Анастасия Коскова – Тайна заколдованного кафе (страница 40)

— У меня, знаешь ли, есть причины, — машинально сложив руки на груди, ответила ей, хорохорясь. — Не припоминаешь?

— Отчего же? Я все прекрасно помню, — окинув меня взглядом, она встала, подхватывая заполненный бокал. — Хорошо. Я пойду к твоей проклятийнице и посмотрю, что еще она выяснила. А ты пока развлеки себя чем-нибудь. Подумай о том, как ранишь меня своим поведением. Побудь одна.

Небрежно кивнув на прощание, Мари повернулась к лестнице.

— Почему одна?

— Кузьма занят уборкой территории. А остальные увлечены идеями девчонки. Раз моего общества ты не желаешь, я удалюсь, — она отвечала, не оборачиваясь, будто я не достойна того, чтобы на меня смотреть.

Глядя на то, как Мари тяжело идет к лестнице, я начинала чувствовать за собой вину. Вот как так? Я же права. Как можно ей доверять? Как может она попрекать меня, после того, как практически сделала заложницей этого дома?

И почему я, все это понимая, все равно грызу себя и едва сдерживаюсь, чтобы не попросить прощения?..

Застонав, я откинулась на диван. Где проходит обучение по психологии могущественных и старых, простите, не в меру мудрых, ведьм? Консультация мне бы не помешала.

Стоит ли бросаться вслед за Мари, пытаться доказать, что она все неправильно понимает?

Уверена, она сразу же мне поверит, извинится и пообещает никогда во мне не сомневаться. Ага. А еще не держать тут никого против воли. И вообще впечатлится и снова станет душкой. Именно так все и будет.

И все же, что делать, если отбросить попытки поговорить с обиженной ведьмой, которые ни к чему не приведут?

Можно подняться вслед за Инной и послушать умные мысли, которые она будет излагать. Понять, я вряд ли что пойму, зато смогу помозолить глаза братьям человеконенавистникам. Они попытаются навести какую-нибудь порчу ради любви к процессу, у них не получится (спасибо, Марк), и я им разонравлюсь окончательно. Все отвлекутся, и Инна скажет мне «большое спасибо». Чую, будет очень весело.

Еще можно послушать Мари, пойти проветриться и почувствовать себя ежиком в тумане. …Найду своего медвежонка, то есть Кузьму.

И вроде неплохой вариант, но перемещалась я из квартиры, так что пуховик с собой, естественно, не брала.

— Кузь, не знаешь, где взять теплую одежду? — подняв голову к потолку, уточнила я.

Марк рассказал, что домовые могут слышать, когда на территории дома к ним кто-то обращается. Но отчего-то говорить в пустоту было странно, зато в потолок — самое оно. Именно там же, на люстре, Кузьма обычно и прячется?..

На соседнем кресле появились полушубок и валенки. Без каких-либо звуковых спец-эффектов. Просто не было и, «оп», возникло. Через секунду к ним добавились шапка и варежки. Обожаю магию.

— Спасибо! Как насчет, присоединиться к прогулке? Готова вместе с тобой раскидать снег.

На это мне уже не ответили. Красноречиво. Ну, что же, поищем Кузьму на улице.

Одежка, как и обувь, были по размеру. Стоит ли этому удивляться?

Открывая дверь, я была готова двигаться на ощупь, но туман, что клубился в окнах, рассеялся. Осталась только небольшая дымка, которая размывала все, находящееся дальше тридцати шагов.

Непривычно было вновь оказаться тут. В реальном мире хотя бы календарю уже наступила весна. Да, до набухших почек и прилетных птиц было далеко, но первые изменения, пока еще незаметные, появились.

Чуть выше температура, чуть теплее ветер…

А может, все это было только в моем воображении, и только Марк то ли колдовством, то ли просто своим присутствием согревал меня.

Вопреки всему, на губах появилась улыбка, и даже вид леса, который, словно на старой фотокарточке, совершенно не менялся, уже не вызывал сожаления. Все наладится.

Хрустел под ногами снег. От легкого мороза начали пощипывать щеки. И все так же завораживало нескрытое туманом ясное ночное небо. Звезды, как и год назад, подмигивали с высоты, отвергая даже малейшую возможность посчитать их.

С трудом оторвавшись от разглядывания неба, я осмотрелась.

Кузьмы, как мне представлялось, в тулупе, с шапкой ушанкой набекрень, орудовавшего лопатой, рядом не наблюдалось.

Может, он прячется в темном и страшном лесу? Очень логичное предположение, без шуток, если учесть дорожку, ведущую в глубь.

— Считаю до трех и иду тебя искать. В лес, — честно предупредила я, пряча руки в карманы полушубка.

Мне хотелось уточнить у него про состояние Мари, и то, как давно она перестала пускать к себе посетителей. Что-то мне подсказывало, что мающаяся от скуки и депрессии ведьма — не тот персонаж, к которому стоит ходить в гости.

Да, я опасалась за свою шкуру и почти не стеснялась этого. Почти.

