Анастасия Князева – Я тебя сломаю (страница 51)
— Больно, — всхлипываю жалобно. Чувствую, что вот-вот разрыдаюсь и ненавижу себя за это. Ничего не понимаю. — Мне больно. Остановись.
Мирон снова меняется в лице. Отстраняется.
Шок сменяется удивлением. В кристально-чистых серых глазах вспыхивает нежность. Абсолютная и всепоглощающая.
— Тише, тише, моя маленькая. — Мирон нежно вытирает слезы с моего лица. — Сейчас станет легче. Все хорошо, — мягко целует мои глаза, собирая с них влагу. Потом губы. — Расслабься… Доверься мне.
От его голоса становится легче. С шумом втягиваю в себя воздух и прикрываю глаза. Заставляю себя дышать. Голос Мирона выполняет роль маяка. Направляет, ведет за собой.
И я иду.
Молча. Безоговорочно.
Мирон начинает медленно двигаться, осыпая меня поцелуями. Боль постепенно притупляется, внизу живота снова становится жарко.
Как опытный музыкант, Мирон виртуозно играет на струнах моего тела, выводя меня на новые вершины. Читает мысли и безропотно исполняет. Я постепенно расслабляюсь в его объятиях. Успокаиваюсь и даже умудряюсь подстроиться под общий ритм. Мирон бережно сжимает меня в руках и не выпускает, пока мы оба не доходим до пика.
Амплитуда нарастает, он снова врывается в меня на всю длину, вознося до неба. Проваливаюсь в невесомость, шепча его имя. Мирон не отстает. Громко выдыхает, дрожа всем телом, и без сил падает на меня, уткнувшись в шею. Целует пульсирующую жилку. Плавая в облаках, улавливаю его хриплый шепот:
— Ты моя... Теперь ты моя навсегда.
Улыбаюсь с закрытыми глазами. Счастливая и обессиленная.
Он прав. Как всегда прав…
Может, я и не до конца помню свое прошлое. Многие моменты так и остались для меня загадкой, но это уже и не важно.
Главное — сейчас.
Он.
Я — его…
Теперь по-настоящему.
Принадлежу ему целиком. И это окрыляет. Наполняет меня не только трепетом, но и необъяснимым чувством безопасности и умиротворения.
Вымотанные после общего безумия, лежим без движений. Я слушаю, как бьется его сердце. В унисон с моим. Его пальцы привычно проходятся по моим волосам, зарываясь и поворачиваю голову для поцелуя.
— Люблю тебя больше жизни, — голос звучит тихо, почти на грани слышимости.
Я снова улыбаюсь. Счастье рассыпается по телу невидимой пылью, исцеляя, словно затягивая раны прошлого, стирая сомнения, неуверенность. Страх. И поднимаюсь на локтях и нежно целую его в угол губ. Мое немое признание… Обет.
Мирон сгребает меня в объятия и несет в ванную. Мы вместе принимаем душ. Он гладит мою кожу, снова и снова набрасывается с поцелуями. Его страсть настолько сильная, что ощущается в каждом вдохе. Мирон сдерживает себя. Я вижу, как ему тяжело. Как сильно хочется еще, и от этого приятнее вдвойне.
— Завтра съездим к врачу, — Мирон укутывает меня в полотенце, крепко прижимая к своей груди. — Сегодня я был неосторожен. Проверим, все ли в порядке и заодно обсудим вопрос защиты.
Понимаю, о чем он говорит и вспыхиваю. Мы ведь даже не предохранялись… Все произошло так быстро, я и не думала…
— Эй, — цепляет меня за подбородок и смотрит в глаза, — всё будет хорошо. Я рядом.
Возвращаемся в постель, и он снова прижимает меня к себе. Утыкается губами в макушку. Так трепетно. Так остро. Так… хорошо.
— Спи, — велит шепотом, а я не смею сопротивляться.
Закрываю глаза и проваливаюсь в крепкий, спокойной сон. Лучший в моей жизни.
