Анастасия Милованова – Я — полукровка. Академия Млечного пути (страница 44)

— Если то, что ты на меня не кидаешься — прогресс, то да, мы явно на правильном пути, — отметила я, возвращаясь к созерцанию воды.

Она хотя бы успокаивала меня, в отличие от Лорка, который в своей парадной преподавательской форме был непростительно притягателен. Чёрные брюки, строгая белая рубашка и чёрная мантия-китель, украшенная сложной вышивкой и металлическими нашивками — образ одновременно и строгий, и вычурный.

— А ты на меня не огрызаешься, что не может не радовать, — отметил Данте, разворачиваясь прямо и упираясь локтями в бёдра.

Между нами повисла тишина. Я ждала, когда Лорк начнёт так необходимый ему разговор. А он молчал и смотрел перед собой. Мне даже показалось, что он забыл о моём присутствии.

— Я видела Мину, — кашлянув, тихо проговорила я.

Не знаю, зачем это ляпнула, но если уж говорить начистоту — то надо обсудить всё, что беспокоит нас обоих.

— Я знаю, ты это ещё в лазарете говорила, — кивнул Данте.

— Нет, я вчера её видела. И тебя… И ваш разговор…

Лорк с шумом втянул воздух и наконец-то посмотрел на меня:

— Значит, не показалось. Теперь я действительно могу отличить, когда просто чувствую тебя, а когда ты ментально со мной. Вот об этом я и хотел поговорить, Рия.

Вместо ответа я нервно икнула, вздрогнула и уставилась широко раскрытыми глазами на Данте.

— Ты чего? — магистр подвинулся ко мне и даже руки протянул в неосознанной попытке успокоить.

Но замер, рассудительно оставив между нами полметра приличного расстояния.

— О чём ты хочешь поговорить?

— О нашей связи, Рия. Ты же умненькая, сама уже догадалась, — ободряюще улыбнулся Лорк.

— Ты уж определись, дурочка я или гений, — скривила я скептическую гримасу.

— Ты настолько уникальна, что успешно совмещаешь эти два понятия, — Данте насмешливо приподнял бровь и всё-таки не удержался, положил руку на лавку за моей спиной. — Рия, я хотел подробнее узнать о твоих родителях. Что-то в твоей крови не даёт Жажде прогрессировать, останавливает её. Но я никак не пойму, что это. Искал ответ в твоём происхождении.

Я даже дыхание затаила. Неужели он догадался?!

— И единственным логическим объяснением происходящего остаётся то, что ты, как ведьмир, родилась с какой-то особенной кровью. Изменённой, и, возможно, спасительной для всей моей расы.

Надеюсь, мой облегчённый выдох Данте не заметил, увлечённый своими мыслями. Магистр так свято верил в исторические факты вымирания люменов, что даже не предположил, что разгадка может крыться где-то в этой стороне.

— Данте, моя мама — самая обыкновенная ведьма, со средним даром и крайней увлечённостью наукой. Папу я и вовсе не знала, но мама говорила, что он был вампиром. От него мне досталась лишь эта издевательская фамилия.

— Мне бы с твоей мамой поговорить, — задумчиво протянул Данте. — Я бы тогда нашёл твоего отца и, возможно, это бы пролило свет на странный эффект от крови.

— Когда ты так говоришь, мне начинает казаться, что тебя во мне интересует только она, — несмотря на то, что я хотела съязвить, мои слова прозвучали обиженно. — И это немного противоречит тому, что ты говорил сестре.

— Маленькая шпионка, — Данте невесомо провёл рукой по моей спине. — Пока я увлечён своими научными изысканиями, я держу себя в руках. Потому что только мысли о поиске лекарства, решении загадки твоей крови, останавливают меня от того, чтобы не схватить тебя сейчас и не поцеловать, не утащить тебя к себе домой и не сделать с тобой то, на что ты так давно напрашиваешься.

— Я ни на что не напрашиваюсь, магистр, — а почему мой голос прозвучал так хрипло?

От его слов тело наливалось жаром, который собирался в низу живота, отчего я инстинктивно сжала ноги.

— Конечно, поэтому при нашей первой встрече ты бегала в одних трусах и рубашке, — припомнил Данте наше фееричное знакомство в лесу.

Возмущение от нелепости такого перевирания фактов было столь велико, что моментально отрезвило мой рассудок. Я в гневе открыла рот, чтобы высказать Лорку всё, что думаю о той ситуации в лесу, но не успела и слова сказать.

Вампир дёрнул меня на себя и запечатал рот поцелуем. Таким, от которого моё потухшее было желание разгорелось новым огнём. Плевать, что нас могут увидеть. Мы оба словно дорвались до того, чего уже давно хотели. А хотели мы друг друга.

Данте целовал жёстко, властно, распаляя меня так, что через пару мгновений мы уже сдирали друг с друга кители. И в тот момент, когда мои руки добрались до пуговиц на его рубашке, где-то по ту сторону от фонтана раздался треск ломаемых веток. Кто-то настойчиво ломился сквозь живую ограду сада.

