Анастасия Милославская – Позор рода, или Выжить в академии ненависти (страница 43)

— Доброе утро, — хмуро бурчу я, думая, просто пройти мимо.

— Подожди же меня! — сестра бросается наперерез, звонко стуча каблучками по полу.

Я закатываю глаза, но замедляю шаг:

— Ну чего тебе?

— Я просто хочу тебе кое-что рассказать, — Лина сияет, как котёл, который я вчера полчаса начищала щёткой в кабинете Шейдмора.

Я ей не доверяю. Эта показное дружелюбие заставляет внутренне напрячься в ожидании подвоха.

— Ну, расскажи, что хотела, — я останавливаюсь, скрещивая руки на груди.

— Пойдём-ка прогуляемся во дворе академии, подышим воздухом перед завтраком?

— Мне нужно кое куда сходить, а потом меня ждёт Джули. Так что некогда.

— Ну да… твоя лучшая подружка Джули, — Лина поджимает губы, а затем резко хватает меня под руку. — Пошли? Мы быстро. Я займу всего пять минут твоего времени. Вот увидишь, ты будешь счастлива и оценишь мою сестринскую помощь!

О чём она вообще? Какая помощь? Но даже интересно.

— Ладно, пошли, — соглашаюсь я сквозь зубы.

Что она мне сделает во дворе академии? Там сейчас полно народу.

Мы неспешно идём на выход, а сестра щебечет, продолжая держать меня под руку.

— Я ведь говорила, что одумалась. Зря я связалась с Ханной. Она просто неадекватная! С ней так тяжело находить общий язык.

— Давай ближе к делу.

Лина толкает дверь, и мы выходим на улицу, мне удаётся высвободиться из хватки сестры, она больше не держит меня под руку. Сегодня ветер стих и даже будто бы стало теплее. Многие адепты и правда прогуливаются, наслаждаясь хорошей погодой.

— Кристабель та ещё стерва, — продолжает Лина. — К тому же, она подружка этого ужасного Майрока. Оскар его ненавидит, матушка тоже. И не зря. Он настоящий монстр и убийца.

Я и сама считаю Флейма тем ещё козлом, но сейчас меня корёжит от того, что говорит Лина. Кто она вообще такая, чтобы судить? Какое ей дело?

— Ты позвала меня сюда, чтобы нажаловаться на своих новых подружек?

— Они мне не подружки! — поспешно отвечает Лина.

И вдруг я вижу, как её взгляд ползёт в сторону. Поворачиваюсь и вижу Майрока в компании пепельноволосого Рикарда. Сердце делает уже привычный кульбит при виде Флейма. Острое желание поймать его взгляд возникает внезапно. Почти одновременно с фантомным ощущением его запаха. Я сглатываю, отворачиваюсь и давлю в себе глупые эмоции, вызванные истинностью.

Лина вдруг подаётся ближе и снова берёт меня под руку:

— Давай немного разомнём ноги.

Понимание приходит сразу, как я снова ловлю её взгляд, направленный на Рикарда.

— Дай угадаю, Рикарду не понравилось, что ты не дружна с сестрой изгоем. Он ведь у нас такой правильный и благородный. И ты решила всё исправить. Стать такой, которая ему понравится?

Щеки Лины слегка розовеют, рука, лежащая на моём локте, вздрагивает:

— Он просто наставил меня на путь истинный.

Она слишком глупа и ведома. Завтра ей скажут, что я ем детей, и она поверит, снова меня возненавидев. Но всё-таки она моя сестра, хоть и дура, поэтому я не могу удержаться от совета.

— Лина, ты понимаешь, что ждёт Рикарда?

— Понимаю, — отвечает она полушёпотом, глядя в сторону объекта своего обожания.

— Ты разобьёшь сердце Вильяму, если с тобой что-то случится. А оно обязательно случится, если ты продолжишь виться возле этого Рика. Я не хочу, чтобы брат страдал, понимаешь?

— Но я люблю Рика, — возмущённо шепчет Лина, склоняясь к моему уху.

— Его или положение в обществе, которое он займёт?

— Всё и сразу. Это ведь неотделимо, милая сестра.

Нужно сказать Майроку, чтобы он поговорил с Рикардом. Не следует ему смотреть на Лину. Мне плевать на чувства мачехи и дяди, но вот братишка точно будет безутешен, если однажды Лина станет любовницей Легенды. Я слышала, что они долго не живут. Просто исчезают, будто их не было. Но женщины всё равно готовы пойти на всё, чтобы занять это тёпленькое местечко.

Мы останавливаемся недалеко от Майрока и Рикарда. Лина машет своему дружку, улыбаясь во все тридцать два зуба. Он тоже приветливо здоровается.

Наверняка притащила меня сюда, чтобы покрасоваться перед ним и показать, что мы в хороших отношениях.

Майрок окидывает нас тяжёлым взглядом. Я знаю, что вчера он летал куда-то и вернулся поздно. Слышала, как первогодки жаловались, что таким, как Флейм, всё позволено, а они даже на минутку опоздать не могут.

Интересно, где Майрок был? Не знаю, почему меня это так волнует… Да и надо бы отдать Флейму пиджак.

— Прекрати так смотреть на него, а то он подумает что-нибудь нехорошее, — тихонько одёргивает меня Лина.

Я только сейчас понимаю, что мы секунд тридцать с Майроком смотрели друг на друга не отрываясь.

Поспешно отворачиваюсь и тороплю сестру:

— Лина! Говори уже, что хотела.

— Я понимаю, что ты обижена на меня. И решила тебе помочь. Уверена, после этого мы станем ладить, как и раньше!

— О чём ты? Расскажи уже, иначе я уйду, — раздражённо шиплю я.

Лина сначала осматривается, чтобы никто не подслушал, а потом шепчет мне:

— Ханна та ещё оторва. Она любит всякие вещи на грани допустимого.

— Это я знаю, — рукой непроизвольно касаюсь шеи. — Эта дура меня чуть не убила, если помнишь.

— Я нашла способ избавится от неё и Кристабель, — шепчет сестра с широкой улыбкой. — После этого ты меня точно простишь!

— Избавиться?

— Ханна ещё в начале учебного года стащила блокнот, в котором Кристабель переписывалась с…

Вдруг раздаются хлопки, прерывая наш разговор, и в воздухе появляются листки, которые кружась падают к нашим ногам.

— Смотри сама, — хмыкает Лина, затем наклоняется и поднимает лист, протягивая мне.

Точно, сегодня же обещали раскрыть имена адептки и преподавателя, между которыми была запрещённая связь в прошлом году. Неужели, эта самая адептка это Кристабель?

Глава 18.2

Я беру листок из рук сестры. Глаза быстро бегут по строчкам.

— Что? — шокировано произношу я. — Ректор?!

— Именно, — хмыкает Лина.

Теперь понятно, почему, когда мы с Бель столкнулись лбами, ректор демонстративно наказал меня, но её даже не тронул. Тогда в кабинете она нагло уселась в кресло, в то время как я стояла посреди кабинета, будто провинившаяся школьница. Мелочь, но она уже сообщила многое об их отношениях, я просто не обратила внимание.

— Но ты откуда узнала? — с подозрением спрашиваю я.

Лина пожимает плечами нарочито небрежно:

— Она шантажировала Кристабель и похвасталась мне. Кстати, Бель даже не знает, что это была Ханна. Потому что получала просто безликие записки с требованиями.

— Ханна требовала деньги?

Совсем недавно Кристабель жаловалась на то, что у неё нет средств. Я тогда была поражена, ведь её семья богата. Должно быть, Ханна вытянула из неё всё, что только могла.