Анастасия Некрасова – Осколки Жизни. Узы Крови (страница 64)
— А ты, смотрю, принарядился, — она кивнула в сторону его перстней, — прямо как богач сидишь, — она усмехнулась. Многие из придворных скрыли свои улыбки.
При выборе одежды на подобные съезды придворная семья одевается в одной цветовой гамме. Потому Анна была одета похоже, но чуть проще, нежели её
Её ткань, матовая и мягкая, словно сдержанный шёпот, намекает на свободу движений, необходимую для боя или долгого пути. Из-под туники выглядывают длинные, плотно облегающие нарукавники цвета древесной золы, переходящие в митенки. Они обнимают предплечья, защищая от ветра и холода, но оставляя пальцы на воле — тонкий намёк на ловкость и готовность к действию.
На талии — сложный узел из тёмно-коричневых и терракотовых лент. Они переплетаются, образуя тугой пояс-ремень, который держит на себе несколько слоёв ткани, напоминающих асимметричную юбку или набедренную повязку. Эти слои, грубые и небрежно обвязанные, придают образу оттенок дикости, будто они собраны наскоро из подручных материалов.
Спутанные пряди золотистых волос, заплетённые в объёмную косу, свободно ниспадают на плечо, развеваясь на ветру. Отдельные пряди выбиваются, обрамляя лицо, и теряются в лёгкой дымке, словно отражая непокорный дух своей владелицы. Лёгкий, едва заметный блеск серебряных серёг в ушах, напоминающих перья или острые осколки, добавляет финальный штрих к образу загадочной воительницы.
— Почему так дико одета? Ты идёшь на приём, Анна! — Филипп властно прикрикнул, показывая своё недовольство.
Её внешний вид и правда не подходил на приём, но такова она была.
— Повелитель, я генерал армии, а не придворная принцесса. Пожалуй, это, — она осмотрела себя с ног до головы, — вполне себе разумно выглядит.
Филиппу оставалось только недовольно отвернуть лицо. Его дракон был готов, и тот взмыл в небо, оставляя дым из песка.
— Готово? Всё, погнали тогда, — Маркус и Анна переглянулись и последовали за своим императором. Больше из дворца никто не летел.
Не приглашены. Так решил Филипп.
Если Парга, ближайшая империя, что стояла у подножья гор Эвалар и недалеко от гор Морелия, могла позволить себе держать более трех сотен драконов, то более дальние империи, такие как Грандия или Эллиос, могли содержать не более сотни драконов. Большинство из них были водными, не предназначенными для дальних перелетов, или воздушными, позволявшими перевозить не более одного человека — своего солдата.
Самые подходящие драконы для дальних перелетов были металлические. Самая большая популяция таких драконов была выведена и контролировалась лично Анной Вассилевски в горах Морелия.
И значит, ни Грандия, ни Эллиос не имели достаточного количества этих драконов.
— Ну как дела обстоят с письмами? — Маркус зашел в кабинет Анны, где царила атмосфера спокойствия и сосредоточенности.
Входная дверь кабинета была оформлена массивной дверью из темного дуба, подчеркивающей солидность помещения. Напротив двери, у большого окна, за которым простирался оживленный городской пейзаж, стоял письменный стол. Его полированная поверхность отражала мягкий свет, проникающий сквозь стекло. Классический стул с высокой спинкой, обитый дорогой кожей, был гордостью Анны.
Центральное место в комнате занимал прямоугольный журнальный столик. На нем располагалась стопка журналов и пара свечей. По обеим сторонам от журнального столика стояли уютные диванчики для гостей. Мягкая обивка нейтральных тонов создавала ощущение комфорта и мягкости.
Вдоль стен располагались полки с большим количеством книг, полностью занимая все пространство от дверей до окна.
— Да, заканчиваю. Остались только семья Раху и Ова. Но последние вроде сами могут, их там двое. А вот Раху из Грандии, — Анна вздохнула и откинула волосы с лица. — Тех вроде то ли четверо, то ли трое. Им явно нужно больше одного дракона, а всадника там нет. — она откинулась на спинку стула. — Значит, надо отправлять с нашими
Маркус закрыл дверь и плюхнулся на диванчик вблизи Анны.
— Убери ноги со стола, не наглей, — Вассилевски вскочила со стула от злости.
— Все, все убираю, — юноша поднял руки и медленно убрал ноги с журнального столика. — А Раху зачем так много летят? Кто там вообще прописан?
Зога обошел диван и встал сзади Анны, пытаясь прочесть имена на свитках.
