. Из его монолога я уяснила лишь то, что предки эти славны только дальним родством с родом белакского Правителя. Но приходилось покорно кивать и улыбаться, потому как по левую руку сидел Максиан. Не с ним же общаться, в самом деле? Вот я и слушала бессмысленные россказни, игнорируя как попытки Макаки завязать разговор, так и все более недовольные взгляды наставницы. Прямая, как палка, она сидела рядом с Никсом. Зная их уже много лет, я сразу поняла, что коронованные супруги так и не помирились. С другой стороны мою наставницу «подпирал» белакский Правитель, то и дело нашептывающий ей что-то на ухо. Аленна же явно злилась. Впрочем, кроме меня во всем зале это мог бы заметить от силы пяток магиков. Правительница Черного континента, как всегда, владела собой безукоризненно.

В общем, день прошел совершенно бездарно. Голодная и злая на весь мир, начиная от идиотов, придумавших этикет, и заканчивая Создателями, это допустившими, я выбралась из-за стола одной из первых, едва лишь поднялся царственный гость. Дальше по регламенту были танцы, но в официальной программе они не значились, и, краем глаза отметив, что Аленна тоже направляется явно не в бальный зал, я с чистой совестью попросила Радива, весь вечер проторчавшего за спинкой моего кресла, провести меня в мои покои.

Правда, перед вожделенным одиночеством пришлось пройти через всю трапезную, вежливо отклоняя предложения «продолжить восхитительный праздник» и просьбы «не лишать волшебного общества». К тому моменту, как за мной закрылись двери королевского крыла, куда обычным придворным хода не было, я уже кипела от злости. И это еще на мне висела лишь малая толика гостей, большинство осаждало Аленну.

Тем приятнее было избавиться, наконец, от отвратительного платья и, разогнав прислугу, остаться в одиночестве. На завтра никакой официальной ерунды не планировалось: считалось, что меня займет подготовка к Контролю для Академии Стихий. Это окончательно примирило бы меня с несовершенством Вселенной, если бы не одно «но». Есть хотелось неимоверно. Сперва я, вспомнив детство, решила отправиться на кухню, но, немного подумав, отказалась от этой заманчивой идеи. Когда-то маленькую Оли там хорошо знали и накормили бы без вопросов. Став постарше, я научилась виртуозно избегать нежелательных встреч. Но из-за гостей весь дворец стоит на ушах. Кто знает, что творится на кухне. Еще только не хватало, чтобы кто-нибудь опознал принцессу Двух Континентов в воровке, забравшейся в царство кастрюль и половников.

Мимолетный взгляд, брошенный за окно, решил судьбу вечера: мои комнаты выходили в обширный королевский сад. Полчаса спустя я уже сидела на дереве, с аппетитом уплетая румяное яблоко. Два ночных светила равнодушно наблюдали за этим безобразием, а какая-то нахальная ночная бабочка назойливо пыталась присоединиться к моей трапезе.

— Иди отсюда, — в очередной раз отмахнулась я. — Самой мало!

— А я у тебя ничего и не просил, — послышалось снизу.

Охнув от неожиданности, я выронила недоеденное яблоко.

Из густой тени под деревом прилетел сдавленный вскрик, и вспыхнул маленький светляк:

— Сказал же, не надо!

Я извернулась и посмотрела вниз. На поляне точно под моей веткой стоял какой-то мужчина в темных свободных одеждах. Рассмотреть точнее мне не позволяли маскировочные плетения, очень похожие на те, что я навесила на себя, отправляясь в сад.

— Я случайно, — буркнула я, подавив недостойное желание забраться повыше.