Анастасия Никитина – Любовь, пироги и другие яды (страница 11)

— Ничего страшного, тисса Белана, — вмешался Минай. — Девушкам всегда требуется много времени на уход за внешностью.

— Минай, вы чудо, — засмеялась маман. — Столько понимания к нашим слабостям. Но не буду задерживать. Дира, ты нашла свежие полотенца?

— А? А, да! Конечно, нашла. Сейчас Минаю покажу, — наконец сориентировалась я.

Парень не стал ждать новых намёков. Поднялся, закинул на плечо свою странную, длинную как толстая колбаса сумку и подошёл ко мне. А вот дальнейшее снова загнало меня в ступор. Он вдруг наклонился и мягко поцеловал меня в макушку:

— Мне так нравится, как пахнут твои волосы… Иногда я думаю, что влюбился именно в них…

Пока я хлопала глазами, он подхватил меня под локоть и почти вытащил в коридор.

— Ты чего? — высвободилась я, едва дверь за нами захлопнулась.

— Играю предписанную тобой же роль влюблённого идиота.

— Зачем идиота? — растерялась я.

— Твоя мать раз пять упомянула, что от любви глупеют. Пришлось соответствовать, — пожал плечами Минай.

— Что ты ей наговорил?!

— Ничего сверх того, о чём мы договаривались.

— Но мы ни о чём не успели договориться! — схватилась за голову я.

— Дирочка! — позвала маман. — Полотенца в верхнем ящике. Показать?

— Нет, мам! — преувеличенно бодрым голосом отозвалась я и распахнула дверь в ванную. — Полотенца… ну, ты слышал.

Минай ухмыльнулся, но язвить не стал:

— Понял. И ты это… На левое кресло не садись. За ним иллюзия.

— Какая ещё иллюзия?!

— Дирочка!!

— Иду, мам! — махнув рукой на очередную загадку, я бросилась обратно в комнату. Что бы ни прятал за иллюзией заущелец, моей матушке это видеть явно не стоит. Мало ли, может, он там любимого монстра укрыл или свою мото-громыхайку воткнул. Парни это любят.

Первым делом матушка отчитала меня за то, что не пропустила гостя вперёд в ванную. Не слишком приятно, но хоть стало ясно, с чего она рассказывала Минаю, что от любви глупеют — дочурку выгораживала в меру своего понимания. А вот потом она вдруг рассыпалась в похвалах моему жениху. Он и «заботливый», и «понимающий», и «красивый», и вообще «просто чудо». Я только поддакивать успевала. А что ещё оставалось? Но где-то на периферии сознания уже маячила мысль, что спонтанное решение объявить Миная своим женихом мне ещё аукнется. По крайней мере, маман точно не поймёт, почему я его бросила, такого замечательного, и выспрашивать подробности будет с дотошностью имперских дознавателей.

«Может, удастся его уговорить «бросить» меня?» — тоскливо подумала я, в десятый раз подтверждая мнимые достоинства своего «выбора».

— Кстати, а расскажи, как вы познакомились?

— Эм… А разве Минай не рассказал?

— Рассказал, конечно. Он вообще только о тебе и говорит. Я даже не догадывалась, какая у меня прекрасная дочь, — засмеялась матушка. — Но мне интересно, как это было с твоей стороны… Зарождение чувств — это так волшебно…

— А мы не опоздаем к столу? — якобы мимоходом уточнила я.

Но безотказный до сих пор аргумент не сработал.

— Не опоздаете. Минай убедил меня, что в некоторых случаях обед можно и отложить ненадолго, — подмигнула маман. — Так что рассказывай спокойно.

Прикусив на кончике языка закономерный возглас: «Как ему это удалось?!», я сделала вторую попытку:

— Да просто кушать хочется — жуть как.

— Ничего, потерпишь, — с доброй улыбкой огорошила меня матушка и снова подмигнула.

Да чтоб маман, да отказалась кого-то накормить? Тем более меня?! Не было ещё такого! Мне безумно захотелось вытащить хитроумного заущельца из душа и поинтересоваться, что он сделал с моей матушкой и кого подсунул вместо неё. Но что-то мне подсказывало, что этот порыв никто не оценит.

— Мам, но кушать…

— Какая же ты нетерпеливая. Разбаловала я тебя, — покачала головой матушка. — Эх, молодёжь… А потом жалуетесь, что парни не романтичные. На, скушай коржик и потерпи.

Я с опаской взяла твёрдую кляксу ядовито-зелёного цвета:

— А из чего он?

— Ничего особенного. Нашла рецепт в дневнике твоего прадедушки Румоса. Он был личным поваром императора.

— Это не тот прадедушка, которого едва не казнили, когда всё императорское семейство на неделю понос пробрал?

— Это всё были происки завистников! — отрезала матушка. — Ты ешь и рассказывай.

От ответа и коржика меня спас Минай. Никогда ещё я не была так рада кого-то видеть — просияла такой счастливой улыбкой, что маман расхохоталась:

— Любовь…

Щёки залило краской, отчего матушка засмеялась ещё громче.

— Ну, не буду вам мешать. Минай, зайди на кухню, когда соберётесь. Дира покажет, где это.

— Конечно, тисса Белана. Обязательно, — слегка поклонился парень, присаживаясь на подлокотник кресла и обнимая меня за плечи.

Матушка умилённо вздохнула и наконец вымелась из комнаты. Вскоре хлопнула входная дверь.

— Ты что её, загипнотизировал? — прямым текстом спросила я.

ГЛАВА 7. Никаких случайностей

— Нет, — пожал плечами парень. — Просто говорил то, что она хотела услышать.

— Откуда тебе знать, что она хотела услышать?! Ты же её впервые увидел.

— Опыт.

— Опыт очаровывать чужих матерей?

— Ревнуешь? — ухмыльнулся Минай.

— Да не в том же смысле!

— А в каком?

— Просто не понимаю, откуда такой странный опыт.

— А тебе прямо обязательно понимать всё? — раздражённо отвернулся Минай. — Опыт и опыт. Жить захочешь, ещё и не такому научишься.

Я сморгнула, но как относиться к такому заявлению, понять не могла. Парень по-своему понял мою гримасу.

— Да не вру я. Просто у меня семья не слишком похожа на твою.

— В каком смысле?

— В прямом, — отрезал Минай. — И если допрос окончен, то пошли на кухню, пока корзинку для пикника не принесли прямо сюда.

— Какого ещё пикника?

— Твоя мать хотела, чтобы мы с ней ждали тебя в столовой. Пришлось соврать, что ты сильно соскучилась по родным местам, и я решил сделать тебе сюрприз — пикник.

— Ловко, — невольно усмехнулась я. — Романтика, помноженная на еду. Это, пожалуй, единственное, что могло убедить мою матушку отложить семейные посиделки в столовой.

— Ну, как-то так, — развёл руками парень.

Выкинув зелёный коржик в мусорное ведро, которое хоть и расчихалось, но угощение кое-как проглотило, я повела Миная к большому дому. Как ни странно, мы действительно просто забрали большую корзину, из которой соблазнительно тянуло свежей выпечкой, и без потерь ретировались. Судя по мечтательному взгляду матушки, парень был более чем убедителен.