Анастасия Король – Путь к искуплению (страница 15)

Игорь, ухмыльнувшись, наклонил голову вбок и покачал головой:

– Когда ты пришла ко мне, я разыграл сценку: «Спаси меня!» За твою голову Владыка Ада готова озолотить, а за голову десницы Самуила она даст титул Высшего демона.

– Ты человек! Очнись! Зачем тебе эти титулы?

Нина понимала, что с одержимым бесполезно говорить, но тянула время.

– Человек? Ты что-то путаешь. Разве человек может так? – Он ухмыльнулся и чуть отодвинул от ее лица ладонь с указательным пальцем-лезвием; прямо на ее глазах каждый палец превратился в узкий кинжал.

– Правда великолепно? – оскалился он, покачивая пальцами.

Зепар подошел к Игорю с Ниной и склонил голову набок, рассматривая ее.

– Берегиня…

– Презренный демон не смеет притрагиваться к ней. – Голос Самуила не предвещал ничего хорошего.

Зепар обернулся:

– Знаешь, я не дурак. Я знаю, что не смогу одолеть тебя. Все же у нас тут бывший десница Владыки Ада.

– Даже не попробуешь? – Самуил, резко подняв руку с появившимся пистолетом, нажал на спусковой крючок.

Бах!

Пуля пронзила пространство и просвистела в миллиметре от лица Нины.

И все потемнело.

Один лишь меч Самуила освещал пространство дрожащим огнем. Нина упала рядом с пленным гвардейцем, прикрывая его своим телом. Переломанного, полуживого Григория трясло мелкой дрожью. Она нащупала его руку и взмолилась:

– Господь всемогущий, всемилостивый. Спаси и сохрани раба Твоего Григория. Всесильным могуществом Твоим оставь его под кровом Твоим и подари ему исцеление. Используй мое тело, чтобы вернуть ему здоровье…

Уж кто-кто, но гвардейцы Святой земли, каждый день рискующие своей жизнью ради людей, точно достойны исцеления. Сила влилась в тщедушное тело. Руки и ноги, изогнутые под немыслимыми углами, вывернулись и срослись. На оголенных костях начали нарастать мышцы, сосуды, кожа. Грудь дернулась – позвонки выровнялись; вытекший глаз вновь налился жидкостью и распахнулся.

Нина зажмурилась, чувствуя головокружение.

По спине захлестала энергия. Послышались крики. Тут чьи-то руки подхватили ее и перекинули через плечо.

Мгновение, и свет резанул по глазам – они оказались на первом этаже. Крики усилились – здесь явно что-то происходило. Самуил нес Нину на одном плече, словно мешок с сахаром, а гвардейца – на другом.

– Где Игорь? – прохрипела она, чувствуя, как кровь прилила к голове.

Самуил расслабил руку, и она сползла по его телу. Почувствовав твердую землю под ногами, она выпрямилась и осмотрелась: одержимые нападали на в панике разбегающихся гостей.

Десятки мертвых людей, похожих на кукол, лежали на полу, еще живые пытались вылезти из разбитых окон, из которых сквозило холодом.

Тут одержимые резко остановились и повернули головы. Десятки горящих краснотой пар глаз уставились на них.

– Все это время часть гостей была одержима? Что будем делать? – оглянулась Нина.

Самуил опустил с плеча и гвардейца:

– Я точно не могу их просто убить?

– Не можешь, – мотнула она головой. – Надо попробовать их обезвредить.

Она подняла юбку и, достав из-под крепления на бедре два баллончика с краской, произнесла негромко:

– Отвлеки их, пока я буду рисовать пентаграмму.

И тут все одержимые разом сорвались с места. Самуил поддел носком гвардейца без сознания и отпихнул его в сторону. Нина ударила сковывающей мантрой по нескольким одержимым и выбежала в центр зала.

Послышался звон стекла – осколки брызнули под ноги. Тут один из одержимых закричал, упав прямо в букет купины, и отскочил от нее. Его лицо разом покраснело. Он продолжал извиваться и кричать.

Нина наспех нарисовала большую пентаграмму. Пока она расчерчивала мантры изгнания, Самуил несколько раз оказывался за ее спиной, останавливая одержимых. Он выхватывал со столов скатерти, с окон – портьеры и заматывал их, как психбольных в смирительные рубашки.

Первый.

Второй.

