Анастасия Левковская – Лисьи маски (СИ) (страница 53)

— А вы истинная дочь монастыря, леди.

— Благодарю за комплимент, но стараниями вашего покойного наставника я уже лет десять как не леди, — хмыкнула в ответ.

— Я бы мог сказать, что мне жаль… Но, честно говоря, мне плевать, — он усмехнулся.

— Зато честно, — оценила я.

— Хедрик, — напряженно позвал его отмерший Майрен-младший, — пошли выйдем, разговор есть.

Бросив на меня многообещающий взгляд, монах направился к двери.

Вскоре я осталась в подземелье одна. И довольно ухмыльнулась, сложив руки на груди.

Мое заточение определенно становилось интереснее. И кто знает… Может, есть шанс с новыми обстоятельствами переломить ситуацию в свою сторону.

Через несколько часов Карл вернулся, но уже без лортанца. Внешне я не показала своего разочарования, но про себя грустно подумала, что строить планы, когда еще ничего не решено, — дурная затея.

Майрен-младший меня удивил: извинился за то, что не поверил. А потом осторожно спросил, не можем ли мы вернуться к предыдущей договоренности. Я великодушно согласилась, но мстительно потребовала больше времени на раздумья. Карл то ли ощущал себя виноватым, то ли понимал, что теперь нужно быть со мной немного осторожнее, но быстро согласился.

Я ожидала, что жизнь войдет в прежнее тоскливое русло, потому очень удивилась, когда утром вместо Карла в мою тюрьму вошел лортанец.

— Надо же, — не скрыла я своего изумления. — Я, честно говоря, думала, что ты все-таки уехал.

— Карл пытался меня уговорить, но, как видишь, ничего не вышло. — Монах даже бровью не повел на неформальное обращение и, пройдя к столу, сел напротив меня. — Должен признать, я думал, ты старше.

Я равнодушно пожала плечами, а затем с легким ехидством отозвалась:

— А я — что ты младше.

Лортанец с ухмылкой развел руками, после чего сосредоточенно нахмурился:

— Так… Меня, как ты уже поняла, зовут Хедрик. Как я могу называть тебя?

— Как хочешь.

— Даже Лалисой? — коварно уточнил он.

Я хмыкнула и, отрицательно качнув головой, заметила:

— А ты многое обо мне знаешь.

— Меньше, чем хотелось бы.

Дальше, к моему большому удивлению, полился довольно-таки непринужденный разговор. Лортанец оказался умным, проницательным человеком, помешанным на науке, но при этом с чувством юмора. Да что там, Хедрик, как выяснилось, редкой породы ехидна, и некоторыми замечаниями порой доводил меня до состояния кипящего чайника. Впрочем, потом сам же его снимал, а затем извинялся за то, что забыл о моем нестабильном состоянии. Знать бы еще, что это значило…

Если во время нашего разговора меня и сканировали, я ничего не ощутила.

Общаться с монахом оказалось интереснее, чем с Карлом, хотя я все равно воспринимала его как врага. Возможно, оттого, что Майрен-младший стал для меня уже открытой книгой: его мотивы были понятны, действия поддавались прогнозу, а сам он не имел ничего, что могло бы вызвать мой жгучий интерес. Кроме документов, подтверждающих невиновность моей семьи, разумеется.

Лортанец же оставался секретом, и это подогревало любопытство. Мне хотелось разгадать его так же, как и моего тюремщика.

Неудивительно, что, когда ближе к обеду Хедрик ушел, а вместо него появился Карл, я ощутила укол разочарования. Впрочем, слава Богине, на лице не отразилось ничего. Не стоит Майрену-младшему знать о моем научном интересе к его товарищу.

Так прошло еще два дня.

На третий я с самого утра ощущала себя скверно: болела голова, а настроение прыгало словно сумасшедшее. Хотелось то ли рявкнуть на кого-то, то ли вцепиться ногтями в лицо, то ли забиться в уголок и долго рыдать.

Хедрик, пришедший после завтрака, лишь недовольно цокнул языком, а затем несколькими движениями изящной ладони привел меня в порядок.

— Все же твой талант невероятен, — со вздохом признала я, блаженно растекаясь по креслу. — Я сама немного целитель, а не могу даже сотой доли того, что доступно тебе.

— Способности вообще раздаются неравномерно, — пожал он плечами, устраиваясь напротив. — Взять только нашего приятеля Волка и его уровень резерва.