— Пока прописаны: Зульфия Раху, Симона Раху, Томиас Раху и почему-то под вопросом Александр Раху.
— Странный составчик, конечно, — Зога взял в руки свиток. — Но не удивлен. Александр обязан там быть, насколько я помню, он недавно стал новым генералом армии Грандии. Вам бы познакомиться с ним, говорят, загадочная персона. — юноша вернул свиток в руки Анны.
— Ну, в принципе, понятно. Две девушки, два юноши. Надо бы им кого-то из твоих драконов дать, да? — Анна выписала имена в свой блокнот, обводя имена мужчин черным, а женщин — красным.
— Симона — это отец семейства, не девушка, а вполне себе суровый мужчина. — Маркус ткнул пальцем в цвет ручки под именем «
— Не удивительно, маги земли в принципе странные. — Анна знала, такой камень в свой огород Маркус заметит.
И правда, он резко повернулся и насупился, делая неприятную рожицу.
— Алисента и Томиас вроде на пределе 5 и 7 уровня, они молодые, чуть старше меня. А вот Зульфия и Симона —это тяжёлая артиллерия, они главы семейства и сейчас являются одними из главных советников страны Грандия. Она маг воздуха, он маг земли — мощная парочка. Только вот Зульфия редко куда-то выбирается, странно, что она в списках. — Маркус лежал на диване, не поменяв позы.
— Ты откуда столько знаешь, друг? — Анна сверлила взглядом юношу, а тому было всё равно.
— Так наш Рец оттуда, его же перевели где-то года три назад, вот он всё и рассказывал. Ты тогда в горах Морелия была. — Маркус внезапно вскочил: — Точно, мне же к нему надо, а то я заболтался тут. — Юноша второпях вылетел из кабинета, не закрывая даже дверь.
— Что у вас за привычка у всех? — Руфи зашла в кабинет, закрывая дверь, в руках она несла поднос с графином и чашками с сахаром. — Не закрывать за собой двери.
— Так тебе удобнее, руки-то заняты, а дверь уже открыта. — Анна указала на поднос и улыбнулась.
Руфи в ответ только закатила глаза:
— Присаживайтесь, попейте чайку, отдохните. — Девушка указала на стол и присела на диван.
— Как вы после того сна? Ещё что-нибудь снилось, что можно было бы связать с ним? — Руфи сидела на диване словно струнка, а Анна медленно распивала горячий чай, принесённый служанкой.
— Нет, ничего не снилось, но чувствую, он не к добру. Возможно, нужно слетать в Маракая, поговорить с Аракаем, думаю, он подскажет что-то
— Боги, вы хотите полететь в эту общину волхвов? Они же все там чокнутые. — Руфи сморщилась.
Маракая — община волхвов, созданная Аракаем, старейшим из трех могучих волхвов. С 20 до 22 лет Анна обучалась у него контролю магии крови: из-за быстрого развития ауры и роста манны она не могла ее полностью контролировать. Аракай многому ее научил, он стал ей духовным наставником, и она доверяла ему многое.
— Какими бы странными они ни были, но мудрее их я не знаю, — Анна поставила чашку с чаем и вернулась за стол. — Разберусь позже, сейчас куча дел с этими Раху .
Послышался скрежет ручки по листку, и Руфи поняла, что Анна продолжает работать. Медленно убрав со стола, она удалилась по своим делам.
В мирное время у Анны не особо много забот. Она смогла за два года выстроить идеальную систему управления.
У нее есть два главных капитана: Маркус Зога, который отвечает за все восточные кладки яиц, а также за обучение всех бойцов в рамках империи, когда те проходят срочную службу в течение года, а далее распределяются по основным линиям защиты и заставам для дальнейшей службы империи.
И Лукас Рец, капитан, который отвечает за заставы и их действия, за тех солдат, которые после обучения попадают по распределению. Также на нем висит полная экипировка всех военных драконов и их проживание. И на данный момент он единственный ответственен за установление главных капитанов каждой роты в каждом отделении и контроль их работы.
Если проще: Маркус отвечает за войска и солдат внутри столицы, Лукас отвечает за внешних бойцов и заставы защиты границ империи. Вот у них-то работы неимоверно много.
А Анна в свое время следит за каждым: шагом, солдатом, действием и драконом. Ее глаза везде, и каждый шаг ееподчиненных отслеживается. Она не позволила бы себе валять дурака и отдыхать, когда солдаты работают на благо империи. Ее обязанности разносторонние, потому намного сложнее приходится генералу армии.