Анастасия Миллюр – Изгнанная жена Генерала Севера (страница 8)

Но уголки губ опустились, когда я вспомнила, как в замке мне каждый раз приходилось ушивать сшитые для меня платья. Не потому что швеи были неумелыми, но за все пять лет, ни одна даже не думала произвести обмеры. А когда я принесла им их лично, главная швея лишь отмахнулась.

«Мне приказали сделать вам одежду, я сделала».

Я тряхнула головой, избавляясь от воспоминаний. Это уже в прошлом. В прошлом, которое закрылось вместе с грохотом захлопнувшихся ворот за спиной. Не за чем каждый раз нырять в этот темный омут.

Стянув все еще мокрые волосы узлом, чтобы не намочить платье, я вернулась в комнату, где меня ожидал демон. При моем появлении он бросил на меня короткий взгляд и снова вернулся к пустой книге, лист которой он заполнял быстрым, красивым, размашистым почерком.

Не зная, куда себя деть, я опустилась на кровать.

Краткая передышка закончилась. И я была благодарна демону за нее. Но пора было двигаться дальше.

— Я спасла тебя. Но сделала это не бескорыстно, — медленно произнесла я, мысленно настраиваясь на том, чтобы отстаивать свою позицию.

Я даже была готовиться опустится до описаний того, насколько тяжело мне далось это «спасение». Любой ценой я должна была добиться от него готовности оказать ответную услугу.

Но вместо возмущений и обвинений меня в бездушности, демон молча кивнул, даже не повернув головы, будто я сказала нечто само собой разумеющееся.

Я моргнула, в очередной раз сбитая с толку.

Да что же он за существо такое?

Прочистив горло, я продолжила.

— Я хочу, чтобы ты помог мне добраться до столицы.

Очередной кивок, но следом - молчание.

Тишина затягивалась, становясь густой и нервирующей.

Что такое? Может быть он не слушал меня, погрузившись в свои записи и кивал машинально? Нахмурившись, я поднялась, намереваясь подойти ближе, чтобы привлечь внимание и повторить просьбу. Но неожиданно он сам ко мне обернулся и слегка вздернул бровь, будто чего-то ожидал от него.

Сцена была почти комичной. Я смотрела на него с растерянностью и легким раздражением, он - на меня с ироничным выжиданием. Кажется мы оба вели себя совершенно не так, как ожидали друг от друга.

— Почему ты замолчала? Добраться до столицы, что дальше?

А что дальше? У меня вдруг возникло чувство несоответствия: словно мы говорили на разных языках. Осторожно, будто ступая по тонкому льду, я тихо уточнила:

— Что ты имеешь в виду?

У него дернулась бровь.

— Я уже понял, что ты странная. Но лицемерие тебе не идет. А излишняя скромность бесит.

Ощущение, что он слышал не то, что я говорила - крепло. Возникло странное желание оглядеться, может, в комнате был какой-то невидимый мне собеседник?

— Я не понимаю, — призналась я, оставив попытки разобраться в этом чудике.

Слегка прищурив глаза, он откинулся на спинку стула, оставшись повернутым ко мне полубоком.

— Дом в столице, где и каких размеров? Или ты хочешь несколько домов? Сколько слуг? Сколько золота? Пятьдесят сундуков хватит? Рекомендации в высшем обществе? Какой титул ты хочешь?

Опешив, я снова опустилась на кровать.

Титул? Пятьдесят сундуков золота? Да, кто же он такой?

Внутри медленно растекался удушливый стыд. За кого он меня принимал?

— Я не собиралась ничего просить. И до столицы добралась бы сама, если бы у меня была возможность. Не нужно мне ни золота, ни титула.

Холодное раздражение в его глазах снова сменилось тем самым огоньком любопытства, который я видела до этого. Он поднялся, отложив ручку, которую до этого вертел меж пальцев, подошел ко мне, опустился на корточки и заглянул в глаза.

— Думаешь, моя жизнь стоит жалкого билета до столицы? — с язвительным поддразниваем спросил он.

Но я не понимала соль шутки этого вопроса.

Я не пыталась «оценивать» его жизнь своей просьбой, отмеряя ее ценность как торгаш на рынке. Я помогла ему, он мне должен, я могу потребовать вернуть долг, вот и все.

— Думаешь, твоя жизнь стоит пятьдесят сундуков золота и пары зданий? — мой вопрос прозвучал тихо, но в нём больше не было растерянности. Была усталая горечь.

