Анастасия Никитина – Невеста массового поражения (страница 12)

— А, что, здесь в посольстве охрана лучше, чем во дворце?

— Намного хуже, — поморщилась наставница. — Но здесь территория белакского государства, и если с тобой что-нибудь случится, то виноваты будут они. Ни один здравомыслящий политик не пойдет на это. Да и не совсем здравомыслящий тоже.

— Ну, да, товар будет целее, если сразу вручить его покупателю. Иногда я думаю, что, когда я впервые вас увидела, мне надо было бежать от вашего костерка, куда глаза глядят, — проворчала я, отвернувшись к окну.

Разумеется, я так не думала. Но безнадежность, навалившаяся на плечи тяжелым плащом, требовала хоть как-то огрызнуться, ударить в ответ на собственную боль хоть кого-нибудь. А никого, кроме Аленны, рядом не было. Но, вопреки моим ожиданиям, наставница не рассердилась. Даже не обиделась.

— Возможно, так и следовало поступить… — задумчиво пробормотала она, бездумно глядя на распахнутый сундук с моими книгами.

Ничего не добавив, она протянула руку и взяла первый попавшийся том. И тут в дверь постучали.

— Ваше Величество? Посол просит вас к завтраку, — донеслось из коридора.

Книжка шлепнулась на кровать:

— Иду, — наставница обернулась ко мне. — Пойдешь?

— Нет, — мотнула головой я, и она вышла.

Я еще долго сидела на подоконнике, лениво рассматривая однообразные верхушки подстриженных парковых деревьев. Да, Аленна не одобряла то, как со мной поступили. Похоже, именно это и стало причиной вчерашней размолвки царственной пары. Вопреки этикету Никс даже не вышел проводить жену. Но, несмотря на это, наставница тоже не стала ничего менять, покорившись обстоятельствам. Значит, единственный человек, на которого можно было положиться, это я сама. После рассказа наставницы многое стало гораздо понятнее. Но это означало лишь то, что моя задача усложнилась. Я все равно не собиралась тупой перепелкой лететь в дворцовый перепелятник. Обойдется Макака без меня. Существуют тысячи способов избавиться от навязанного женишка. Главное — придумать такой, при котором я не поменяю свадьбу на войну.

Глава 5. Лиха беда — начало

Дни «гостевания» в посольстве слились для меня в один, длинный и серый. Погода за окнами не ладилась: моросил гадкий мелкий дождь. Ветер закручивал его струи в причудливые водяные вихри. Некоторое разнообразие принесла налетевшая с моря буря. На равнине в столице я таких никогда и не видела. Огромные волны перекатывались через волнорезы, разбиваясь о защитный купол. С некоей смесью ужаса и восторга я с балкона, нависавшего над пропастью, наблюдала за буйством стихии, игнорируя попытки посла отправить меня вниз, в комнаты. Магик, которого мне представили, как навигатора посольского фрегата, поглядывал на суету царедворца со снисходительной уверенностью мастера своего дела, лишь изредка сбрасывая с пальцев маленькие искорки, отводя особо мощные волны в сторону, на пустынный галечный пляж.

Восхищаясь его работой, я не могла не вспомнить утлые чернакские суденышки, виденные в порту в нескольких леях отсюда. И невольно задумывалась, как они справляются с такими шутками Создателей? У чернаков не было стихийников-навигаторов. Но неужели их нельзя как-нибудь заменить?

Я все еще думала об этом, когда от бури остались одни воспоминания и мелкая морось дождя. Чертила какие-то схемы артефактов, рылась в книгах. Но долго творить мне не дали — явилась Аленна и потащила с собой на завтрак.

— Вспомни о том, что такое этикет. Тем более, это знание тебе скоро будет необходимо постоянно. Конечно, Максу коробит от чрезмерной официальности, размалеванных лиц и туповатых придворных дам, но он — не весь Двор, и лишние пересуды нам ни к чему, — выговаривала она по дороге.

— Я по всем правилам этикета отказывалась от приглашений, — отбивалась я, в сотый раз отцепляя широкую юбку от завитушек на резных панелях коридора.

— И, тем не менее, хотя бы один раз составить компанию людям, тебе угождающим всю последнюю неделю, было бы неплохо, — отмахнулась наставница.

— И чем же это мне угождают? — скривилась я. — Тем, что не дают почитать спокойно, приглашая то на ужин, то на обед, а то полюбоваться очередным «восхитительным закатом»?

— Кто это закатами интересуется? — споткнулась на ровном месте Аленна.

— Навигатор наш несравненный. Раз десять приходил: то закат, то обед, то еще какая-нибудь чушь…

— Закат, значит… — задумчиво повторила наставница, но объяснять ничего не стала и молча пошла вперед.

Пожав плечами, я отправилась следом. Завтрак не обманул моих ожиданий: до предела зарегламентированная этикетом трапеза. Даже комплименты и редкие замечания о погоде отдавали многотомным пыльным «Сводом правил и норм поведения благовоспитанных лерр и леров».

