Анастасия Кузнецова – Эмория. Там, где живут чувства (страница 4)

Вой раздался совсем близко.

Я подняла голову.

Из-за угла выползло Оно.

Оно было огромным — тёмным, текучим, будто ночь научилась ползти. У него не было чёткой формы: клубящаяся масса, то похожая на дым, то на тень, то на провал в самой ткани мира. И глаза. Сотни красных глаз раскрывались и гасли в его темноте, как угли под пеплом.

Оно смотрело на меня.

И говорило. голосом, слишком похожим на мой собственный.

— Ты всегда знала, что это случится, — сказало Оно. — Что однажды ты не справишься. Что страх станет слишком большим. И ты сломаешься.

— Уйди, — прошептала я, хотя знала: оно услышит даже мысль.

— Я не могу уйти, — Оно ползло ближе. — Я часть тебя. Я твоя паника. Твоя тревога. Твой страх, которому ты слишком долго не давала имени. Ты создала меня. Каждый раз, когда молчала. Каждый раз, когда прятала то, что чувствовала.

Оно было в метре от меня. Я чувствовала холод, исходящий от него. Запах пепла и чего-то кислого.

— Ты накормила меня, — сказало Оно. — И теперь я голоден. Всегда голоден.

Оно протянуло ко мне что-то похожее на руку — длинное, тёмное, с когтями.

Я перестала сопротивляться.

«Сейчас всё оборвётся.»

— Отойди от неё! — крикнул чей-то голос.

Мир вернулся резко, как удар.

Между мной и монстром стоял он. Тот парень из переулка. Светлые волосы растрепались, лицо было бледным, но в руках у него горел огонь. Живой, тёплый, золотой.

— Ты не можешь забрать её, — сказал он монстру. — Она ещё не сдалась.

Монстр зарычал.

— Она уже сдалась. Смотри на неё. Она даже не дышит.

Парень обернулся ко мне. Присел на корточки.

— Эй, — сказал он тихо. — Послушай меня. Это паническая атака. Понимаешь? Просто атака. Она пройдёт. Ты не исчезаешь.

— Я... не могу дышать, — выдохнула я.

— Можешь. Просто медленнее. Смотри на меня. Вдох. Раз, два, три, четыре. Задержи. Выдох. Раз, два, три, четыре, пять, шесть.

Я смотрела на него. На его серые глаза. На огонь в его руках.

Вдох. Раз, два, три, четыре.

Выдох.

Ещё раз.

Ещё.

Сердце начало биться медленнее. Воздух доходил до лёгких.

Монстр взвыл и отступил на шаг.

— Хорошо, — сказал парень. — Ещё раз. Ты справляешься.

Я дышала. Считала. И монстр становился меньше. Бледнее. Его глаза гасли один за другим.

— Ты... ты его убиваешь? — спросила я хрипло.

— Нет, — он покачал головой. — Я не могу его убить. Он твой. Но когда ты дышишь, когда ты здесь, с собой — он теряет силу. Становится тем, кем должен быть. Просто чувством. Не монстром.

Я посмотрела на существо. Оно уже было в два раза меньше. Съёжилось, дрожало.

— Он вернётся? — спросила я тихо.

— Да, — парень встал, протянул мне руку. — Но не сейчас. Пойдём. Здесь небезопасно оставаться.

Я взяла его руку. Он поднял меня.

— Кто ты? — спросила я.

Он усмехнулся.

— Илья. Но здесь меня зовут Север.

— Почему?

— Потому что я холодный. Или был. Не помню уже.

Мы пошли прочь от стены, от монстра. Я оглянулась — существо сидело на земле, маленькое, жалкое, и выло тихо, как раненый зверь.

— Мне его жаль, — сказала я неожиданно для себя.

Север посмотрел на меня удивлённо.

— Почему?

— Потому что он просто боится. Как я.

Север молчал. Потом кивнул.

— Может быть, ты права.

Мы шли по улицам, и город менялся с каждым поворотом. То дома становились ниже, то вдруг вырастали так высоко, что верхушек не было видно. На стенах проступали рисунки — лица, руки, слова.

— Что это за место? — спросила я.

— Эмория, мир между мирами. Сердце Эмории – Эмпатия, город в котором живет любовь. Можно называть это место двумя именами и оба будут верными — ответил Север. — Сюда попадают чувства, которые люди не могут или не хотят проживать. Страх. Тревога. Стыд. Вина. Они не исчезают. Они приходят сюда. И становятся реальными.

— Значит, тот монстр...

— Твоя паника. Да. Она была с тобой всегда. Просто ты её не видела.

Я обняла себя руками.

— И как мне отсюда выйти?

Он остановился. Посмотрел на меня долго.

— Пройти, — сказал он тихо. — Через всё, от чего ты бежала. Встретиться с каждым монстром. С каждым чувством. И принять его. Не победить. Принять.

— А если я не смогу?

Он не ответил. И это был ответ.

Мы пришли к небольшой площади. В центре был фонтан, но вместо воды из него текло что-то похожее на жидкий свет — золотой, тёплый. Вокруг стояли фигуры — почти прозрачные, мерцающие.

— Это Хранители, — сказал Север. — Те, кто остался здесь, но не потерял себя. Они помнят любовь. И защищают этот свет.

Я подошла к фонтану. Опустила руку в свет. Он был тёплым, приятным. Тяжесть в груди стала легче.