Анастасия Король – Путь к искуплению (страница 31)

– Ненавижу, – прошептал он и помотал головой. Он чувствовал себя беспомощным мальчишкой, и от этого становилось только хуже.

– О! Азамат? – услышал он знакомый голос.

Он обернулся и увидел Ирму, вскинувшую брови в удивлении. В ее руках был пакет из супермаркета. Она была одета в свою любимую объемную куртку, в которой, казалось, можно спрятать несколько человек.

– Ирма? Что ты здесь делаешь?

Она указала рукой с шуршащим пакетом на ближайший дом:

– Как видишь, я здесь живу.

– А, точно, – отвернулся он, смахнул влагу с глаз и выпрямился, поправляя китель. Он не хотел, чтобы Ирма, которая нравилась ему до безумия, видела его слабости.

– Первый раз вижу тебя в парадной форме. Тебе очень идет, – присвистнула она.

– Эмм… Спасибо. – Он улыбнулся, раздумывая, могла ли она увидеть его покрасневшие глаза. – Сегодня свадьба у моего куратора. Вот я и приоделся.

– Понятно… Как прошло твое первое задание?

– Все хорошо. Меня послали в Стамбул, но сама понимаешь, я не могу ничего рассказать. Это секретная информация, – напустил он туману и сделал серьезное лицо.

Ирма хмыкнула и мотнула пакетом в руке:

– Не хочешь пива? Я как раз купила несколько бутылок.

– Пива? – переспросил Азамат.

Ирма кивнула.

– Темное, прямиком из Германии, – подмигнула она и указала на второй этаж дома.

«Ирма приглашает меня к себе?» От радости он сразу же откинул все тяжелые мысли и искренне улыбнулся:

– Не откажусь. – Он протянул левую руку, чтобы помочь ей донести пакет.

Ирма приняла помощь. Увесистый пакет и правда был забит несколькими бутылками пива и разными снеками.

– Поранился на задании? – указала она на его правую ладонь.

Он коротко кивнул, не желая вдаваться в подробности.

Поднявшись на второй этаж, Азамат осмотрелся: небольшая студия на тридцать квадратных метров вмещала большой диван, телевизор и стол; в углу была оборудована небольшая кухня с электрической конфоркой и раковиной; зеленые шторы и ковер придавали квартире уюта.

За полгода их знакомства он еще ни разу не был у Ирмы дома.

– Прости за беспорядок, я не ожидала гостей. – Она торопливо схватила с дивана ворох одежды и затолкала его в шкаф и, подбежав к столешнице, столкнула грязную посуду в раковину.

– Ты наговариваешь на себя. – Азамат взволнованно посмотрел в ее спину. Он никогда не был в гостях у девушки, если, конечно, не считать Нину.

– Ты можешь садиться на диван. Знаешь, я хотела посмотреть какой-нибудь фильм по телевизору… Тебе нужен стакан?

Только сейчас, когда Ирма сняла свою куртку, Азамат понял, что она была без лифчика – ее твердые соски бусинами проступали сквозь тонкую ткань футболки. Он разом залился краской и отвел взгляд. С этого момента приходилось прилагать усилия, чтобы не смотреть на ее грудь. Воображение предательски все дорисовало.

– Я буду пить из горла, – замотал он головой и закашлялся.

– Как хорошо. А то у меня нет чистой чашки, – засмеялась она так искренне, что все его переживания отошли на второй план.

Он сел на диван и открыл две бутылки – для себя и для нее.

Мягкий диван приютил их тела.

– Знаешь, сегодня на работе был такой тяжелый день. Все что-то хотели от меня. Хорошо, что завтра выходной. А у вас бывают выходные?

Он замотал головой:

– Как таковых нет. В любой момент могут вызвать на задание.

– Даже сейчас? – изумилась она.

Азамат принял важный вид и кивнул.

– Тяжелая у вас работа.

– Тяжелая, но сейчас самая важная. – Он сделал глоток горьковатого напитка.

Ирма включила телевизор.

– Есть предпочтения: комедия, ужасы, боевик?

Горло от волнения перехватило. Он лишь покачал головой.

Она включила какую-то мелодраму и, буквально просмотрев первые пять минут, придвинулась к нему всем телом. От ее аромата закружилась голова. Азамат так и застыл, не зная, что делать.

Неужели она хотела, чтобы он ее поцеловал?

Но у него почти не было опыта общения с девушками. Он в панике замер. Ирма же закатила глаза и, покачав головой, наклонилась; ее губы замерли рядом с его, позволяя ему самому сократить оставшееся расстояние, и прошептали:

– Так ты поцелуешь меня или нет?

Азамат торопливо подался вперед, их губы соприкоснулись, и все внутри взорвалось фейерверком. Ее податливые губы были нежными и горькими. Он прильнул к ним, словно она была его единственным спасением. Руки Ирмы прикоснулись к его груди. Он выдохнул ей в губы, чувствуя, как тонкие пальцы начали расстегивать пуговицы его кителя.

– Что… – Но его слова потерялись в ее губах.

Ее ладони забрались под рубашку, и она улыбнулась. Мозг Азамата затуманило гормонами и возбуждением. Что его волновало всего час назад? Неважно. Желание затмило все.

Неумело он потянул ее футболку и задохнулся, увидев вживую женскую грудь. Ладони припали к мягким, упругим буграм. Он не верил своему счастью и готов был расплакаться.

Ирма слегка отстранилась и, выпрямившись, подцепила резинку своих спортивных брюк и стянула их вместе с трусиками.

Помутненный страстью взгляд Азамата впился в женскую фигуру. Руки потянулись к округлой попке, и он сжал ее. Ирма опрокинула его на диван и, возвышаясь над ним, хищно ухмыльнулась. В ее глазах замерцали алые искры, но Азамату, находящемуся на грани экстаза, было все равно.

Ее руки поползли вниз, расстегивая ремень и его ширинку. Стон наслаждения вырвался из его груди:

– О Боже.

– Здесь нет Бога, – прошептала Ирма ему на ухо и, сжав ладонью его плоть, накрыла поцелуем стон наслаждения. – Ты сделаешь все, что я пожелаю?

– Да, – прошептал он ей в губы.

– Поклянись, что станешь навеки моим, и только моим, – произнесла она томно и сжала сильнее.

Азамат задохнулся и не ответил, ведь в голове смешались все языки и слова. Ирма села, впуская его вовнутрь себя. Она двинула бедрами, и Азамат застонал, сжимая ее ягодицы руками.

– Поклянись, что отныне ты весь без остатка будешь принадлежать мне, – наклонилась она к его уху. Ее упругие соски терлись об его грудь, а волны наслаждения с трудом давали расслышать ее слова – он не ответил.

Ирма обхватила его лицо руками, заставляя посмотреть на себя, остановилась и повторила свой вопрос.

Азамат, весь мокрый от пота, пойманный в ловушку ее глаз, желая лишь одного – продолжения, хрипло произнес:

– Клянусь, я весь твой.

Губы Ирмы искривились в довольной ухмылке.

– Поклянись, что сделаешь все, что я пожелаю. – Бедра требовательно двинулись.

– Клянусь, – промычал он.

Тело Ирмы задвигалось еще сильнее.