Анастасия Малкова – Дотянуться до тебя (страница 17)
– Хочешь выйти из зоны комфорты? – Максим усмехнулся, когда Матвей активно закивал. – Хорошо, давай ты напоешь, чтобы я примерно понял что к чему. Какую песню ты хочешь петь сегодня?
Матвей включил на телефоне трек, и Максим засмеялся, покачал головой. Он и её тоже никогда не слышал. Их с Матвеем музыкальные вкусы очень различались. Максим называл треки Максима неформальными, потому что они все для него были необычными, а ещё почти никогда не получалось найти их минусовки, так как это либо новые, либо непопулярные песни. Музыка других учеников Максиму, как правило, была знакома. Матвей выбирал такие треки не специально – что ему предложит подборка в ВК, то он и слушал. Конечно, часто в плейлистах-рекомендациях попадались песни начинающих исполнителей.
– Кстати, ты пойдешь на июньский концерт? – Максим раз в полгода устраивал отчетные концерты среди своих учеников. Их набиралось около двух десятков, и все из них были старше Матвея. Они были либо ровесниками Максима, либо тоже старше него. У Максима даже занималась пожилая пара, поющая в дуэте.
– Нет, не получится. У меня сессия будет в это время.
Матвей никогда не участвовал в концертах Максима, потому что то даты совпадали с экзаменами, то времени, то денег не было. Все же в такие мероприятия нужно было вкладываться не только морально.
– Хорошо. Жаль, конечно, ну ладно. Давай начинать.
«Ну наконец-то!» – подумал Матвей, и они начали распевку. С кончиков пальцев Матвея рвался энтузиазм, а каждая получившаяся нота наполняла его жизненными силами.
Пение музыка – это большая часть его жизни, и без этого Матвей уже не представлял себя.
У Андрея в середине мая был день рождения, и он предложил отметить всей группой. На первом курсе именно так они и справляли его девятнадцатилетие. Андрей снимал теплую беседку на другом берегу, больше похожую на уютный маленький домик. На его территории был мангал, на махонькой веранде висели мягкие качели. С веранды открывался красивый вид на реку, а с приходом темноты можно было наблюдать за огнями ночного города.
Идея была принята с восторгом. В прошлом году день рождения вышел не громкой тусой, где музыка гремела до утра, а уютными посиделками с задушевными разговорами. В одиннадцать вечера они сдали домик и уехали дальше праздновать к Андрею на квартиру. Матвей за это очень ценил свою группу. С ними было очень комфортно и весело.
Так что Матвей, как и вся группа, с нетерпением ждал назначенной даты. День рождения Андрея приходился на выходной, так что это вдвойне ощущалось как глоток свежего воздуха перед стремительно надвигающейся сессией. Преподаватели с каждым днём всё чаще недвусмысленно намекали на то, что пора закрывать долги, ходить на отработки, обращать пристальное внимание на изучаемые темы, потому что они будут в экзамене.
У Матвея, если честно, голова шла кругом. На этой сессии предстояло сдать четыре экзамена: гистологию, микробиологию, биохимию, философию. Такого количества предметов никогда ещё не было. Никто не отменял и два зачёта – по физической и коллоидной химии и по математическим методам в биологии. Он не представлял, как это все учить.
С зачётами все просто, потому что можно было получить автоматы. По матану у Матвея он выходил железобетонно, по химии он его получит, если напишет последний коллоквиум на пятерке.
На экзаменах автоматов не было. С гистой и микрой проблем не возникнет, потому что Матвей их учил в течение года, а вот познания в биохимии были едва выше философии с той лишь разницей, что он знал, какая тема будет на паре. В осеннем семестре Матвей еще пытался что-то выучить, а вот в весеннем сдался, перестав осознавать происходящее. Ему придется все учить с нуля, и это будет непросто.
Матвей пытался начать что-то разбирать по биохимии, но умная мысль очень быстро ускользала от него, а взамен приходили строчки песни и грёзы о том, как они будут тусить с Леной летом.
«Нам бы эту энергию перенаправить в учёбу», – написала Лена в очередной раз, когда они залипли в переписке друг с другом вместо того, чтобы учиться. – «Но что же нас ждет в июле…»
«Тебя», – написал Матвей с хитрым смешком. – «Я от тебя не отплипну. Будем вместе собирать сикарашек»
«Это угроза?» – спросила Лена, и в следующем сообщении утвердительно закричала буквами: – «ЭТО УГРОЗА»
«Я в опасности!»
