Анастасия Король – Путь к искуплению (страница 24)

– Поговорим чуть позже. У тебя, наверное, сегодня еще много дел с подготовкой к свадьбе. Спасибо, что задержалась в Стамбуле.

Мария кивнула, а Михаил ускорил шаг – секретарь, заметив его спешку, изумленно привстала – и резко распахнул дверь в кабинет.

Демонический меч молниеносно выскочил из ножен и, пролетев через кабинет, в мгновение ока остановился у его горла. Он так и застыл в проеме. Глаза испуганно сфокусировались на лезвии, застывшем в миллиметре от его шеи. Фифа юркнула между его ног в коридор.

Нина сидела, сжавшись на полу. Она медленно раскачивалась из стороны в сторону. Тени, подобные черному дыму, расползались от нее, заполняя кабинет.

– Что-то случилось, главэкзорц? – подала голос секретарь. Открытая дверь не давала ей увидеть, что происходит.

Михаил сделал шаг назад – меч шевельнулся и отлетел обратно к Нине, застыв возле нее. Михаил кинул взгляд на привставшую секретаршу и бросил:

– Никого не пускайте! – И, зайдя в кабинет, захлопнул за собой дверь, оказавшись словно в другом мире.

Руки тьмы потянулись к нему. Холод обжег кожу и обхватил лодыжки.

Сила берегини была настолько мощной, что внутри все сжалось и задрожало. Если берегини были светом во плоти, то их сила была подобно самой черной тьме. Но она не атаковала Михаила, спокойная и смертельная, она расползалась от Нины во все стороны, а та стояла на коленях, сжав голову руками, и что-то шептала.

Михаил словно через толщу киселя с большим трудом сделал три шага и припал на колено рядом.

– Я не виновата… Я не виновата… Нет. Нет! Уйди из моей головы… Я не ты. Я не ты! – услышал он и хотел схватить ее за плечо, но острие меча вновь опасно приблизилось.

– Нина! Приди в себя! Нина! – закричал он, не решившись прикасаться к ней: остаться без руки не хотелось.

Она вздрогнула и подняла глаза. Кровавые дорожки из носа располосовали лицо и собрались каплями на подбородке. Зрачки нащупали его лицо.

– Приди в себя, – потребовал он.

Нина моргнула. Она прикусила дрожащую нижнюю губу и, наконец прозрев, оглядела кабинет.

– Послушай меня, ты можешь контролировать свой дар, ты сильнее его! Сосредоточься!

В ушах зазвенело от давления энергии; грудь тяжело вздымалась; воздуха в комнате почти не осталось. Если бы сила берегини хотела его убить, то у Михаила не было шансов. Было ясно одно – Нина совершенно не контролировала ее.

Дыхание сперло.

Она опустила голову, зажмурилась и застонала от напряжения.

Черная дымчатая сущность, заполнившая комнату, подобно корням, оплетающим все и вся, стала стягиваться к Нине и впитываться в нее.

Мгновение – и тени пропали. Меч упал на ковер.

Михаил без сил сел на пол, руки опустились. Напряжение отступало, и голова стала тяжелой; пульсирующая боль разлилась от висков к затылку.

– Прости, – промычала она.

Тяжело дыша, он прищурился и посмотрел на нее. Меч мирно лежал у ее ног.

В голове билось: симбиоз демонического меча и берегини давал такую мощь, которая точно могла соперничать с силами Владыки Ада, но Нина совершенно не контролировала ее. Она была опасна не только для себя, но и для окружающих.

Что было бы, если бы он не пришел вовремя?

Грудь вздымалась, словно от быстрого бега, а сил не осталось.

Он поторопился с выводами.

Нельзя давать Нине демонический меч. Вероятно, экзорцисты прошлого знали больше, чем думал Михаил, и на этот запрет были причины. Отдышавшись, не без труда он встал и, подхватив меч, вернул его в ножны.