Третий…

Нина вновь ударила сковывающими мантрами по нескольким одержимым и вернулась к надписям внутреннего круга. Наконец, закончив, она приказала Самуилу кинуть нескольких одержимых в центр. Он подхватил троих, которые вот-вот должны были разорвать скатерти.

Она боковым зрением увидела, как небо вспыхнуло, и подобно ракете в окно влетел Зепар и врезался в Самуила. Осколки разлетелись во все стороны. Нина закричала, пригибаясь.

Одержимые гусеницами начали расползаться. Один разорвал скатерть и, вскочив на ноги, убежал.

Подняв голову, Нина заметила, как Самуил схватил Зепара за плечо и швырнул его в стену. Не связанные одержимые бросились врассыпную.

Зепар растворился в воздухе и появился в другом конце зала. Фигура Самуила вмиг пошла рябью и исчезла. Что-то алое вспыхнуло у ноги Зепара. Тот вскрикнул, упал, словно подкошенный, и испуганно начал отползать. Появившийся возле него Самуил схватил его за горло и вздернул вверх.

– Ты был хорошим слугой мне, но кто-то забыл, что я не просто так получил звание десницы Владыки Тьмы.

– Пощади…

Но Самуил не стал дослушивать. В руке разгорелся меч – пальцы разжались на его шее, – и в тот же миг он безжалостно разрубил им Зепара. Черная фигура распалась на тысячи жуков, которые потеряли форму и растворились дымкой.

Самуил появился прямо перед одержимым Игорем у лестницы, приставил к его горлу горящий огнем меч. С нечеловеческой скоростью тот рванул к окну, но Самуил схватил его за шкирку и поволок к пентаграмме.

Нина торопливо зашептала мантру. Пентаграмма вспыхнула черным огнем. Самуил взмахом руки закинул одержимого Игоря в ее центр.

Когда его тело обмякло, Самуил приволок других. Следующие полчаса, подобно святому конвейеру, они изгоняли из людей демонов.

– Все? – устало спросила Нина, заметив, что Самуил вернулся с пустыми руками.

– Несколько скрылись.

– Ну и ладно, – выдохнула она и села прямо на пол. – Черт! После такого мне надо выпить.

– Что произошло? – очнулся очередной бывший одержимый. Если Нине не отказала память, это был внук Леонида Николаевича. Старик будет счастлив.

Она лишь устало махнула рукой в сторону таких же.

– Никуда не уходите, скоро прибудет следственная группа Святой земли, – выдавила она в очередной раз.

Самуил подошел к ней вплотную и протянул руку.

– Сегодня вы установили настоящий рекорд по одержимым.

От усталости его слова проникали в мозг, словно через сито. Она лишь угукнула и вложила свою руку в его. Он рывком поднял ее и придержал. Взгляд упал на очнувшегося гвардейца: он изумленно смотрел на свои пальцы и ощупывал себя. Собаки, из которых она тоже изгнала демонов, бродили меж людьми. Опустошенные мертвые продолжали лежать на полу – им уже было не помочь.

– Не видел Воронова?

– Нет.

– Ты давно не подкреплялся, а он самая лучшая кандидатура, – это был не намек, а приказ. Самуил кивнул и направился к выходу, где в темноте его фигура растворилась.

Он вернулся как раз в тот момент, когда хаос голосов усилился воем сирен за окном. Яркие проблесковые маячки били по глазам. Следственная группа Святой земли ввалилась в особняк.

Голова Нины заныла.

Очнувшийся Игорь, как и многие бывшие одержимые, растерянно стоял у стены. Он закрыл лицо рукой и покачал головой.

Полностью ли демон захватил его тело или крохи сознания оставались в нем и он помнит, что творил? В тот момент, когда он говорил о том, что берегини такие же люди, как и все, – это говорил он или демон внутри него?

Он встретился взглядом с Ниной, вздрогнул и сделал несколько шагов в ее сторону, но передумал, заметив ее хмурое лицо. Она приложила палец к губам и покачала головой: он должен молчать о том, кто она на самом деле. Потерев шею, он кивнул и произнес одними губами: «Спасибо». Игорь не был плохим человеком, и душа Нины почувствовала к нему сочувствие. Хоть он ее и сдал, но никто не мог предположить, к чему это приведет. Разве она сама не совершала ошибок? И в этот момент она простила его. Прощение, как и искупление, дарило покой душе, и она улыбнулась в ответ.