Анастасия Каплий – Цена жизни: Возвращение долгов (страница 5)
«Времени на раздумья нет».
Взгляд выхватил нишу в стене – узкую, предназначенную для статуи или лампы. Она была пустой, слишком мелкой, чтобы спрятать человека. Но…
Алан шагнул в нишу, развернулся лицом к стене и замер, прижавшись так плотно, как мог. Его темный костюм сливался с тенью. Он перестал дышать.
Шаги приблизились. Двое инквизиторских стражей прошли мимо, их лампы выхватывали из мрака коридор. Один из них обернулся, его взгляд скользнул по нише, но не задержался. Тень была слишком глубокой, и никто не ждал, что узник уже на свободе.
Стражи скрылись за поворотом. Алан выдохнул, выходя из укрытия.
«Удача – девка капризная, но сегодня она, кажется, на моей стороне».
Он продолжил путь. Третий поворот. Четвертый. И вот она – лестница. Узкая, винтовая, уходящая вверх. Каменные ступени были влажными, покрытыми плесенью. Алан начал подниматься, придерживаясь стены, чтобы не поскользнуться.
Наверху раздались голоса. Он замер, прислушиваясь.
– …проверить западное крыло. Говорят, там крысы завелись.
– Крысы – это полдела. Я б лучше магов проверил. Один из радикалов сегодня чуть не рванул в камере. Еле успокоили.
– Тихо. Главный приказал не шуметь. Гостям наверху не нужно знать, что у нас тут творится.
Шаги удалились. Алан осторожно поднялся на следующий уровень. Здесь было светлее – лампы горели чаще, а воздух был чище. Это был административный уровень, где находились кабинеты инквизиторов и основные допросные комнаты, а не те для “элитных гостей”, которой он удостоился.
«Теперь самое сложное. Здесь больше народу, больше глаз. Нужно действовать быстро и дерзко».
Он увидел дверь, из-за которой доносился приглушенный разговор. Служебное помещение, судя по всему. Алан заметил у двери ведро с грязной водой – видимо, кто-то мыл полы. Идея пришла мгновенно.
Он подошёл, схватил ведро и швырнул его с грохотом на пол, сам бросившись за ближайший угол. Вода разлилась шумным потоком, дверь распахнулась, и оттуда выскочили двое стражей.
– Что за?! Кто тут бардак устроил?!
– Может, крысы?
– Какие крысы такое ведро опрокинут?! Иди, проверь коридор!
Пока они суетились, Алан прокрался мимо, двигаясь в противоположную сторону. Его сердце колотилось, но разум был холоден. Каждый шаг – это риск, но и возможность.
Он добрался до развилки и замер. Прямо – основной коридор, ведущий к выходу. Но там наверняка будет охрана, посты, проверки. Налево – подсобные помещения. Направо…
Направо была дверь, помеченная знаком «Хранилище вещественных доказательств».
«Мой револьвер там. Без него выбраться будет в разы сложнее».
Он прокрался к двери, проверил замок. Снова простой механизм – инквизиторы полагались больше на многочисленность охраны, чем на сложность замков внутри комплекса. Отмычка, несколько манипуляций, щелчок.
Внутри царил полумрак, освещенный одной единственной лампой. Стеллажи, уставленные конфискованным оружием, артефактами, документами. Алан быстро осмотрелся, его взгляд выхватил знакомые очертания – его револьвер, висевший на крючке рядом с другими конфискатами.
Он снял оружие, проверил барабан. Пусто. Патроны хранились отдельно. Он огляделся и нашёл их в запертом ящике под стеллажом. Ещё один замок, ещё одна отмычка. Через минуту револьвер был заряжен и удобно лежал в кобуре.
«Теперь я не просто беглец. Я вооружён и очень опасен!».
Алан вернулся к двери, прислушался. Тихо. Он выскользнул обратно в коридор и двинулся дальше.
Но впереди его ждала проблема. Основной коридор, ведущий к лестнице на первый этаж, был перекрыт массивными железными воротами. У ворот стояли четверо стражей – вооружённые, бдительные. Обойти их было невозможно. Отвлечь – тоже. Драться – самоубийство.
Алан остановился в тени колонны, размышляя. Времени оставалось всё меньше. Рано или поздно кто-то обнаружит, что он сбежал, и поднимется тревога.
«Нужна магия. Но использование магии здесь – это как выстрелить из пушки в библиотеке. Все узнают, все сбегутся».