— О да, — кивнула я задумчиво.

— Ты знаешь? — пристальный взгляд.

— Знаю. — Я не видела смысла скрывать.

— Странно, — прищурил глаза Хедрик. — Кир не из тех, кто делится таким с первым встречным.

— А я не первая встречная, — усмехнулась горько. — Я та, из-за кого он ушел из Лортана.

— Что? — Монах выпрямился и неверяще посмотрел на меня. — Что за бред?

— Бред? — Я вскинула брови и расхохоталась. — Я так понимаю, в Лортане в ходу другая версия?

— Официально было объявлено, что он не выдержал строгого распорядка монастыря, — сухо проговорил он.

— Вот это бред, — фыркнула я пренебрежительно. — На самом деле просто Кир не увяз в Лортане до той степени, чтобы молча выполнять любой приказ. И когда наставник потребовал от него убить меня, Кир взбунтовался.

— Убить тебя? — опять сощурился Хедрик.

— По-твоему, каким образом я выжила? — усмехнулась я снисходительно. — Разве могла бы перепуганная пятнадцатилетняя девочка сама выбраться из кишащего наемниками особняка, да еще и мимо двух лортанцев? А потом добраться через пол-Империи до женского монастыря?

— Значит, тебя спас Кир, — медленно проговорил он и потом так же медленно кивнул. — Что же… Это на него похоже.

— Ты много о нем знаешь, — заметила я нейтрально.

— Мы вдвоем проходили обучение у наставника и… — Хедрик на миг замялся, но потом все же со вздохом закончил: — И были друзьями.

— Вот как? — пришла моя очередь удивляться. — Ни разу о тебе не слышала.

— Мы не контактировали после его побега, — нехотя признался он. — А при случайной встрече делали вид, что незнакомы…

— Ты прости за прямоту, но это идиотизм, — довольно-таки резко сказала я.

— Не знаю, какие были у него мотивы для такого поведения, но лично я считал его предателем, — пожал плечами монах, никак не отреагировав на мою грубость.

— Жаль, что так вышло, — почему-то сорвалось с моих губ.

— Может, и не жаль… Кир сейчас явно счастливее.

Хедрик нахмурился и ушел в свои мысли. Я некоторое время с любопытством рассматривала глубоко задумавшегося лортанца, а затем решилась на вопрос, который мучил меня с первой нашей встречи:

— Скажи… Почему именно монастырь?

— В смысле? — Он посмотрел непонимающе.

— С твоим даром ты мог стать известным целителем, к которому съезжались бы со всех концов материка, — неторопливо начала я пояснять свою мысль. — Деньги, слава, уважение, любовь, влияние — все это было бы у тебя и без монастыря. Так почему же ты выбрал не самый простой путь строгого подчинения вышестоящим и общим целям?

Я, честно говоря, не ожидала, что он ответит. В конце концов, вопрос такой… сложный, требующий некоторого раскрытия. А мы с ним не друзья, более того, остаемся врагами. Обнажить себя так перед тем, кто может с чистой совестью использовать это против тебя… Но тем большим было мое удивление, когда мне все же ответили.

— Это потребовало бы постоянного контакта с множеством людей. А я… Честно сказать, людей терпеть не могу.

— Вот как? — тихо пробормотала я.

— Моя история похожа на твою, но без участия монастыря, — безразлично хмыкнул монах. — Обыватели слишком не любят тех, кто на них не похож. И обычно все заканчивается печально.

— С моим родом все понятно… А с твоим-то что не так? — не смогла не спросить я.

— Да так… — с непонятной ухмылкой ушел он от ответа.

Я поняла, что вот она — граница нашей откровенности, и не стала больше задавать подобных вопросов. Вместо этого решила расспросить Хедрика о том времени, когда они с Киром вместе проходили обучение. И лортанец рассказывал довольно-таки охотно. Оказалось, что, несмотря на строгие рамки, которые выставляет своим послушникам монастырь, у этих двоих была очень бурная юность. Я с интересом слушала о похождениях юных балбесов и отстраненно думала о том, что как-то странно Хедрик меня исследует. Складывалось такое ощущение, что ему просто интересно со мной болтать. Во что я, конечно же, не верила.

И подтверждение этому получила на следующий же день, когда во время уже традиционного утреннего разговора Хедрик вдруг оборвал себя на полуслове и уставился на меня напряженным взглядом.

— Что? — Я вопросительно вскинула брови.