Анастасия Князева – Легенда о Тёмной Принцессе (страница 24)

— Не стоит. Идём за мной.

Он взял меня за руку и потащил в сторону прихожей. Я поняла, что он собирается забрать меня из дома.

— Оооо, но мне нельзя покидать дом.

— С каких пор ты подчиняешься правилам, Ами?

— Действительно, что это я. Дай куртку накинуть.

— Не стоит, идём, — он сильнее потащил меня на улицу, не давая даже обуться. Стоило нам ступить на гравиевую тропинку, как на моих ногах появились кеды, а на плечи накинулась лёгкая кофта. Только сейчас я поняла, как было тепло на улице.

Дмитрий шёл очень быстро, и с его широкими шагами, мне приходилось почти бежать вслед за ним. Мы быстро выскочили за ворота и тут я уж совсем не узнавала Дмитрия, который заговорщически сказал: "Бежим". И мы побежали. Мы бежали пару кварталов не останавливаясь, при этом я задыхалась от смеха и восторга. Мне влетит от Виктора, но как же здорово было от того, что я совершила побег, так ещё мне и помогли в этом.

В какой-то момент, мы быстро заскочили в автобус. Было странно видеть как Дмитрий расплачивался за проезд, словно обычный смертный. В этот момент мы ничем не отличались от других людей.

— Ну и куда мы?

— Увидишь. Надеюсь, тебе понравится это маленькое приключение.

Какое-то время мы ехали молча, но надолго меня не хватило:

— Ну так?

Он удивлённо взглянул на меня.

— Мы не договорили, тогда, в больнице. Ты так долго меня избегал, а теперь внезапно появился и втягиваешь в авантюру. При этом, ты сказал, что на меня охотятся. Почему? Кто эти люди? Зачем им я? Кто сообщил тебе о нападении на меня, в колледже? Почему ты не пришёл после задания с фейри?

— Как же много вопросов. Мне тебя жаль, они в тебе копятся и однажды ты лопнешь. Да, я сказал, что на тебя охотятся. И не ради того, чтобы добраться до Виктора. Но может быть, чтобы добраться до меня?

— До тебя?

— Может быть.

— Так да или нет?

— Кто знает…

— Дима!

Он рассмеялся.

— Я не могу тебе ничего рассказывать. Любое слово, действие, может привести к катастрофе. Я даже не знаю, как это объяснить тебе. Возможно я сказал тебе правду, а может быть, дал ложную наводку, чтобы отвести тебя от ненужных мыслей.

— То есть, ты ничего мне не расскажешь?

— Твой учитель по латыни, был моим агентом.

— Не может быть. Он работает там уже много лет, задолго до твоего появления…, — тут до меня начало доходить, — Неужели, ты следил за мной до того, как появился в команде?

— Каждый мой ответ, рождает цепочку новых вопросов. Замкнутый круг. Но, Ами, я пытаюсь быть с тобой предельно честным, и я хочу, чтобы ты это запомнила. И всегда помнила. Да, следил. Я беспокоился о тебе.

— Беспокоился? Но мы же не были тогда знакомы!

— Мы не были знакомы, потому что ты не знала меня, но я знал тебя.

Я испытала совершенно непривычный для меня шок. Какое-то время, даже мыслей в голове не было, только пустыня, посреди которой образовался вихрь. Что-то не сходится. Я пыталась поймать мысль с ответом, которая ускользала от меня.

— Хорошо, а почему ты избегал меня? Виктор запретил видеться?

— Нет, я боялся тревожить тебя, после такого стресса.

— Тревожить? Мне была нужна поддержка, помощь, а я чувствовала себя брошенной!

— Я тебя не понимаю. На нашем последнем занятии ты меня как огня боялась. А выходит, что всё же, тебе нужно моё внимание и поддержка?

Это был аккуратный, вкрадчивый вопрос, но как же тяжело ему давалось скрывать лукавую усмешку. Кажется он ликовал. Я скрестила руки на груди.

— Ну, у меня не так много союзников, знаешь ли.

— Ну да. Понимаю, — он по-прежнему пытался не улыбаться и напустил на себя вид, как будто бы верит мне, — А вот и наша остановка.

Мы вышли в той части города, которую я совершенно не знала. Пересекли большой частный сектор и вышли к скверу, где стояло множество старых четырёхэтажных домов. Эти дома не видели ремонта уже много лет и были закрыты, заброшены, в них просто нельзя было уже жить. Тем не менее, Дмитрий стремительно двинулся к ним. Мне не оставалось ничего другого, кроме как послушно следовать чуть погодя. Он вошёл в первый подъезд, аккуратно вскрыв дверь. Было видно, что он делал это не в первый раз.

