Анастасия Княжева – Эфириус. Восхождение (страница 3)

Кристина усмехнулась, покачала головой. Длинные рыжие кудри заколыхались, как камыши на ветру, в уголках серых глаз пролегли морщинки-лучики.

– Ну-ну… Вы тоже хороши. Но подробностей я знать не желаю.

Йелло с Майей и Тимом весело переглянулись. Наверняка вспомнили, как тайком вломились в мою сферу и доделали за меня прототип, а потом, якобы случайно, подсунули его Кристине. А она не побоялась рискнуть своим положением и добилась того, чтобы проект засчитали. Благодаря чему мне больше не пришлось отрабатывать колоссальный долг перед Эдемом.

– Рада, что ты снова с нами, Кара, – обратилась Кристина ко мне, и я, встав со своего места, обняла её и искренне прошептала:

– Спасибо.

На этом с нежностями было покончено, и куратор приступила к текущим делам:

– Итак, дорогие мои, на повестке дня у нас устройства, облегчающие повседневный труд. У кого какие предложения?

От её слов мне стало не по себе. Вспомнилась надпись над пропускным пунктом у рудников: «Труд освобождает», а вместе с ней тяжёлые работы по добыче руды. Без помощи техники. Как в начале девятнадцатого века. Ненавистная кирка, прилюдные порки, голод, уколы, лишавшие голоса, попытка изнасилования в тёмном подземном тоннеле, и Томми, который меня спас.

Горло свело спазмом, а моя правая рука сама по себе потянулась к левому плечу, оглаживая кожу в том месте, где до сих пор расползался уродливый красный шрам от плети. У меня забрали красоту, у него – жизнь.

– Я хочу создать экскаватор, который бы функционировал в аномальных зонах, – произнесла неожиданно для самой себя.

Ребята, которые до этого что-то оживлённо обсуждали, резко умолкли и непонимающе уставились на меня. Мари изумлённо вскинула брови. Кристина застучала пальцами по столешнице.

– Э-э… что за аномальные зоны? – мгновенно среагировал любопытный Макс.

– Типа паранормальные? – со смешком уточнил Тим. – С привидениями и прочей потусторонней нечистью?

– Нет, – жёстко оборвала их Кристина. – Аномальные зоны – это места, где любая техника выходит из строя. Насколько мне известно, с каждым годом их становится всё больше, из-за чего предприятия закрываются, рабочие места сокращаются… В ФФЗ с этим большая проблема.

– Правда? – удивилась Майя. – А я и не слышала про такое… – Судя по выражению лиц остальных ребят, они тоже были не в курсе. – Кристина, а почему появляются эти зоны?

Куратор тяжело выдохнула.

– Никто этого не знает. Одни говорят, что это из-за паров эфириуса, которым пропитался воздух Эдема, другие – что это кара богов. Карина, ты уверена, что тебе под силу создать такое устройство? До тебя многие пытались, но безуспешно. А в твоём случае риск слишком велик…

Я нахмурилась, обдумывая ответ. Потом кивнула. Куратор прищурилась.

– Почему?

Я оперлась локтями о столешницу. Наклонилась немного вперёд и, глядя на неё в упор, хрипло произнесла:

– Потому, что я очень сильно этого хочу.

С минуту Кристина буравила меня острым взглядом, а потом покачала головой и устало выдохнула:

– Ты изменилась, Кара. Проект за тобой. Я постараюсь выбить тебе максимальные сроки, но гарантировать ничего не могу. Внимательно читай договор, прежде чем его подписать.

– Спасибо, – вежливо улыбнулась я и откинулась на мягкую спинку кресла.

После планёрки Кристина попросила меня задержаться.

– Что произошло с тобой на тех работах, Кара? – встревоженно спросила она.

– Не стоит вам этого знать, Кристина.

Куратор прищурилась.

– Хорошо. Тогда остальным тоже не говори.

Я кивнула:

– Конечно.

Глава 2 Мотор! Камера! Снято!

После разговора с Кристиной я покинула комнату для собраний и устало привалилась боком к стене. Ну вот, жребий брошен. Я выбрала невероятно сложный проект, который в случае успеха сулил не только невообразимые радости, но и три месяца жизни.

Свободу.

Но если мне не удастся создать заявленное, причём в срок, то будет нечем выплачивать бешеный штраф за просрочку. Впрочем, как и налог в казну ФФЗ. И тогда меня снова отправят вкалывать на рудники, а там и… Но об этом я решила пока не думать.

Тряхнула головой, отгоняя тревожные мысли, и направилась к стыковочной площадке, чтобы вызвать свою сферу.

Мой рабочий кабинет… Место, в котором любая фантазия оживала. Место, где можно было с помощью слов материализовать города, целые страны и даже космические просторы. Он снова превратился в холодную бездушную белоснежную капсулу, парившую в недрах храма творцов.