Его взгляд метнулся по сторонам. Прямо над воротами, в стене, была решётка вентиляции. Слишком узкая для человека. Но если пройти сквозь стену…
«Ты помнишь маршрут? Если пройдёшь сквозь стену здесь, окажешься… где? В соседнем коридоре? Или в пустоте?»
Он закрыл глаза, восстанавливая ментальную карту здания. Когда его вели, он запоминал повороты, двери, окна. Там, за этой стеной, должен быть параллельный коридор. Или камера.
«Риск. Огромный риск. Но другого выхода нет».
Алан отступил в тень, подальше от взглядов стражей. Его магия не была чем-то ярким, не требовала заклинаний или жестов. Это был дар бестелесности – редкий и уникальный. На несколько секунд его тело теряло связь с материальным миром, становясь чем-то призрачным, способным проходить сквозь препятствия.
Но цена была высока. Если время истечет, пока он находится внутри стены, он материализуется там – и это будет смерть, медленная и ужасная. Погребение заживо в камне.
«У тебя есть два использования в час. Это первое. Трать с умом».
Он глубоко вдохнул, сосредоточился. Внутри что-то щелкнуло, словно невидимая пружина разжалась. Мир вокруг изменился – стал расплывчатым, нереальным. Его тело налилось странной лёгкостью, как будто он стал соткан из дыма.
Алан шагнул в стену.
Ощущение было противоестественным, отвратительным. Камень не чувствовался, но его присутствие давило на сознание, как кошмар. Темнота, абсолютная, пожирающая. Холод, проникающий в самую суть. Он продолжал двигаться вперёд, считая секунды.
Один. Два. Три.
«Выходи. Сейчас же. Выходи!»
Он рванулся вперед, его тело вышло из стены, материализуясь на другой стороне. Алан рухнул на колени, задыхаясь. Его прошиб холодный пот, сердце стучало, как бешеное.
Но он был по ту сторону ворот.
Коридор здесь был пустым, тусклым. Алан заставил себя встать, опираясь на стену. Магия забрала силы, оставив после себя странную пустоту, словно выжгла изнутри. Он знал это чувство – восстановление займёт время, и следующее использование будет еще опаснее.
«Но я на один шаг ближе к выходу. И к ней».
Он двинулся вперёд, игнорируя слабость. Здесь было тише, меньше патрулей. Это был жилой уровень для младших инквизиторов и технического персонала. Окна выходили во внутренний двор – он видел их, зарешёченные, пропускающие слабый лунный свет.
«Наверх. Нужно выбраться наверх, в главное здание. Там будет проще затеряться среди людей».
Алан нашёл служебную лестницу, узкую и темную, ведущую вверх. Он начал подниматься, каждый шаг отзывался болью в натруженных мышцах, но он не замедлялся.
Наверху раздались голоса, громкие, встревоженные.
– …арестант Торнфилд сбежал! Проверить все выходы! Удвоить патрули!
– Как он вырвался?! Его же приковали!
– Не знаю, но, если главный узнает, что мы его упустили…
Тревога. Они обнаружили побег. Времени больше не было.
Алан выскочил на верхний уровень и замер. Перед ним был широкий, роскошно отделанный коридор. Здесь пахло не сыростью, а воском для паркета и ладаном. Это был представительский уровень, где инквизиция принимала важных гостей и вершила «светскую» часть своих дел.
Но между ним и выходом стояла проблема – десятки людей. Стражи, клерки, слуги. Все встревоженные, все в движении.
«Спрятаться невозможно. Пройти незаметно – тоже. Остаётся только…»
Его взгляд упал на открытую дверь служебного помещения. Внутри он увидел стопку одежды – чёрные рясы младших клириков. Алан метнулся внутрь, схватил одну и накинул на себя. Капюшон скрыл лицо.
«Я не беглый арестант. Я скромный послушник, спешащий по своим делам».
Он вышел в коридор, опустив голову, и двинулся в сторону главной лестницы. Его сердце колотилось, но шаги были размеренными, спокойными. Мимо пробежали стражи, выкрикивая приказы. Один из них толкнул Алана плечом, но не обратил внимания.
«Ещё немного. Главный выход должен быть здесь».
Но судьба решила усложнить задачу. Прямо перед лестницей стоял сам инквизитор Вейн, его холодные глаза методично сканировали каждого проходящего. Рядом с ним – двое охранников с фонарями.
Алан замедлил шаг, но отступать было поздно – это привлекло бы внимание. Он продолжил идти, опустив голову ещё ниже.
– Ты, послушник, – раздался голос Вейна.
Алан замер. Медленно поднял голову, но держал лицо в тени капюшона.