Шагая в сторону леса, я не могла понять, отчего меня переполняет уверенность в собственной безопасности. Но несмотря на вполне адекватный вопрос, страх не появлялся. То ли он атрофировался, то ли я понимала, что территория огорожена и защищена, а самый страшный хищник тут Мари…

Мороз, по мере того как я отходила от кафе, казалось, только усиливался. Вопрос, а что мне вообще нужно в лесу, возникал все чаще. Но я отмахивалась невнятными оправданиями вроде: «а чем мне еще заняться» и «здесь я с Кузьмой могу пообщаться без бдительного взора хозяйки».

«Скрип-скрип» — слышалось в темноте. «Вжи-и-их» — шумел ветер. А я удалялась все дальше от теплого уютного дома. Авантюризм кое-где заиграл. Не иначе. Стоит спросить Марка, а не добавил ли он в кулон ведро уверенности?

Ноги сами привели меня к той полянке с валунами посередине, через которые я так неудачно хотела перелезть.

Снег все так же светился в темноте, но вот от темных силуэтов деревьев отчего-то по спине побежали мурашки.

Тихий, но уверенный голос сбоку заставил вздрогнуть и собраться с мыслями.

— Ты хотела о чем-то поговорить?

Глава 27

Одежда домового сбивала с толку. Вопреки ожиданиям на нем был не тулуп, а во вполне современная куртка. Просто невысокий мужчина рядом, а никак не сказочный персонаж.

Кузьма, не догадываясь о моих мыслях, хмурил брови, вглядываясь куда-то вглубь леса, и продолжал рассказывать:

— Наша ведьма прогнала всех внезапно. Было около семи, когда свет во всем доме мигнул, а за окнами заклубился туман. С кем она говорила и что услышала, не ведаю. Но после — как отрезало. Никто не смог пройти. А может, и не пытался.

— Давно это случилось?

— Трудно судить, но с месяц уж точно, — он перевел на меня озабоченный взгляд. — Не появлялась бы ты здесь, Женечка. Не знаю, сколько времени у нее такой настрой продлится, и к чему это приведет.

Поджав губы, я посмотрела вперед на высокие камни, темным пятном выделяющиеся на снегу. Раньше они меня пугали, но теперь я знала, что там — свобода.

— Может это глупо, но я верю, что Инна сможет помочь Мари.

Кузьма тяжело вздохнул, качая головой.

— Женя, может, подруге твоей и не грозит ничего. Она — взрослая колдунья, способная за себя постоять, но ты-то простой человек. Заколдуют, ты и глазом моргнуть не успеешь.

— А что делать? Отдать ключ Инне? Разве Мари ее пустит без меня?

— Не пустит, — согласился домовой, и, тяжело вздохнув, начал осторожно подбирать слова. — Женечка, просто подумай. Если бы к тебе обратились за советом, стоит ли освобождать могущественную ведьму с весьма сомнительными принципами и моралью, что бы ты ответила?

Он невесело хмыкнул, глядя на мое вытянувшееся лицо.

— Девочка, не руби с плеча и уж точно не говори о своем решении нашей ведьме. Вернешься домой, обдумаешь. Быть может, я не знаю чего-то о нынешнем мире, — Кузьма улыбнулся, дотронувшись до моего рукава. — За нас не беспокойся. Я уже не один век с ней, а мальчики не одно десятилетие. Мы справимся.

Ободряюще похлопав меня по спине, он исчез, оставляя наедине с собственными сомнениями.

Настолько ли было холодно на улице, как казалось?

Меня откровенно потряхивало от внезапного осознания. Кузьма ведь задал очень правильный вопрос. Что бы я ответила?

Спроси он напрямую, я бы замялась, но браво заявила, что Мари нужно расколдовать. Но сейчас, если правду сказать шепотом и только себе, мой ответ — нет. Выпускать не стоит. Мало я страшных книжек читала? Обычно с подобной доброты все ужасы и начинались.

И что делать? Сказать Инне, что я трушу… простите… становлюсь предусмотрительной, и нужно прекращать подобного рода исследования? Ей, как мне кажется, все равно кого расколдовывать. Ее захватывает сама возможность решить поставленную задачу.

Я обхватила себя руками, понимая, что мурашки и ощущаемый холод — это нервное.

В таком состоянии показываться в кафе нельзя. Инна наверняка занята и вряд ли скоро освободится. Мозолить глаза Мари, напрашиваясь на разговор? Не стоит. Лучше еще немного поморожусь. Остыну во всех смыслах.

Снег едва заметно серебрился при свете Луны, но особо выделись темные валуны, перегораживающие поляну. Даже странно, отчего я раньше не замечала, что ни возле них, ни тем более на них нет и намека на снег. Он лежал по эту сторону камней и будто смазано виднелся с той стороны.

Стараясь отвлечься, я подошла к камням, через которые когда-то хотела сбежать.

В первый момент мне показалось, что поверхность под рукой теплая, но тут же пальцы до костей пробрал холод, так что я быстро надела варежки, которые непонятно когда успела снять.

Смогу ли почувствовать магическую преграду под рукой? Оказаться в мире за ней? Узнать, что там?