Когда-то давно, в прошлой счастливой и беззаботной жизни, я создала в нём прекрасную мандариновую рощу с бескрайними лавандовыми полями, в которых любил шнырять мой Курсивчик – маленький лиловый драконёнок. Фантазийной создание, не живое, но от этого для меня не менее реальное.

Сейчас его не было. Ничего больше не было. Я сделала откат к заводским настройкам. Ничто не должно было отвлекать меня от работы.

Я села за белоснежный сенсорный стол, включила компьютер, запустила программу «Творец» и приступила к делу. Мне виделся огромный ковш экскаватора, гусеницы вместо колёс… И больше ничего. Я понятия не имела, как устроены изнутри машины, из-за чего не могла что-то подобное материализовать.

Пока мои мысли крутились вокруг того, стоит ли сбежать пораньше из Пантеона, чтобы заглянуть в букинистический, тишину, царившую в сфере, неожиданно разорвал громкий компьютерный голос:

– Господин Карелтон просит разрешение войти.

Я вздрогнула и с удивлением покосилась на дверь. Маркус Карелтон занимался пиар-компанией зеркального пространства. Мы с ним не виделись около двух месяцев, хотя и распрощались довольные друг другом. Интересно, что ему понадобилось от меня?

– Господин Карелтон просит разрешение войти, – повторил вопрос компьютерный женский голос, и я твёрдо бросила в пустоту:

– Разрешаю.

Сфера пошла на стыковку, и пару минут спустя её двери открылись, впуская визитёра в красном пиджаке поверх чёрной рубашки с рюшами, в складках которых утопала сапфировая брошь. Когда мы виделись в прошлый раз, его волосы были выкрашены в зелёный, но сейчас их цвет был тёмно-коричневым, но у корней резко светлел и тускнел.

Присмотрелась. Это что… пудра?

– Кара, дорогая, рад снова вас видеть! А новый имидж… Идёт! – затараторил он со страшной скоростью, размахивая изящной тростью с изображением льва на рукоятке. – Эдакая женщина-вамп! Вся такая тоненькая-тоненькая, бледная, мрачная… Стильно!

Невольно поморщилась от этого комплимента, но ничего отвечать не стала.

– Но я всё равно должен вам попенять. Как можно было исчезнуть настолько из Либрума и никому ничего не сказать?! Ай-яй-яй… – Маркус погрозил мне шутливо пальцем, а я стояла и смотрела на него, потеряв дар речи. Неужели он ничего не знал про мой арест? – Нехорошо заставлять своих поклонников и верных друзей столько времени себя дожидаться! Высший свет Либрума стал без своей маленькой звёздочки гораздо тусклее!

Он усмехнулся, довольный таким каламбуром, а мне наконец удалось заговорить вновь:

– Я вас тоже рада видеть, Маркус. Не знала, что вы получили травму…– Мой взгляд упал на трость в его руке, и собеседник заливисто расхохотался.

– Ах, это… Вы всё неверно поняли, Кара. Трости сейчас снова вошли в моду! Я заказал себе уже семь. На каждый день недели! Разумеется, с разными рукоятками из золота и платины: попугай, лев, медведь, пантера, лебедь, медуза Горгона и – мой любимый – дракон!

С трудом подавила приступ брезгливости. Люди, вроде господина Карелтона, пускали деньги на ветер, в то время как за пределами столицы, в горах, жили семьи шахтёров, которые едва сводили концы с концами…

– Рада слышать, что здоровье вас не беспокоит, – уже холоднее сказала я. – Чем обязана?

– Чем обязана?! – то ли удивился, то ли возмутился гость. – Она ещё спрашивает! Ролики вашего зеркального пространства, Кара, зашли всем на ура. Триумф! Клянусь, с таким ажиотажем, продажи побьют все рекорды! Скоро вы приблизитесь к топу, моя дорогая! Так что на очереди ваш шатёр воспоминаний. Как говорится, куй железо, пока горячо.

– Насколько горячо? – уточнила я.

– Горячее некуда! Нужно лететь прямо сейчас на фотосессию!

– Прямо сейчас… А как же моя работа? Извините, Маркус, но мне нужно заниматься новым сложным проектом… Может, встретимся в другой раз?

– Из-за такой ерунды? Не говорите глупостей, моя милая! Я уже обо всём договорился с Фредериком.

– Серьёзно? – удивилась я. С чего вдруг Верховный архонт обеспокоился моей популярностью?

– Конечно! Наш обожаемый Фредерик в вопросах пиара своих дражайших писателей на редкость прозорлив! Он с большим пониманием отнёсся к моей просьбе.

Или попросту решил посмотреть, как я стану вести себя на людях? Не проболтаюсь ли про рудники и зверское отношение к находящимся там писателям, а может, про кое-что и похуже?.. У него ведь везде есть свои уши.

Значит, нужно быть осторожней, чтобы случайно себя не раскрыть.

– Раз всё улажено, Маркус, – я неискренне улыбнулась, – тогда летим.