Магистр среагировал молниеносно — вскочил с лавки, задвинул меня за спину и принял оборонительную позицию. Вряд ли тот, кто выбрал такой странный путь, идёт сюда с миром.

— Что там? — севшим голосом поинтересовалась я, спешно приводя себя в порядок.

И если с внешним видом это удалось провернуть быстро, то вот угомонить солар, полыхающий неудовлетворённым огнём, оказалось не так просто. Я даже видела фантомное сияние, исходящее из моей груди и окутывающее нас с Данте. Как хорошо, что Лорк сейчас озадачен внезапной угрозой.

— Не знаю, но не высовывайся, — отрывисто бросил магистр, не спуская глаз с ограды.

Но когда это я слушалась приказов вампира?

Высунулась из-за его плеча я как раз вовремя — передние кусты проломились, пропуская на площадку окровавленного человека. Что-то знакомое показалось мне в его образе, и когда я поняла, что именно — меня окатило волной ужаса и страха.

Перед нами, пошатываясь, стоял Аарон. Гвардейская форма Ордена на нём частично была изорвана и залита кровью, а частично опалена. Складывалось ощущение, что Рона перекинуло в Академию прямо из эпицентра ужасающего боя.

Брат с трудом осмотрелся, заметил нас и только после этого упал на колени.

Не слушая ругань Данте, который пытался меня перехватить, я рванула вперёд и успела как раз в тот момент, когда Рон начал заваливаться на бок.

— Рон… Рон… Рон, — в исступлении повторяла я, судорожно ощупывая брата в поисках ран и повреждений, — что с тобой?

Кто так зверски избил брата? Всё его тело покрывали многочисленные ушибы, плохозаживающие порезы и рваные раны.

— Рия, отойди, он может быть опасен! — Данте, подоспевший секундой позже, пытался оттащить меня от Аарона. Но я вцепилась в того мёртвой хваткой, — Погоди, ты его знаешь?

— Да, — еле сдерживая панические слёзы, ответила я. — Данте, это мой брат…

Лорк оставил свои попытки, но я даже не заметила этого. Потянулась соларом к Рону и испытала новую порцию шока. Аура брата была практически выжжена, иссушена. Это объясняло, почему Аарон так плохо восстанавливался, но не давало ответ на то, что же с ним произошло. Вспомнив лечащие заклятья, которые нам преподавал Роклет, я попыталась разогнать природную регенерацию люменов. Но сила просачивалась сквозь раны и уходила в солар брата, не давая при этом никакого эффекта.

— Я приведу помощь, — Данте, видимо, уже не первый раз дёргал меня за плечо, но я только сейчас расслышала, что он говорит. — Постарайся держать его в сознании.

— Нет! — я резко вскинула голову, боясь, что магистр уйдёт. — Его нельзя никому показывать! Данте, пожалуйста, не спрашивай, я всё потом объясню! Прошу… просто помоги… — я лихорадочно искала пути спасения брата. — Помоги мне отнести его в дом Ингрид. Она сможет его вылечить, я уверена.

Данте скептически приподнял бровь, показывая своё отношение к способностям ведьмы, но спорить не стал. И я была благодарна ему за то, что из нас двоих он сохранял спокойствие.

— Хорошо, я сейчас  перенесу его на скамейку, а потом проверю запасной выход из сада. Будем надеяться, что все заняты балом, а не шатанием по парку.

Когда вампир поднял брата на руки, я перепугалась ещё сильнее. Кровь! Кровь чистокровного люмена! Данте сейчас же голову снесёт от жажды!

Но магистр, на удивление, не выказывал никаких изменений. Будто не окровавленное тело переносил, а пьяного товарища. И если бы не состояние брата, я бы обязательно задала этот вопрос.

Устроив Аарона на дальней скамье, Данте, не теряя времени, быстрым шагом устремился в зелёный тоннель, ведущий вглубь парка.

— Рон, что с тобой произошло? — спросила я шёпотом, вновь склоняясь над братом и делясь с ним силой. Теперь можно было не прикрываться лечебными чарами и отдавать Аарону чистую энергию солара.

Брат болезненно закашлялся, открыл свои глаза, казавшиеся ярко-голубыми на фоне залитой кровью кожи, и с облегчением взглянул на меня.

— Р-и-и-и-я, — протянул он, проводя рукой по моей щеке. И вот тут я уже не смогла сдержаться, расплакалась. Страх за жизнь брата не ушёл, но появилась надежда спасти его. Но следующие слова Аарона прозвучали для меня громом среди ясного неба, — Ри-и-я… Не верь люменам…

Глава 23. Отбор

— Сюда, клади его сюда, — я посторонилась, пропуская Данте с Аароном на руках в свою комнату и показывая на кровать.

После того, как брат озвучил своё послание, он окончательно потерял сознание. И до возвращения Данте я лишь поддерживала Рона своей энергией. А мысленно старалась не обдумывать его слова, иначе бы свихнулась от переживаний. Сосредоточившись на лечении брата, я, хоть и пребывала в какой-то прострации, но успела взять себя в руки. Перестать плакать и начать обдумывать свои дальнейшие действия.