Глава 46
Все та же клиника, отделение гинекологии.
Демьян сворачивает на парковку у главного входа, я помогаю Арине выйти и веду на нужный этаж. Она доверчиво льнет ко мне. Улыбается, когда поглаживаю тыльную сторону ладони. И вообще каждый раз, когда наши взгляды встречаются.
Нас словно подменили. Обоих.
Одна ночь перевернула всю нашу жизнь. Соединила. Навсегда.
Подтверждение этому — кольцо на ее пальце. Символ нашей любви.
Пока едем в лифте, не могу удержаться и, рванув на себя, беспардонно впиваюсь в губы.
Целую так, что перед глазами взрываются искры. Разум утекает в неизвестном направлении.
— Ты даже не представляешь, что со мной творишь.
Ее глаза распахиваются до предела, брови взмываются вверх, а губы рефлекторно приоткрываются, заставляя мое сердце подорваться до горла.
— Но я ничего не делаю, — роняет тихо.
— Ты просто есть. Рядом. Здесь. Этого уже достаточно. Ты и вообразить не можешь, как тяжело тебя не трогать. Держать себя в руках. Контролировать.
— Не похоже, что ты пытаешься сдерживаться, — одаривает таким взглядом, что у меня кости плавятся.
Черные зрачки пылают и в бессовестных глазах я вижу отражение собственной страсти. Мой Олененок заигрывает со мной. Кусает припухшие от поцелуев губы. И нежным невинным жестом проводит ладонью по моей щеке.
Металлическая трель обрывает магию момента. Я нехотя отстраняюсь, устраиваю ладонь на тонкой талии и разворачиваю к выходу.
— Пойдем. Узнаем, что мы вчера натворили.
Администратор встречает нас в коридоре. Провожает до двери.
Соболева Алиса Олеговна.
Приятная женщина. Близкая подруга моей матери. Настоящий профессионал. Она вела беременность Аделины. Первой взяла на руки Наиля. Можно сказать, что член семьи. Надеюсь, однажды она примет роды и нашего с Ариной малыша…
— Алиса Олеговна, доброе утро, — мы заходим в кабинет. Здороваемся.
Я представляю ей свою Арину. Вкратце обрисовываю ситуацию, и она уводит ее на осмотр. Делает УЗИ, расспрашивает обо всем. Арина, краснея, отвечает. То и дело поворачивается ко мне, моля о поддержке.
Включаюсь, когда это возможно, давая своей девочке минутку на передых.
Мне и самому неловко. Впервые в жизни сижу на приеме у гинеколога. Не знаю, как себя вести. Но главное — не паниковать. Рано или поздно это должно было случиться.
— Все хорошо. Можете одеваться, — наконец, заканчивает она и идет на свое место.
Арина поправляет на себе платье и садится рядом со мной. Привычным жестом беру ее за руку, переплетая наши пальцы.
Ждем.
Алиса Олеговна делает какие-то пометки, еще раз рассматривает снимки УЗИ и смотрит на нас.
— Что ж, — начинает невозмутимо, — ничего критичного я не нашла. Самое главное — никаких разрывов.
Я облегченно выдыхаю и притягиваю к себе Арина. Она прячет лицо на моей груди. Обнимаю, целуя в пахнущую цветами макушку.
— А по поводу вчера, — перевожу взгляд на Соболеву. — Есть какие-то рекомендации?
— Пару дней полового покоя. И вот, — протягивает рецепт, — на случай, если пока не планируете беременеть.
— Спасибо, — заставляю себя улыбнуться.
Забираю рецепт и привычным движением убираю в карман. Приобнимаю невесту за плечи. К детям мы еще совершенно точно не готовы. Хотя, справедливости ради, я был бы не против. Мать им я уже нашел, а беременность помогла бы решить многие проблемы в будущем. Рано или поздно, но Арина вспомнит, как мы на самом деле познакомились. И тогда…