«Но я зависима от адреналина, мне ок»
Летом после сессии их ждала выездная полевая практика, на которой они несколько недель будут жить за городом и изучать флору и фауну области. Матвей надеялся, что на ней они с Леной будут проводить много времени, и в этом их никто не остановит.
Сейчас Матвей ехал на турбазу в такси с одногруппниками, которые жили в его общежитии. На ногах всех сидящих сзади лежала гитара Матвея, потому что Андрей снова попросил петь. Что ж, имениннику было бы грешно отказать. К домику уже приехал Андрей с кучей вещей и еды. С ним ехала еще одна часть группы.
Пока остальные постепенно подтягивались к месту встречи, те, кто уже прибыл, помогали Андрею разобрать пакеты, разобраться с мангалом. В домике стоял аккуратный кухонный гарнитур, раковина, микроволновка, мини-холодильник, два мягких диванчика, два кофейных стола, стулья. Парни сделали небольшую перестановку, соединив столы и диваны, чтобы за ними было удобно сидеть целой группе. Девочки мыли и резали овощи, Андрей раскладывал мясо на решетку, а Матвей и Серёжа-гитарист разжигали мангал.
Матвей давился слюной, следя за жаркой шкварчащего на огне мясо, которое постепенно покрывалось аппетитной золотистой корочкой. Оно трещало за ушами, как чипсы, огурцы и помидоры.
После того, как все подкрепились, Андрея выгнали из домика, чтобы подготовить сюрприз для него. Специально для этого занавесили стеклянную дверь, чтобы Андрей не поглядел. Катя распаковала торт, Саша-блондинка вставила в него свечи в виде цифр два и ноль, зажгла их, Матвею поручили держать в руках конверт с основным подарком. Серёжа пошёл за Андреем.
Андрей вошёл в дом с закрытыми ладонями Сережи глазами. Он выставил руки вперед, чтобы не споткнуться, и Саша-брюнетка, которая снимала это все на телефон, велела остановиться, чтобы он еще ненароком не обжегся о свечи. На счёт три сережа убрал руки с глаз Андрея.
– С днём рождения, с днём рождения, с днём рождения! – закричала группа, и Матвей вручил конверт. Андрей чуть не упал в обморок, когда открыл его, потому что ему подарили сертификат на то, о чем он мечтал много лет – полет в аэротрубе. Андрей загадал желание, задул свечи и обнял каждого одногруппника. Матвей чувствовал себя таким счастливым, будто это для него делали подарок.
Андрей мешал коктейли «Джин-тоник». Матвей посчитал бутылку джина в виде черепа слишком эстетичной и сфотографировал её, а потом попросил намешать коктейль и ему.
– Серьезно?! – воскликнула Саша-брюнетка. – Ты же не пьешь!
Матвей неопределенно мотнул головой.
– Немного можно.
Матвей в глазах других, наверное, был слишком хорошим мальчиком, который не пил и не курил, учился хорошо, занимался музыкой, разве что матерился. Матвей не пил, просто потому что не понимал, как может нравиться жгучий вкус спирта. Ко всему прочему он не хотел терять контроль над разумом и телом, отдать себя во власть хмельной дымки, и этот загон из-за пьющего родителя и пьяных людей, которые он видел наяву, по телевизору и в Интернете.
У коктейля был приятный вкус, и алкоголь совсем не чувствовался. Конечно, ведь его глушил тоник. Матвей отпил через трубочку совсем немного, а потом ушел в туалет, который был на улице. К нему вела каменистая узкая тропинка.
По дороге Матвей вытащил телефон, который не трогал пару часов. На экране блокировки висело несколько сообщений от Лены. Открыв чат, он немного обалдел, увидев файл.
«Решила попробовать написать мысли Алфия насчет обстановки среди его народа. Надеюсь, ты не против»
Матвей остановился посреди дорожки и открыл вордовский файл. Текст на нем немного съехал, потому что Матвей открыл с телефона то, что создавалось на компьютере, но в целом было читабельно.
Вступительная песня была как раз о том, что главный герой Алфий – его имя переводилось как «перемены, свобода», Матвей нашёл в Интернете – находится в ужасе от нынешних устоев и сопротивляется богам. Первые два абзаца показались Матвею довольно интересными, но сейчас его сознание не могло полностью погрузиться в чтение. Хотя бы потому, что Матвей хотел в туалет.
Он написал, что прочитает позже, а закончив с делами насущными в туалете, написал:
«Почему я должен быть против того, чтобы ты что-то писала по моим песням?»
Лена ответила:
«Не знаю. Просто я не хочу навязываться. Не хочу лезть туда, куда не следует»