— Ваше Величество, позволено ли мне будет заметить, что вы потрясающе выглядите, — выдал между тостом и салатом расфуфыренный посол с разрисованным уродливыми золотыми завитушками лицом, разглаживая несуществующие складки на салфетке.

— Благодарю, лер Огерони, но, думаю, вы мне безбожно льстите. Я сильно отстала от моды, — пропела в ответ Аленна.

— Не мода создает прекрасных дам, но прекрасные дамы моду, — вступил в соревнование напыщенных индюков навигатор, проводя пальцем по замысловатым золотым узорам у себя на запястье. — Вы прекрасны и без украшений, Ваше Величество, простите прямолинейного и грубого солдата, далекого от придворной куртуазности.

— Не могу не согласиться, — посол покровительственно кивнул «прямолинейному и грубому солдату», на котором кружев и украшений имелось больше, чем на мне с наставницей, вместе взятых. — Жизнь вдалеке от столицы накладывает определенные ограничения. Я преклоняюсь перед вашим подвигом, Ваше Величество. Принести ради блага народа такую жертву… Потомки будут вспоминать вас в своих молитвах вечно.

От удивления я чуть не подавилась. О каких таких жертвах говорит этот разрисованный чурбан? Но Аленна осталась невозмутимой. То ли подобные разговоры велись здесь постоянно, и она уже привыкла, то ли, что более вероятно, сработало натренированное десятилетиями самообладание, но наставница ответила хаму с такой же милой улыбкой:

— Где Правитель, там и столица, вы не находите?

— Разумеется, Ваше Величество. С тех пор, как вы пожертвовали собой, в нашей Вселенной две столицы. Вы позволите мне рекомендовать вам моего мастера визажа? Он сумеет придать вашей несравненной красоте поистине королевский блеск.

— Мастера? — опешила Аленна. Я едва не расхохоталась, увидев ее брезгливый взгляд, скользнувший по разрисованным лицам собеседников. Наставница не переносила и обычную косметику, а уж расписать собственную физиономию, как деревенский кувшин, ей и в страшном сне присниться не могло. И в то же время этикет требовал, чтобы она приняла предложение.

— А мне можно? — невзначай поинтересовалась я, пользуясь положением несовершеннолетней.

Правительница вздохнула с облегчением и охотно передала «лестное» предложение в мои загребущие ручки. Впрочем, это не помешало ей поглядывать в мою сторону с легким подозрением. Вполне обоснованным подозрением, кстати. На посольского визажиста у меня были определенные планы, и наставница совершенно точно бы их не одобрила.

Мысленно потирая ручки в предвкушении первого этапа плана «Разочаровать, Напугать, Отвадить», я с трудом досидела спокойно до конца трапезы и, заручившись обещанием посла немедленно отправить мастера следом, ушла к себе.

Посол не обманул: визажист постучал в дверь, едва я успела сменить повседневное платье на парадное. И то, и другое были отвратительного маркого бледно-голубого цвета, как, впрочем, все мои «официальные» наряды. Различала я их, в основном, по весу: чем параднее, тем тяжелее. К сожалению, встреча высоких гостей с Белого континента — событие более чем официальное, и платье, надетое на меня служанкой, ощущалось, как тряпичные латы, расшитые брильянтами. Разумеется, это не добавило мне добродушия.

— Вы заставили себя ждать, лер… — прошипела я.

— Ари. Прошу простить, Ваше Высочество, — ничуть не испугался неприветливого тона вертлявый молодой магик. — Вы позволите мне начать прямо сейчас? Всем нам скоро отправляться в порт.

— Да, — величественно кивнула я, заслужив удивленный взгляд служанки. Аленна передала мне множество навыков. И умение в случае необходимости изобразить из себя центр Вселенной из их числа. Правда, пользовалась я этим не так уж часто. Совсем не пользовалась, надо признать.

— Тогда извольте присесть, — магик развернул кресло к свету и открыл пузатый чемоданчик с массой мелких отделений.

— Изволю, — я кое-как затолкала пышные юбки в оказавшееся вдруг неимоверно узким пространство между подлокотниками. — И имейте в виду, милейший, я должна быть неотразимой, соответственно моему статусу! Никто не должен превзойти меня!

— Не беспокойтесь, Ваше Высочество, — визажист достал тонкую кисть и, понизив голос, добавил. — Вы затмите саму Правительницу!

Расслабившись, я прикрыла глаза. Остальное он сделает сам. Мне ли не знать, в какое страшилище способен превратить даму художник, которому разрешили следовать собственным понятиям о красоте. Некогда я совершила эту ошибку. В первый и последний раз в своей жизни. Тогда у меня на голове оказалась клетка с живой певчей птицей, а при ходьбе я задевала косяки далеко не низких дворцовых дверей. Перья и подсохшее гуано выпутывали из моих волос еще часа три после злополучного приема, а шея, та вообще болела недели две. И вот сейчас я шла на это сознательно, предвкушая перекошенное выражение на физиономии навязанного жениха.