Анастасия Король – Путь к искуплению (страница 27)

Ярость запылала, сжигая все здравые мысли, кроме одной: «Может, она не знает? Может, она и не догадывается, что именно Самуил убил папу и маму?!»

– Это он убил родителей! Это твой демон разрушил то здание! – Казалось, крик выплеснулся из него вместе со всей ненавистью, что в нем была.

Нина вздрогнула. В глазах отразилось понимание. Она обернулась, посмотрев на Самуила.

Вот оно! Она просто не знала, что именно Самуил обрушил тот дом. Сейчас она встанет на сторону Азамата. Но она лишь ошарашенно посмотрела на демона, поджала губы, но не опустила руки, продолжая защищать эту тварь!

Замотав головой, она произнесла:

– Мне жаль… – Взгляд был полон печали.

Руки Азамата задрожали так сильно, что дуло начало ходить ходуном.

Как? Как она могла защищать его? Как она могла находиться рядом с ним?

В душе что-то оборвалось и полетело вниз. В ногах почувствовалась слабость. Когда он говорил ей в лицо обидные и жестокие слова, на самом деле он лишь кричал от обиды, что она его бросила, что за последний год она ни разу не связалась с ним! Он злился на нее потому, что это было легко. Ему хотелось закричать: «Я не прав! Я все это сказал лишь потому, что злюсь на весь мир! Не слушай меня. Ты моя старшая сестра. Помоги мне, пожалей меня, выслушай так, как ты делала это сотни раз». У него не осталось никого ближе в этом мире, чем она.

Но он не ожидал, что она даже после того, как услышит, что именно Самуил стал причиной смертей родителей, продолжит защищать демона.

Это стало точкой невозврата. Сердце треснуло.

В сознание ворвались крики, и Азамат осознал, что стоит в огромном кольце людей. Часть из них снимала их на телефоны.

– Уходи! – крикнула Нина то ли Азамату, то ли своему демону.

Демон не сводил с него своих потемневших глаз. Во взгляде читалась издевка. Он был готов в любой момент сорваться с места. Азамат понял, что, как бы он ни был зол, он не выстоит против высшего демона, и от этого хотелось кричать. Так громко, пока связки не лопнут.

Челюсть скрипнула. Он медленно опустил пистолет и вложил его в кобуру. Только сейчас он понял, что натворил: устроил стрельбу на главной площади Святой земли. Еще и в форме гвардейца.

Он труп.

Точнее, его ждал трибунал.

И все из-за этого демона!

Азамат опустил лицо и, развернувшись, поспешил с площади. Толпа расступилась перед ним, и он скрылся из поля зрения. Нина хотела побежать за ним, но, сделав несколько шагов, остановилась. Из врат Эль-Гаара выскочили стражники.

– Уходим, – развернулась она и протолкнулась через толпу.

Самуил не отставал. Убежав с площади, она свернула в проулок и позволила себе замедлить шаг. Ее потряхивало. Обняв себя, она пыталась унять дрожь и какое-то время по инерции еще шла вперед.

Самуил тенью следовал за ней – она ощущала это всем своим нутром.

Ее шаг.

Его шаг.

Шаг. Шаг…

Сил не осталось.

Она остановилась и, привалившись плечом к камню одного из древних зданий, выдохнула. Пар изо рта на мгновение затмил взор.

Прохожие шли по своим делам, не обращая на них внимания.

Тень Самуила накрыла ее.

Взгляд Нины вцепился в брусчатку. Слова Азамата еще звенели в голове: «Это он убил родителей! Это твой демон разрушил то здание!»

Через плечо она кинула взгляд на Самуила. Вопрос встал в горле. Она ведь никогда не задавала его даже себе. Хотела ли она услышать ответ?

Нет.

– Вы хотите знать, прав ли он? – Голос Самуила был тих, но каждое слово причиняло боль.

Нина остервенело замотала головой, обернулась и задохнулась от взгляда Самуила: глаза демона сказали все за него.

