Анастасия Малкова – Луна, ослеплённая Солнцем (страница 25)
Было много причин и тревожных звоночков, чтобы бежать. Но эта причина по имени Эмбер стала последней каплей.
Стефан приведет этот план в действие в ближайшие дни.
«…они чувствуют изнанку, как и ты,
Чувствуют чужака, его шёпот из глубины.
Доподлинно осязаю ползущую по лицу
Изнанку, непонятную даже отцу-творцу (Самому)» [2]
– Ты очень странная личность, – продолжала Эмбер. – Непонятный и мутный тип, о котором ничего неизвестно. Когда я просто работала с тобой на одной смене и ты не отсвечивал, я тебя даже почти не замечала. Ты был так, фоном. Но ты привел Алена. Я с ним подружилась. На него мне не все равно, он мой друг.
– Вы знакомы неделю от силы, какая дружба? – процедил Стефан, упершись взглядом в фонарь за окном.
– А тебе не понять, – перебила Эмбер и тоже встала из—за стола. К сожалению, она была права. – Вы теперь живете под одной крышей. Он поначалу активно ошивался вокруг тебя, ты огрызался на него. Я не хочу, чтобы получилось так, что ты сделаешь ему что—то плохое.
– Так если я такой плохой, почему ты с Биллом не заберешь его под свое крылышко? Снимайте дом втроем, так за аренду платить еще меньше!
Как, черт возьми, была права Эмбер: Стефан работал себе спокойненько, не отсвечивал, и все! Никто к нему не лез, он в кафе сливался со стенами, хоть и был на нем как пятно сажи. Никому он не нужен был, кроме Джоба, да и то потому что тот его начальник. А что стало после появления Алена?! Всем вдруг теперь до него есть дело! Тьфу!
Внезапно у всех появился вопрос, а почему же о Стефане ничего неизвестно, а что же он скрывает? Он восемь месяцев работал в кафе, и все без этой информации отлично справлялись.
Как же хреново становиться чем-то большим, чем засохший фикус в углу, который два года не поливали.
– Я бы с удовольствием взяла Алена к себе. Но он не хочет.
– С чего бы это? С друзьями же веселее. И когда ты успела это предложить?
– Я ему писала об этом сегодня. Он отказался.
– Почему? – Стефан не понимал причину отказа Алена. Тот такой дурачина, что от его глупости мозг вскипал.
Эмбер задвинула за собой стул и сунула руки в карман толстовки, напоминающий сумку кенгуру.
– Я думаю, что дело в тебе.
***
В конце концов, Эмбер и Билл начали собираться домой. Время позднее, а у Эмбер еще пятиступенчатый уход за кожей, у Билла – маска на ночь.
Как же хорошо, что это случилось. Стефан наконец—то отдохнет от людей.
– Так, вроде ничего не забыла, – проверяя свою дамскую, протянула Эмбер. – Ален, я заберу вещи, как они высохнут, ладно?
– Нет проблем, – Ален показал подруге большой палец. – Завтра у меня выходной.
– Хорошо. У меня завтра тоже, но я буду занята учебными делами. В общем, я напишу, как освобожусь.
О как, чертовка учится.
– Конечно.
– Вот и ладушки. Иди сюда.
Эмбер распахнула руки для шпалы Алена, но в итоге сгреб в свои объятия девушку именно он. Она ему была едва ли выше плеча. Эмбер встала на цыпочки, обхватила веснушчатое лицо и поцеловала в щеку.
– Спасибо ещё раз, что приютил меня.
– Да что ты, всегда пожалуйста. Приходи ещё.
Стефан чуть не испустил дух.
Он мог понять многое. Он был
Не все в современном мире поддавалось Стефану: так, он не мог до сих пор привыкнуть к мобильному телефону. Стефан понимал, что это такое, и помнил эволюцию этих приборов от громоздких машин с проводами до лёгких форм меньше плитки шоколада. Однако было сложно пользоваться им – не столько из-за непонимания работы, сколько из-за внутренних блоков. Стиральной машинкой, чайником, плитой, телевизором Стефан овладел, и ему это было уже привычно, но вот телефоны – нет. Компьютеры вообще гиблое дело. Если в телефонах он хоть что-то смыслил, то вот компьютеры были сложнее.
