Анастасия Коскова – Тайна заколдованного кафе (страница 43)

Я помолчала, раздумывая над ее словами, и тряхнула головой:

— Не знаю, как быть… Ты познакомилась с ней, как бы ты поступила?

— Это твоя знакомая, а не моя. Так что только ты можешь решать ее судьбу, — кивнув мне, она подхватила свою куртку. — Как определишься, сообщи.

Я подвинулась, пропуская. Внутри застыло чувство сожаления.

— Знаешь, в какой-то момент, в кафе я думала, что ты не хочешь уходить. Что ты просто откажешься и все.

Девушка внимательно посмотрела на меня.

— В какой-то момент так и было. Я готова была проклясть тебя. Лишь бы ты не путалась под ногами, — она задумчиво побарабанила пальцами по двери. — Об этом надо подумать.

Инна уже открыла дверь, когда я решилась задать вопрос, который меня беспокоил.

— Ты осуждаешь меня? Из-за Мари.

Она обернулась, усмехнувшись.

— Да. Но я тебя понимаю, — и протянула мне открытую ладонь с ключом-артефактом, непонятно как оказавшимся у нее. — Кажется, это твое.

Дверь за ней закрылась, и я сползла по стенке закрывая лицо руками. Слишком много событий для четверга.

Что делать с Инной, как поступить с Мари?

Я даже Марку позвонить и посоветоваться не могу, телефон-то по собственной дурости пропал.

Решив отложить на время рефлексию, я нехотя поднялась и, обув тапочки, пошла стучатся к соседям. Если повезет, мой телефон будет отключен и звонок не пройдет.

Хоть от этих мыслей внушенных Мари избавлюсь.

Глава 29

Зажав один из пакетов между собой и дверью, я подставила под него колено, чтобы тянуться наконец до неуловимой связки ключей. Как знала, что не нужно было вестись на открытую подъездную дверь, а найти их еще возле лавочки.

Дверь открылась со скрипом. Уже две недели она пыталась впечатлить меня своей мелодичностью, но вызывала только глухую тоску по отсутствию смазочного материала. А еще напоминала об отсутствии Марка, который мог бы, наверное, ее починить. Может магией, а может ручками… Сильными, теплыми ручками… Подобное напоминание я ей простить не могла, решив купить, наконец, масло.

Сим-карту я восстановила на следующий же день после возвращения от Мари, не забыв купить дешевый смартфон. Качество телефона не то, что оставляло желать лучшего, оно практически умоляло приобрести что-то другое. Однако свободных денег на подобные траты не было.

Первые пару дни «тишины», воспринимались особенно тяжко. Ни звонков, ни смс, но что самое обидное, я никак не могла на это повлиять. Номера Марка или Инны канули вместе с телефоном. Забавно, что я понятия не имела, где живет человек, с которым встречалась полтора месяца. Не знала, как его найти. Будь я более прибабахнутой, можно было бы порассуждать об объявлениях в газете или на билбордах: «Потерялся парень. Особенности: серые глаза, хитрая улыбка и легкая небритость. Нашедших, просьба позвонить, а после спрятать свои загребущие ручки в свои карманы и смотреть в другую сторону». Ух, а я оказывается ревнивая. Надо же.

Мысли о том, что Марк меня некрасиво бросил, конечно посетили мою светлую головушку, но, стараясь утешить свое самолюбие, я вспомнила историю Марка, о том, как меня теряли из виду, когда я сомневалась уходить ли из кафе.

Только кое-что в этой истории не сходилось. Не мог же «потерять» меня только Марк? Женщина, у которой я снимала квартиру, терять и забывать меня отказывалась. Может любовь к деньгам оказалась сильнее магии?

Действуя, как страус-любитель, я гнала сомнения прочь. Уже почти месяц я притворялась, что у меня все хорошо. Ходила на работу, общалась с коллегами, звонила родителям и постоянно отшучивалась на их просьбу скинуть фотку парня. Предъявлять было некого. Еще немного, и последуют вопросы в духе: а был ли мальчик?

Тоска разъедала. Ужасно хотелось кому-нибудь пожаловаться, дождаться сочувствия. Но кому? Родителям? Представляю, как говорю отцу, что мой парень пропал на месяц. После этого Марку лучше не появляться. Я же наивно надеялась, что все еще образуется.

Даже какому-нибудь комку шерсти нельзя выговориться. Разуваясь в прихожей, крикнуть: «Я дома».

К сожалению, хозяйка квартиры не разрешала заводить животных. Видимо, злилась, что я вывела ее прошлых постояльцев — тараканов. Может, зря? Сейчас отлавливала бы и выговаривалась бы над их трупиками.

