Анастасия Малкова – Дотянуться до тебя (страница 39)
В прошлом месяце он думал, что проиграется первый исход, но судьба имела свои планы.
Ей не стоит знать, что он чувствует на самом деле.
Лена захотела попробовать грести, и Матвей пересел на другую лавку.
– Моряк, просвети сухопутного гражданского, какова техника гребли?
От пафосности речей Лены хотелось закатить глаза, но Матвей сдержался. Он объяснил, что, после того, как опустил весло в воду, нужно отклонить корпус назад, и так легче будет разрезать водную гладь. Лена сделала так, как сказал Матвей, и у неё получилось, но натужно.
– Капец, вроде бы дерево, вроде бы всего лишь вода, но на самом деле так сложно разрезать эту самую гладь.
Уже через пару минут она попросилась поменяться с Матвеем. Матвей усмехнулся и сел обратно. Прееодолев половину пути до берега, Матвей снова объявил сушку вёсел и сфотографировал горящий в небе закат. Персиковое солнце давало оранжевые отблески на воде. Матвей выложил эту фотографию в тг-канал.
Они причалили к берегу, сняли жилеты, сдали лодку. Матвей размял уставшие плечи и пришел к выводу, что завтра не сможет нормально поднимать руки.
Чуть отойдя от кромки воды, Матвей достал телефон и увидел сообщение от Лёхи:
«Ты что, гуляешь с Леной?»
Матвей не понял, с чего он это решил, а потом рассмотрел фотографию заката и увидел, что в кадр попал кусочек кудрявых волос Лены.
«Да», – признался Матвей. Из прогулки получилась не то чтобы лажа, но Матвей не был в восторге. Если бы Лена не задала тот вопрос, все было бы хорошо. Но в целом, не сказать, что остальное было ужасно. – «Мы поговорили и обсудили все, что нас волновало. Она сказала, что не писала, потому что думала, что я устал от общения»
«А ты уставал?» – удивился Лёха. Матвей понимал его сомнения, ведь он нормально общался со многими студентами всю неделю.
«Ну, в первый день, потому что нужно было много делать и я не выспался»
Лёха долго что-то писал, затем долго искал подходящий стикер, но в итоге затих. Матвей, увидев, что Лёха так и не прислал ответ, хотя очень старался, спросил, какую истину он так долго рожает.
«Не знаю, что сказать. У меня нет серьезных слов на эту тему, да и закончился запас чепухи, чтобы тебя веселить»
«А ты что, все это время меня веселил?» – написал Матвей, удивившись.
«Да. Всю эту неделю старался отвлекать, чтобы тебе не было грустно»
Матвея тронул этот душевный порыв друга, и он поблагодарил его за самоотверженность. На этот раз Лёха быстро нашел подмигивающий смайлик.
– Пойдем вместе купаться на речку? Нас ведь хотели завтра отвести позагорать, – предложил Матвей Лене, когда они дошли до корпуса, в котором она живет. Здание находилось совсем близко к реке.
– Да, можно, в принципе, – улыбнулась Лена.
– А послезавтра не хочешь поиграть в бадминтон между занятиями? – у них занятия были утром, потом наступал обед. После него шел небольшой перерыв, и студенты делали второй учебный забег либо в лабораториях, либо в лесу до полдника. После полдника было выполнение небольшого объема домашки, и к ужину все обычно освобождались.
Лена уже не была так уверена в положительном ответе. Она поджала губы и посмотрела в сторону.
– Слушай, Матвей… Может, не будем так частить с совместными планами? – Матвей опешил. Лена лишила его дара речи неожиданным заявлением. – Это как кушать жареную курицу каждый день. Вкусно, но если есть каждый день, то приедается.
«То есть, я тебе надоем, если мы будет гулять каждый день?!» – возмутился Матвей, однако промолчал. Сравнение с курицей ему не пришлось по вкусу. Где курица и где прогулки с ним? Это было очень странно.
Да, весной они обычно не гуляли каждый день, как правило, на выходных. Но ведь перед практикой все было нормально. Они встречались три дня подряд, и Лена уверяла, что все хорошо. Почему сейчас она идет на попятную?
– Эм… Ну… Ладно, – выдавила Матвей.
– Я не говорю «Нет». Скорее, «Посмотрим». Я не знаю, чем нас озадачат послезавтра. Может, мне придется учиться как раз в этот перерыв, – это звучало так, словно Лена поняла, как ужасна её предыдущая фраза, и, чтобы откопать себя, она выдумала эту отмазку.
– Хорошо. Напиши, освободишься или нет.
– Оки!
Лену позвал кто-то из одногруппников, активно махая ей рукой. Лена быстро попрощалась с Матвеем и сказала, что ей надо бежать. Матвей едва удержался от саркастичного комментария, что и так все понял. Показать морские узлы он не успел.
Иногда ему казалось, что они живут не в двадцати метрах друг от друга, всего лишь в разных корпусах, а на разных концах города.