Нина так и продолжала сидеть на ковре. Белки глаз были испещрены паутиной сосудов, а взгляд, остановившийся на нем, был полон страдания и растерянности.

– Что произошло? Что сделал Азамат? – Злость на мальчишку захлестнула Михаила.

– Он не виноват. Оставь. Это все я… – Боль в ее голосе отражала всю тяжесть ее одиночества. Она бормотала все тише и тише: – Он… злится на меня, но он имеет право на меня злиться… Он прав… во всем прав…

Губы сомкнулись. Тусклые слова затихли.

Михаил нахмурился. Он мог только предположить, какой груз она несла на своих плечах. Канцлер Константин оставил им наследство в виде открытых врат Ада. Именно он был виноват во всех их бедах, не Нина.

– Не стоит слушать его. Ты виновата в произошедшем не больше, чем я. Вставай.

Нина высморкалась, умылась и сделала несколько глотков проточной воды из крана. Подняв голову, она вгляделась в собственное болезненно-бледное отражение: в белках глаз полопались сосуды, искусанные губы были красны; она подняла дрожащую руку и убрала с лица мокрые черные пряди. Протерев лицо полотенцем, она вышла из санузла и столкнулась с тревожным взглядом Михаила:

– Похоже, я поторопился, предложив тебе взять демонический меч.

– Я понимаю, – кивнула она.

– Подойди. Я хочу тебе кое-что показать. – Михаил указал на окно.

Она тоскливо кинула взгляд на дверь, но все же приблизилась. По тропинке у тренировочного поля бегала маленькая девочка. Она стянула с головы шапку и, заразительно смеясь, убегала от монахинь.

Нина перестала дышать и прильнула к окну, впитывая ее образ.

– Это Дара?

Михаил кивнул.

Она была удивительно похожа на Аню. Словно ее маленькая копия. Грудь сдавило.

Нижняя губа задрожала, Нина закусила ее. «Аня! Твоя дочь растет красавицей».

– Спасибо, – справившись с эмоциями, тихо произнесла она.

Михаил кивнул:

– Она тут всех покорила. Не переживай, в Эль-Гааре безопасно. Сама знаешь, что даже высшие демоны не могут попасть за пределы оборонительной стены.

Она кивнула и отвернулась от окна.

Имела ли она право смотреть на нее? Азамат был прав: именно из-за нее Дара осталась сиротой.

– Спасибо. Я, наверное, пойду.

Она хотела выйти, но в последний момент Михаил схватил ее за руку.

– Нина, – голос его стал хриплым, – оставайся в Эль-Гааре. У нас достаточно людей, чтобы отправлять их в точки… Прикажи своему демону подчиняться одному из гвардейцев, а сама будь здесь. В безопасности.

Нина опустила глаза на их сцепленные руки и резко выдернула свою из его ладони:

– Знаешь, я с радостью бы пожила здесь, ничего не делая, но… не могу.

Его хмурый взгляд стал еще темнее.

– Без меча ты не сильнее обычного гвардейца, а с мечом не можешь контролировать свою мощь. Что будет, если Владыка Ада решит напасть? Или поглотит твою силу? Ты об этом думала?

– У меня есть Самуил. Он защитит меня.

Михаил засмеялся:

– В самом деле? Ты так надеешься на своего демона, но он демон! При удобном случае он без раздумий предаст тебя.

Михаил многого не знал, и Нина не собиралась рассказывать ему об их отношениях.

– Я уверена в нем больше, чем в ком-либо.

– Не пойми меня неправильно, я просто переживаю за тебя.

– Не стоит, – поставила она точку в разговоре и, развернувшись, толкнула дверь и вышла из кабинета.

Внутри все кипело. Михаил хотел заполучить Самуила в свое распоряжение, не более. Самуил – вот главное орудие Святой земли сейчас. Не берегиня, не демонический меч, а демон, который был готов сражаться во славу Святой земли. Это раздражало.