Анастасия Малкова – Луна, ослеплённая Солнцем (страница 7)

Стефан перенёс вчера весь спектр этих пыток. Иногда подобная встряска даже полезна – она напоминает Стефану, что он всё ещё жив. Боль отлично справляется с этим, скидывая с небес на землю, а то иногда Стефан забывается.

Опустив крышку унитаза, он опустил голову на неё, восстанавливая дыхание. Унитаз не подушка, но и Стефан не из брезгливых и привередливых. К тому же крышка выглядела чистой.

Отдышавшись, он встал, поднял с пола пакет и бутылку и покинул кафе.

То, откуда Стефан начал, – мост.

До вокзала идти слишком долго, а парки закрывают на ночь. Можно, конечно, пролезть через забор, но путь до ближайшего опять же немалый, а Стефана одолевала слабость, дискомфорт в руках рос. Ключей от кафе не было, так что и там переночевать не вариант.

Постоянные посетители: бомжи, сбежавшие беспризорники, наркоманы, пьяницы и просто приличные люди, лишившиеся крова – кипели деятельностью. Разношерстный контингент, оживляющий темноту под мостом.

Стефан как обычно обустроился вдали ото всех, чтобы не слышать отголоски разговоров и не видеть отблески костра.

Он нашел длинную картонку, постелил её на землю. Да уж, это не матрас – как ни крути, земля тверже и холоднее. Стефан постарался как можно сильнее закутаться в плед и спустя примерно час бесплодных попыток уснуть ему это удалось.

***

Он проснулся ранним утром – непонятно, который час, потому что ещё темно. Сумерки начинались ближе к восьми утра. Задерживаться тут смысла не было. Стефан больше не заснёт, а оставаться среди обормотов мало приятного.

Главное обработать руки, чтобы в течение рабочего дня они не доставляли проблем. Стефан сел, не вылезая в утреннюю прохладу из кокона пледа. Он огляделся по сторонам и не обнаружил пакета с продуктами. Куда он его вчера положил?

Стефан был так вымотан, что это вылетело из головы. Он точно помнил, что дотащился с пакетом до места ночлега, а дальше все как в тумане. Пришлось встать, чтобы тщательнее проверить, не закатился ли он куда-нибудь, но увы. Нигде и намека на пакет.

Похоже, своровал кто-то из «соседей». Вот вам и доброе утро.

Искать, а уж тем более скандалить – пустая трата ресурсов. Ищи-свищи виновника. Кто-то мог проходить мимо и, видя, что хозяин спит, быстренько умыкнуть. Кому не пригодится еда, и бутыль спиртяги? Местные не привереды и выпьют просто так, несмотря на то что спирт аптечный.

Стефан сунул руки в карманы и с облегчением нащупал в одном из них бинты, в другом – сигареты. Хорошо, что и они не оказались в пакете, иначе было бы совсем туго.

Он как попало скрутил плед, сунул подмышку и ушёл коротать время до начала смены. Неудачи выстраивались в очередь, чтобы, по всей видимости, испытать Стефана на прочность.

***

Кафе открывало двери для посетителей с десяти утра, а закрывало – в три часа ночи. Было две смены – дневная и вечерняя. Дневная длилась с десяти утра и до семи вечера (включая обед), вечерняя – с семи вечера до трёх часов ночи. По графику Стефану выпало работать эти два дня в утренние смены.

Сотрудники обычно приходили полчаса-час до открытия. Стефан пришёл за сорок минут. В кафе собралось уже около половины коллег.

Стефан успел, пока никто не видел, стащить из бара водку и спрятать в своём шкафчике. Он и так опоздал с промыванием ран и должен был сделать это еще в восемь утра. Сейчас стоило поторопиться. Но пока не представлялось возможным из-за того, что ещё не все пришли. Увидят с алкоголем в служебке и что тогда?

Когда в кафе вошёл Ален, помещение озарилось ослепляющим светом.

– Доброе утро! Здравствуй, Эмбер! Билл, привет! Лана, и тебе доброго утра! Питер, здравствуйте!

Только благодаря Алену Стефан узнал, что официантку зовут Эмбер, а уборщицу – Лана. Ну, с поваром Питером Стефан был знаком.

Удивительно, как все оживились после прихода Алена. Он успел со всеми обменяться рукопожатиями, а девушек – обнять. Эдакое солнце, дарившее тепло. У всех поднялось настроение после получения заряда бодрости от Алена. Ну, кроме Стефана разве что. Его кислую мину не перебить, тем более после грандиозного начала утра.

Стефану с одной стороны было все равно, с другой – он не понимал, как Ален так быстро нашёл общий язык с коллективом и стал душой компании.

Рабочий день начался спонтанно. Стефан сначала выжидал, пока коллеги придут и перестанут ходить в служебное помещение. Так настало время работать.

В кафе приходила много посетителей. Даже в туалет нормально не отлучиться: Стефана уже на выходе окрикивали, спрашивая, закончил ли он со своими делами

Все только и делали, что носились вокруг столиков, и Стефан проигнорировал тревожный звоночек в виде лёгкой боли в руках. Билл и Ален отдавали на кухню все новые и новые заказы, повара все готовили и готовили, а официантам приходилось относить и относить.