Я уже думала, что, если тянет говорить с насекомыми, еще и такими мерзкими, то нужно что-то делать, но что? Вариант: пойти к Мари с этой проблемой — возникал, но тут же отметался. Настроение ведьмы невозможно было спрогнозировать, к тому же без Инны я туда боюсь идти. А будь у меня ее контакты, решила бы вопрос и без Мари.

Маринуясь в собственных мыслях, я ко всему прочему «ела» себя за то, что даже мысленно могла оставить Мари в кафе. Причины, почему стоит сделать именно так, блекли с каждым днем. Я почти передумала…

Что скажет Инна при нашей следующей встрече? Обрадуется или посчитает дурочкой, постоянно меняющей свои решения?

Поняв, что в очередной раз сижу в прихожей и вместо того, чтобы разбирать вещи, разглядываю собственные носки и загоняюсь, я выдохнула. Отставить рефлексию. Сейчас все передумаю, чем же мне ночью во время бессонницы заниматься?

Кряхтя, я подняла свои ставшие почти родными пятнадцать килограмм обернутые в целлофан, радуясь хотя бы тому, что ничего не рассыпалось. И чуть не выронила их, зайдя на кухню.

За столом спиной ко мне сидел Марк.

Не соображая, напрочь забыв о пакетах, я застыла, не понимая, что делать. Обрадоваться? Возмутиться?

Он даже не дернулся, когда пакет, качнувшись, глухо ударился о косяк двери. Не замечает, да? Ладно…

— Здравствуй, дорогой. Как день прошел? Как дела на работе? — как можно беззаботнее спросила я, начав разбирать покупки и демонстративно не поворачиваясь к парню.

Через минуту, не услышав какого-либо ответа, удивленно обернулась.

Марк сидел, склонившись над столом и закрыв лицо руками. Перед ним стояла моя любимая кружка. Конечно, она могла бы быть и почище, но ведь это не повод для страданий?

Поза и отсутствие реакции немного пугали.

— Марк? — я осторожно дотронулась до парня, но отклика не последовало. — Что-то случилось?

Он продолжал молчать.

Ничего не понимая, я погладила его по плечу.

— Марк, все хорошо?

Будто не замечая, он продолжал сидеть, и я готова была перейти к более решительным действиям, как зазвонил телефон, и Марк, отняв руки от лица, потянулся за ним.

— Да.

Его голос прозвучал неожиданно глухо, а глаза сверлили мою кружку. Наравне с беспокойством, вызывая досаду на то, какая я не хозяйственная хозяйка.

— Ее тут нет.

— В смысле нет? Меня нет? — не поверив, уточнила у него, оперевшись на стол.

— Да. Еще пару минут, и выйду.

Только сейчас я поняла, что парень был слегка помятым, чего обычно он не допускал. Взъерошенные волосы, щетина, превратившаяся в полноценную бороду…

— Ты меня, правда, не видишь? — почему-то шепотом спросила я, проводя рукой перед его лицом.

Ответа не последовало. Наоборот, парень решительно встал, взяв мою кружку, и, даже не заметив, оттеснил от стола, направившись к выходу.

Возмущенно пискнув на это похищение, я запаниковала.

— Стой! Подожди!

Схватив его за рукав, попыталась остановить, но он не отреагировал. Кажется, даже не заметил моих попыток.

Взгляд заметался по кухне и зацепился за чашку возле раковины. Не думая, я запустила ею в стену.

Марк сбился с шага, с недоумением обернувшись, и пробежался взглядом по комнате, все также не замечая меня.

Понимая, что он сейчас уйдет, схватила тарелку и с силой бросила себе под ноги. Чертыхнувшись, когда осколок ударился о шерстяной носок.

Обернувшись к Марку, я заметила, как задумчивость сменяется на удивление, а после на несмелую улыбку.

— Женя? — его голос прозвучал хрипло, но с такой надеждой…

Молча уронила еще одну тарелку. Прекрасный способ обновить посуду. У меня же денег полно… А еще запасных ног, ведь жизнь меня ничему не учит.

Потирая ушибленную конечность, я смотрела на Марка. На то, как его лицо посветлеет, а губы расплываются в счастливой улыбке.

— Ты пропала, а я не мог дозвониться до тебя, — глядя на осколки произнес он, а я скептически хмыкнула. — Думал, что это родители наколдовали. Каждый раз, стоило мне захотеть приехать сюда, происходило что-то странное, отвлекающее, либо требующее срочного вмешательства… Жень, ты можешь подойти ближе?

Я осторожно приблизилась к Марку, дотронулась до груди и, больше немедля, обняла, прижимаясь, но он продолжал стоять неподвижно.

— Жень, ты здесь?