Однако с течением времени все наладилось. Они с Леной классно провели время на речке, вдоволь наплескавших и нанежившись под ласковым солнцем. Уже не было и намека на июньскую жару, которая, к счастью, закончилась в середине сессии. Сейчас температура не поднималась выше двадцати восьми градусов, плюс её компенсировала прохлада жилых и учебных корпусов.
Они сошлись на том, что будут проводить время вместе через день, поэтому сыграли в бадминтон на сутки позже ожидаемого. Зато они вечерами напролет переписывались. Матвей активно продвинулся в сюжете цикла и написал песню про бога воды. Лена нарисовала бога войны, восседающего на троне, за спинкой которого вся стена была увешана разным оружием: мечи, мачете, катаны, стилеты, кинжалы, копья, луки, булавы, томагавки и еще много всего. Матвей подивился детальности рисунка, ведь кроме изображения оружия были подробно прорисованы черно-золотые доспехи бога с витиеватыми узорами. Спинка трона была острой, сделанной из тысячи мечей. Наверное, сам бы бог поранился об неё, если бы не его мощные доспехи.
Это был мускулистый широкоплечий мужчина с точеными чертами лица, пронзительным взглядом серых глаз и шрамом, идущим по всей правой половине лица. Рубец задел и глаз – видимо, рана предназначалась как раз для того, чтобы его повредить. Это, к слову, удалось, потому что вместо глаза был белый протез.
Бог войны Ариз вальяжно сидел на своем жестком, как и он сам, троне, подперев левую щеку рукой в железной перчатке.
Это снова было очень красиво. Лена перед началом работы над рисунком попросила Матвея дать описание бога, но он даже не думал, что получится настолько точно выверенный результат. Все-таки Лена очень талантлива.
В середине практики у Лёхи был день рождения. К сожалению, Матвею не удалось подарить ему подарок точно в срок, потому что он оставил его в общаге. Лёха не грустил из-за этого, потому что Матвей заверил, что подсуетился насчет подарка заранее. Он еще на сессии заказал для Лёхи паззл на тысячу деталей с изображением советского красного ковра. Лёха любил собирать всякое, Вика ему часто дарила конструкторы на праздники, так что и Матвей решил не отставать. Пусть Лёха помучается, там ведь как раз детали одинаковые. Это был кнут. Вторая часть подарка, а именно книга «Гарри Поттер и Тайная комната» была пряником.
Чтобы Лёха совсем не пришёл в уныние из-за отсутствия празднования, Лёха, Вика, Арина и его одногруппники провернули операцию по вылазке в ближайшую деревню, где они хотели купить торт и свечи. На всю деревню была одна лишь «Пятёрочка», в которой они купили и то, и то. К счастью, преподаватели не пронюхали, что некоторые студенты пропали, потому что у тех, кто пошел в магазин, был надежный тыл в лице второй половины сообщников.
Лёха весь вечер накануне своего дня рождения недоумевал, куда делась половина группы. Матвею, Арине и двум его одногруппницам пришлось всячески отвлекать Лёху от мысли искать их, ведь он от шуток, что полгруппы съели в лесу, начал переходить на тревогу о том, что они его бросили, туся где-то без него.
В полночь Матвей разбудил Лёху. Тот вздрогнул и чуть не заехал Матвею рукой по лицу. Матвей простил ему это только за то, что сегодня его день рождения. Он до сих пор помнил колено Лёхи у его зада и то, как Лёха нагло подмял под себя одеяло.
– Чё надо? – шепотом спросил Лёха, потирая один глаз.
– Лёх, сходи со мной в туалет. Мне одному ночью идти страшно, – так же тихо ответил Матвей.
Лёха смотрел на него секунд пятнадцать, как на умалишенного. Он глупо моргал, а потом перевернулся на спину и вздохнул.
– Ты серьезно?
– Абсолютно. Вдруг меня съедят так же, как половину твоей группы вечером?
Лёха неудовлетворенно фыркнул. Хоть и оказалось, что одногруппники целы, они вели себя очень подозрительно. Они не хотели делиться с Лёхой тем, где были. А ведь Лёха их староста. Кто-то из одногруппников говорил, что группа гниет со старосты, прямо как рыба с головы, но их рыба начала гнить с хвоста.
– Ты спишь на кровати рядом со мной, я проконтролирую, – Лёха недовольно посмотрел на Матвея, будто хотел взглядом отвадить его от себя. Но понимая, что Матвей не отступает, он снова вздохнул, откинул одеяло и потянулся к одежде, висящей на изножье. – Ладно, пошли.
Он сказал это, чтобы Матвей быстрее от него отстал и можно было поскорее прыгнуть в кроватку.
– Я всю жизнь прожил в частном доме, но у нас никогда не было туалета на улице. Это же такой кринж топать в темноте, чтоб поссать, – ворчал по дороге Лёха. – Я так уже хочу в цивилизацию, даже хотя бы в общагу. Я готов ценить наш унитаз без ободка.