В такой горящей суете кафе даже не закрылось на обеденный перерыв – поток был сумасшедший.

Боль стала сильнее. Стефан чувствовал, что пора завязывать с самоотверженностью и идти в отступление. Решив, что сейчас точно последний поднос и он пойдёт обрабатывать руки, вдруг…

Резкая вспышка, из-за которой сердце пропустило удар. Дышать тяжело, руки затряслись, ноги подкосились. Стефана оглушило, и он рухнул на пол. Поднос перевернулся в воздухе, тарелки разлетелись вдребезги, встретившись с полом. От падения Стефана по залу разнёсся неимоверный грохот, а сам он растянулся на полу, трясясь как осиновый лист и стискивая челюсти от боли, чтобы не закричать.

Люди синхронно издали «Ах!», после которого в зале воцарилась гробовая тишина. На шум сбежались остальные официанты и кассиры. Кряхтя, выбежал Джоб.

– Стефан, что случилось?! – воскликнул босс. Стефан не мог и слова из выдавить, все оставшиеся силы бросив на дыхание. Заметив, как дрожат руки Стефана и как он напряжен, Джоб покачал головой. – Бог ты мой, бог ты мой, Стефан… Давайте, ребятки, поднимаем его.

– Не трогайте только руки! Берите за подмышки, – неминуемо предостерег единственный, кого посвятил в такие детали Стефан. – Нет, лучше давайте я сам.

– Ален, ты справишься? – спросил Джоб с беспокойством.

– Я уже так его поднимал.

Стефан, к сожалению, не мог сопротивляться вторжению в личное пространство и рукам, поднимающим его. Голова прояснилась, и, чувствуя опору, Стефан позволил себе чуть облокотиться об Алена.

– Идти можешь?

– Погоди, – попросил Стефан, чтобы сделать ещё несколько дыхательных циклов. Это немного помогло.

В какую же безвольную куклу его превращали физические страдания, раз он позволял себя трогать кому—то вроде Алена! Ален увёл его из зала под успокаивающие клиентов речи Джоба:

– Уважаемые гости! Я прошу прощения за произошедшую неприятную ситуацию. Нашему официанту стало плохо совсем внезапно, никто такого не ожидал, даже он сам. Мы также извиняемся перед теми, кто не смог получить блюда. Приложим все силы для того, чтобы они оказались перед вами как можно скорее!

Люди начали успокаиваться, Лана пришла для того, чтобы разделаться с беспорядком.

Стефана отвели в служебку, усадили как можно удобнее. Он уже нормально соображал и четко воспринимал окружающее. Перед ним стояли Ален, Билл и Эмбер.

– Стефан, так что это было? – вновь задал вопрос Джоб, присаживаясь рядом со Стефаном.

– Руки, старик, – коротко ответил Стефан, откинув голову к стене.

– Ну и напугал ты нас, чувак, – сказал Билл, и Стефан снова удивился, что тот умеет составлять длинные предложения. На него так влияет соответствующая компания? – Ладно, я пошёл.

Джоб кивнул ему со словами «Иди, иди». Стефан глубоко вздохнул.

– У тебя с ними что-то серьезное, раз так сильно болит? Стефан, это надо лечить.

– Увы, оно не лечится, – тот опустил голову, посмотрев на Джоба, который снова покачал головой.

– Ох-ох-ох. Прости меня, Стефан, это я виноват, что так задержал обеденный перерыв. Загонял вас! Сам придумал и сам нарушил, – запричитал Джоб, посчитав, что причиной плохого самочувствия Стефана стал он, поскольку не обеспечил своевременный отдых.

Стефан поспешил это опровергнуть.

– Дело не в перерыве.

На самом деле в нем. Если бы работа приостановилась вовремя, ничего бы не случилось.

– И как ты с такими болям живешь, интересно? – вдруг поступил вопрос от Эмбер, с которой Стефан доселе никогда не контактировал. Он обратил на неё долгий изучающий взгляд, анализируя, ответить или нет.

– Я это контролирую, – сказал он, но в интонации читалось предупреждение не совать нос.

Эмбер хмыкнула и покинула помещение.

Джоб и Стефан посидели ещё пару минут, а Ален, облокотившись о стену, наблюдал. В наступившей ощущались нотки ожидания. Каждый ждал чего—то своего: что кто-то начнет разговор, что уйдет первым.

Разорвал этот замкнутый круг Джоб.

– Стефан, может быть, тебе домой поехать, раз ты себя плохо чувствуешь? Такси вызовем. За счёт заведения.

Стефан поморщился.

– Не могу.

– Почему?

Стефан посмотрел на Джоба моляще-беспомощно, желая только одного – чтобы старик отстал. Но из уважения Стефан не мог позволить себе грубость.

– Старик, на то есть свои причины.

– Не стоит издеваться над собой ради лишних денег. Тем более это я во всём виноват. Тебе же будет в тягость работать в таком состоя…