Ему также было непонятно поведение Эмбер: несмотря на то что он с уважением относился к женщинам и не считал их хуже мужчин, его поражало, что Эмбер ведёт себя с Аленом и Биллом, как с подружками. Она словно была той самой девушкой без комплексов, которая на короткой руке со всеми. Для нее не было разницы, с кем она говорит, перед кем переодевается, с кем живёт. Все одинаково. В мироустройство Стефана это не укладывалось. Он считал, что между мужчиной и женщиной все же должна быть какая-то грань.
Они тянули церемонию прощания, прыгая с темы на тему разговора, и все никак не могли закончить. По итогу Стефан не выдержал и рявкнул: «Давайте, идите, мне завтра на работу рано вставать». А затем почти что вытолкнул их из дверей.
– Ох, и тяжелый же ты случай, Стеф, – прощебетала напоследок Эмбер.
– Стефан. Спокойной ночи. – И закрыл за девушкой дверь на замок.
Когда дом затих, у Стефана словно камень с души свалился.
«Просто отвратительно, я больше не могу здесь жить», – констатировал Стефан.
– У вас с Эмбер напряженка возникла? – поинтересовался Ален, сделав контрольный выстрел в голову Стефана.
Но тот так измотался, что просто не осталось сил на ответный выпад.
– Отвали ты от меня.
И ушел к себе. На временное затишье.
***
Есть два вопроса: первый, что Стефан хотел задать после собственного разоблачения, и второй, касающийся нежелания Алена жить с Эмбер и Биллом.
Стефан не верил, что дело в нем. А в чем тогда? В том доме явно для него найдется место, условия те же, но из плюсов еще и друзья, а не отвратительный брюзга Стефан.
Так что Алена останавливало? Скорее всего, то, что за дом надо платить, а этот-то бесплатный.
Вот и весь ответ. Выдвигать другие предположения Стефан не горел желанием. Утром он в тишине собрался на работу и так же тихо выскользнул из дома. Ален еще спал.
Домой он пошел пешком, чтобы специально вернуться позднее обычного. Пришёл, когда уже стемнело. Дом тоже был окутан мраком – только было видно через щелку под дверью комнаты Алена свет.
Как хорошо было в одиночку идти чуть больше часа по зимней прохладе.
Стефан сразу отправился в свою комнату – он не хотел ни есть, ни сидеть на первом этаже. Разве что сходил ополоснуться в душе.
***
По сути, у Эмбер должен был быть выходной, но она по каким—то учебным причинам подменилась с одним из официантов-иммигрантов. Неизвестно, расстроила ли она этим его друзей, но вот работающий в эту смену Билл был воодушевлен.
Стефан старался максимально минимизировать контакты с ними. Он избегал пересечения с Эмбер в зале и с Биллом у кассы. Вероятность общения с Биллом минимальна, но Стефан все равно помнил, каково было на вкус удивление после его инициативы с приветствием.
К счастью, ни с кем из них во время смены Стефан не говорил.
В том-то и дело, что в смену. Но не после нее.
Так получилось, что они закончили одновременно и, как бы Стефан ни торопился, пошли на одну и ту же остановку вместе.
– Эй, что вы задумали?
– Не понимаю, о чем ты, – тут же отозвалась идущая позади Эмбер. Была она, конечно же, в компании Билла.
– Я никогда не видел вас на этой остановке. Я всегда ходил только с Аленом. Вы следите за мной? – спросил Стефан. Эмбер и Билл не сбавили шаг.
– Нет, – ответил на этот раз Билл. – Просто мы часто после работы заходим в магазин, поэтому едем не с вами.
– А вы вообще где живете-то?
– В самом конце вашей улицы, – продолжил отвечать Билл.
– Иногда бывало, что мы с Аленом ездим на последнем за день рейсе, – выкинул козырь из рукава Стефан. Даже когда приезжал последний автобус, – рейс заканчивался довольно рано, где-то в восемь вечера – Билла и Эмбер на остановке не было.