Демон замер, скользя по моему лицу с выражением, которое я не могла объяснить. Между нами снова повисло молчание, странное, затянувшееся, но в нем не было напряжения, оно было похоже на то, словно два существа, принципиально разных видов, внезапно столкнулись и теперь изучали друг друга с холодным любопытством.

Наконец, его губы изогнулись в намеке на усмешку.

— Любопытно. Даже страшно отпускать такое дитятко в порочную столицу. Там тебя сожрут, не подавившись.

Я устало вздохнула.

Может, он и прав? Зачем мне в столицу? Может стоит уйти в спокойный тихий людской город? Я могла бы продавать травы, лечить людей. А по-началу зарабатывала бы на жизнь шитьем одежды. У меня не было больших амбиций. Все, чего я хотела - это спокойствия.

Словно почувствовав смену моего настроения, демон сжал мое колено в едва заметном ободряющем жесте. Я вздрогнула, отвыкшая от такого. Он сразу же отнял руку и поднялся.

— Отложим этот вопрос. В любом случае, я пока не планировал возвращаться. Какое-то время тебе придется сопровождать меня, и когда я закончу с делами, возьму тебя с собой.

Он командовал мной. Но его приказ не вызвал отторжения. Вместо этого он принес с собой облегчающую, почти живительную силу. Мышцы спины и плеч, которые были сведены в каменный узел последние... годы, кажется, дрогнули и расслабились. Еще какое-то время мне не нужно бороться с этим миром, выцарапывая у него свою жизнь.

— Нам уже нужно уходить, — продолжил он, и вдруг я почувствовала что-то теплое над головой.

Мгновение, и мои волосы опустились на плечи мягкими волнами, полностью высушенные. Следом мне на колени упали теплая меховая накидка, муфта и капор.

— Идем.

Во мне было столько эмоций и мыслей, что переварить их все, казалось просто невозможной задачей. Я затихла и, надев вещи, молча последовала за демоном. Но он вдруг остановился в дверях и обернулся с почти мальчишеской усмешкой.

— Чуть не забыл. Я - Астарот.

Астарот.

Я тихо повторила его про себя, словно пробуя на вкус.

На древнем соревальском языке моего рода, «астар» значило «вихрь».

Это имя подходило ему больше всего. Он ворвался в мою жизнь словно непредсказуемый вихрь, и даже сейчас после нашего непростого разговора, он вдруг едва ли не с детской непосредственностью вываливает на меня свое имя.

Уголок рта дрогнул в намеке на улыбку.

— Раакель, — представилась я в ответ.

На краткий миг глаза Астарота чуть сощурились. Но это было так мимолетно, что я решила - лишь показалось, ведь спустя еше мгновение его усмешка переросла в улыбку.

Он развернулся ко мне всем телом, подхватил мою вмиг онемевшую руку, и прежде чем я успела осознать его намерение, Астарот развернул ладонь и прижался губами к внутренней стороне запястья, ровно там, где неровно бился мой пульс.

— Мое почтение, эйра Раакель.

«Эйра Раакель… Эйра… Раакель», — крутилось у меня в голове, пока мы выходили из таверны.

Назвать свое настоящее имя было верхом глупости. Я слишком расслабилась рядом со сбивающим с толку Астаротом.

Эйра… Он был уверен, что я сбежавшая жена титулованного демона. Но мог ли он догадаться, что я была супругой правителя Севера?

Вряд ли… Кажется, даже Айстанэр не помнил моего имени. И в замке ко мне всегда обращались не иначе, чем «эйра Ванрейс». Оно просто стерлось за те пять лет в ледяной клетке.

Я задумчиво посмотрела в спину идущего впереди Астарота.

Может, это не было глупостью или потерянной бдительностью. Может, какая-то часть меня осознанно назвала настоящее имя, желая, наконец услышать его в чьих-то устах спустя долгие годы.

«Раакель», — он не бросил это небрежно. Произнес вкрадчиво и глубоко, будто заключая между нами тайный союз.

Грифон, нетерпеливо перебирая лапами, уже ждал нас на улице. Заметив хозяина, он радостно заклекотал и взмахнул крыльями, снеся половину товара расположившегося рядом лавочника. Тот побагровел от досады, но сказать ничего не посмел - лишь опустил голову и с опаской стал собирать то, что упало, боясь попасть под очередной удар обрадованного грифона.