Сразу же со входа шла лестница, сильно заваленная старыми досками. Дмитрий подал мне руку и помог подняться, после чего путь до верха был свободен. Но даже поднявшись на четвёртый этаж, наш путь не был окончен. Он открыл окно и начал вылезать через него, на небольшой козырёк.

— Серьёзно?

— Не бойся, если что, я тебя поймаю.

— От этих слов ещё страшнее.

Но всё же, я вылезла из окна вслед за ним. От туда, он помог мне перебраться на крышу. Высокие, густые деревья, свешивали сюда свои ветки, на которых уже начинала распускаться молодая листва. Я в очередной раз осознала, как было тепло на улице и с удовольствием вдохнула поглубже весеннего воздуха.

Двигаться по крыше нужно было осторожно, она не была плоской, как у новых зданий, а была угловой, переходя от одного дома, к другому.

— Готова? — глаза Дмитрия так и сияли озорством, впервые видела его таким.

— К чему?

Тут же он оттолкнулся от крыши, и вместе со старой черепицей, на довольно большой скорости поехал по крыше вниз. Когда та закончилась, он подскочил, перескакивая с этой же черепицей на соседнюю крышу. Он ловко приземлился на неё, а черепица слетела вниз, на асфальт и разбилась.

— Вандалы. Мы вандалы, — произнесла я, и совершенно не думая, побежала вслед за ним. Я пролетела на соседний дом и не останавливаясь, двинулась дальше. Мы развили довольно большую скорость, в ушах посвистывало от воздуха дующего в лицо. Я закрывала глаза, представляя, будто бы лечу. Внутри всё перехватывало от восторга. Порой нам приходилось останавливаться и быстро подниматься вверх по черепице. Она соскальзывала вниз, но Дмитрий всегда быстро подхватывал меня. Рядом с ним, я чувствовала себя маленькой пушинкой.

Мы пересекли около шести домов, пока Дмитрий не остановил меня.

— Нам сюда, — он указал на чердак дома, на котором мы стояли. Я тяжело дышала. Волосы Дмитрия взъерошились, падая ему на лицо. Невольно, я протянула руку к нему и откинула их назад. Я испытывала странные ощущения, с одной стороны, я тянулась к нему, с другой, я очень боялась касаться его.

Он вновь помог мне осторожно залезть в чердак, поскольку в какой-то момент я чуть было не слетела вниз по скользкой черепице. Мы зашли со света, в тёмный чердак, но я быстро привыкла к темноте, скорее всего из-за особенности своего зрения. Чердак был очень старым, но ухоженным, его явно подметали, убирали всю пыль, из каких-то коробок для бутылок было сделано подобие столика, на котором стояла свеча, в углу лежало покрывало.

— Здесь кто-то живёт? — удивилась я.

— Да, я. Добро пожаловать ко мне домой.

Я резко развернулась и уставилась на него, как баран на новые ворота.

— Я бы хотела спросить, шутишь ли ты, но по лицу вижу, что нет. Совсем недавно же был февраль месяц.

— Я не чувствую холода, если тебя это беспокоит. Да и что мне ещё нужно? Свет от свечи есть. Чем укрыться, тоже есть. Крыша над головой, защищающая от дождя и снега есть. Я не прихотлив.

— Дмитрий, ты можешь жить у меня, у нас полно места, это же просто не дело.

— Ами, это мой образ жизни.

— Это образ жизни отшельника.

— Именно. Мне приходится так жить. Нет, это вовсе не значит, что я хочу жить только так, и никак иначе, я не хочу пугать тебя. Просто на данный момент, мне достаточно и этого. В моей жизни есть другие проблемы и цели, которых я пытаюсь достигнуть.

Я вздрогнула. Представила Дмитрия, который в феврале лежал на этом чердаке, в углу, накрываясь старым покрывалом. Мне стало просто невыносимо тяжело.

— Это разбивает мне сердце, — выдавила из себя я.

— Я могу, всё это изменить, если хочешь. Я всё могу изменить. Ами, вся жизнь может быть иной, какой ты её прежде не видела.

— О чём ты?

— Ты видела жизнь жестокой, суровой, где всё решается силой. Я же попытался показать тебе, совсем чуть-чуть, но простую житейскую радость. Для которой не нужна магия. Жизнь может быть счастливой и без неё. Может быть и дом, и счастье, и семья. Не будет всех этих убийств, этой охоты. Будет покой, будет веселье.

— Обыденность?