Его губы разомкнулись, но ладонь Нины прикрыла их, не дав сказать ни слова. Он замер. Пылающие глаза чуть расширились: она никогда прежде не позволяла себе дотрагиваться до его лица.

– Не говори. – Голос Нины надломился и затих.

Толпы людей проходили мимо, огибая их, а они так и стояли, смотря друг на друга. Уголки губ Самуила чуть шевельнулись – Нина почувствовала это ладонью, – и взгляд смягчился. Дотронувшись тыльной стороны ее ладони, он провел по ней подушечками пальцев и обхватил запястье. Алая лента, намотанная на его руке, покачнулась.

Он медленно отнял от лица ее ладонь.

– Он прав, – произнес Самуил, и внутри все покрылось коркой льда.

Дыхание сперло. Нина отдернула руку и, замотав головой, спрятала лицо в ладонях.

Она всегда это знала. Перед глазами появилось воспоминание, которое она гнала от себя: бордовая фигура пронзила небо и врезалась в здание, которое осело подобно игрушечному кукольному дому, вздымая клубы пыли.

– Зачем ты это сказал? – приглушенный голос вибрировал от горечи.

– Потому что я не хочу вам лгать.

Нина отняла руки от лица. Самуил смотрел на нее полными печали глазами.

Ей так хотелось возненавидеть его. Ведь это так просто: чувствовать отвращение к демону, но… разве она могла?

Самуил стоял рядом и молчал, и это молчание было неуютным, полным неозвученных слов. Подобно морским обитателям, человеческие толпы проплывали мимо, а они словно попали в водоворот собственных чувств и вины, которые удерживали их на месте.

– Я приму любое ваше решение. – Спокойный голос прорвал молчание. – Если вы хотите, чтобы я ушел, уйду. Но позвольте остаться вашей тенью и защищать вас.

Нина подняла на него сухие глаза и поморщилась. Он хотел дотронуться до ее предплечья, но не решился.

– Я не знаю, Самуил… – произнесла она едва слышно. Слова кончились, оставив ее опустошенной.

Тут Самуил сделал шаг и обнял ее. Его крепкие руки прижали ее к себе, ладонь скользнула по волосам.

Нина так и застыла.

Могильная прохлада, исходившая от него, окружила.

– Азамат не прав, обвиняя вас во всех бедах. – Его слова, прозвучавшие над ухом, проникли в разум и спустились в самое сердце. Его ладонь вновь провела по ее волосам, утешая, поддерживая, стремясь забрать всю ее боль. – Вы ни в чем не виноваты.

Она все стояла не шелохнувшись. Сердце, казалось, полетело на американских горках вверх и сорвалось вниз. Взволнованно, испуганно она закусила губу. Что с ней?

Близость Самуила всколыхнула в ней чувства. Он был слишком заботлив.

Нина, смутившись, уперлась руками ему в грудь и, отступив на шаг, отвернулась. Не поднимая головы, она ступила в поток людей, который сразу подхватил ее и понес вперед.

Самуил последовал за ней. Если Нина с трудом разрывала толпу, то он каким-то невероятным образом шел за ней вслед – люди сами расступались перед ним.

Она обернулась.

Что ее испугало?

Внимательные черные глаза Самуила поймали ее в ловушку. Он, нахмурившись, остановился.

– Не иди за мной, – прошептала она, и он, конечно же, услышал.

Почему ее сердце стучало как бешеное? Чего она испугалась? Он – лишь демон. Прекрасный монстр.

Толпа подхватила ее и понесла дальше, разъединяя их, а она все оборачивалась – Самуил стоял на месте.

Спустя несколько минут толпа поредела, и Нина смогла нырнуть в очередной темный проулок, в котором никого не было.

Она никогда не была скромницей. Работая со смертью и зная, что ее век недолог, она не робела: если ненавидела, то говорила об этом, если любила, то не мялась и строила из себя невинность. На это у нее просто не было времени. Но сейчас…