Анастасия Калько – Тайна портрета (страница 3)

Внезапно спящий юноша сдавленно вскрикнул и заметался.

– Луцилла, почему? – застонал он. – Я не хотел, не хотел… Дедушка, не бей меня больше… Оставь меня в покое! Не надо! Мне страшно!

– Кристиан! – леди Уэлсли потрясла его за плечо. – Что с тобой?

– Не надо, я боюсь, не трогай! – лицо юноши мучительно исказилось, он сбросил на пол подушку, сбил в ком одеяло. Шарлотта еще настойчивее потрясла его за плечо:

– Проснись, это просто кошмар!

– Мама, мама! – в полусне Кристиан лихорадочно вцепился в нее, зарывшись лицом в рубашку Шарлотты. Он еще всхлипывал, крепко прижавшись к женщине и сейчас выглядел уже не блестящим денди, королем высшего общества и завидным женихом, а испуганным ребенком. И леди Уэлсли вспомнила, что мать Кристиана была ее подругой в пансионе, только потом пути девочек разошлись. Шарлотта вышла замуж за Уэлсли, а Маргарет – за художника из Танбриджа, где и умерла спустя три года от дифтерита, похоронив перед этим мужа и оставив маленького сына круглым сиротой. Лондон смог защититься от эпидемии. Маленький Танбридж капитулировал. Только чудо спасло малыша Кристиана от болезни. О жизни у деда он не любил вспоминать. Шарлотта увидела на его спине давние шрамы; Кристиан неохотно сказал: "Память о дедушке Деверо… Извини, не хочется об этом говорить…".

"Бедный мальчик, он уже перенес столько испытаний, которые сломали бы даже более зрелого человека! Лорд Деверо был просто извергом, если поднимал руку на этого сиротку! Кристиана до сих пор мучают кошмары, и ему не хватает матери. Бедный одинокий мальчик, напуганный и измученный!" – леди Уэлсли материнским жестом обняла юношу и гладила его по голове, шепча слова утешения.

Минут через пять Кристиан отодвинулся, встряхнул головой, взял со столика сигареты и спички и закурил.

– Извини, я тебя напугал, – сказал он. – Иногда бывает…

– Да, напугал, – призналась леди Уэлсли, – я никак не могла тебя разбудить.

– А что я кричал во сне? – Кристиан вопросительно выгнул бровь.

Когда Уэлсли закуривал традиционную послеобеденную сигару, леди Уэлсли спешила уйти, потому что у нее тут же начинался мучительный кашель. А дым сигареты Кристиана почему-то у нее таких чувств не вызывал. Даже захотелось закурить самой. "Ага, а потом остригу волосы и надену брюки, как Жорж Санд… Что со мной творится?".

– Ты вспоминал какую-то Луциллу и деда, – ответила она, – и просил не трогать тебя.

– Гадкие кошмары, – поморщился Кристиан, – не оставляют меня. Спасибо за понимание. Хочешь? – он зажег сигарету для Шарлотты.

– На что ты меня толкаешь, – рассмеялась женщина, но сигарету взяла, глотнула дым и закашлялась. Кристиан веселился от души:

– Милая, дым вдыхают, а не глотают… Я в первый раз сделал ту же ошибку. Вспоминаю этот вечер, – тихо продолжал он. – Тогда я впервые увидел тебя. Ты стояла у гобелена в гостиной Энди. На тебе было зеленое платье с кружевом валансьен. Ты смеялась над чем-то с подругами, а я смотрел на тебя, раскрыв рот, неуклюжий провинциальный дурачок в старомодном фраке.

– А Уэлсли еще посмеялся над тобой и сказал "Жена, подай мне бокал", – вспомнила леди Уэлсли. – Это было три месяца назад, а ты помнишь даже кружева на моем платье. А Уэлсли, наверное, не помнит даже цвет моих глаз…

– Серые, – Кристиан приблизил лицо к ее лицу и приподнял голову женщины. – С прозеленью… И золотые искорки, – он коснулся губами ее виска, щеки, подбородка. – Просто варварство было отдать такую женщину в жены этому равнодушному ханже с котлетой вместо сердца.

– Какой же ты гадкий мальчишка… м-м-м-м-м…

Зажав Шарлотте рот поцелуем, Кристиан быстро расстегнул на ней сорочку, отбросил в сторону и привлек женщину к себе, лаская и осыпая поцелуями. Постепенно Шарлотта отбросила скованность и откликнулась на ласки. "Энди был прав, когда сказал, что леди Уэлсли прячет за своей чопорностью страстную натуру, – думал Кристиан, – у него взгляд наметанный, и он давно заметил, какие огоньки скачут в ее глазах!". Тогда он ответил Марстону, что был бы не против проверить догадку. "Бесполезно, юный друг, – закатил глаза Эндрю, – скорее всего, эта дама и вас обдаст холодом, супружеская верность для нее священна!". "Бьюсь об заклад, что смогу проверить!" – с юношеским азартом воскликнул Кристиан.

На дне рождения мисс Уэлсли Энди проиграл пари, даже вдвойне. Кристиан едва сдерживал смех, вспоминая, какой "сюрприз" подложил флегматичному, вечно сонному Уэлсли, а этот увалень проспал все, что происходило у него под носом…

– Что тебя так рассмешило? – спросила леди Уэлсли.

– Я не над тобой смеялся… Просто вспомнил одно очаровательное местечко, куда хотел бы пригласить тебя. Мне его недавно показал Энди Марстон.

– Ну, если его рекомендовал лорд Эндрю, приличным дамам там делать нечего, – покачала головой леди Уэлсли.

– А как же воспетое с библейских времен женское любопытство? Да брось, Шарлотта, там нет ничего страшного. Если, конечно, тебя не страшит свобода самовыражения…

***

Отпустив экипаж еще за углом, леди Уэлсли торопливо пересекла улицу, стараясь держаться в тени заборов и деревьев и плотнее запахивая капюшон плаща.

Джулия уже вернулась из розария и расставляла в гостиной свежие цветы в вазы. Увидев вошедшую со двора мать, девушка удивленно обернулась:

– Вы рано поднялись, маменька.

– Да, я всю ночь не сомкнула глаз от мигрени, – посетовала леди Уэлсли. – И надеялась, что утренняя прогулка будет для меня благотворна.

– Надеюсь, вам уже лучше? – Джулия недоуменно рассматривала разрумянившееся, улыбающееся лицо матери.

– Да, намного, – леди Уэлсли поцеловала дочь. – Прекрасные цветы, Джулия!.. Я пойду к себе, постараюсь уснуть. После бессонной ночи глаза просто закрываются. Какая ты у меня красавица, принцесса моя!

Джулия проводила мать взглядом: "Мне тоже есть что скрывать… Страшно подумать, что было бы, если бы родители узнали…".

***

Казалось, что собрание кружка дам-благотворительниц длится бесконечно долго. "И как я раньше не замечала, насколько они нудны!" – с досадой думала леди Уэлсли. Впервые она не находила себе места и готова была подгонять еле плетущиеся минуты. Шарлотта теребила сумочку, накручивала на палец прядку волнистых волос, снимала и натягивала тонкие перчатки. Голос леди Фионы, говорившей что-то о сборах в пользу дома призрения, звучал железом по стеклу.

Нетерпение леди Уэлсли было легко объяснимо: сегодня вечером она договорилась с внуком Деверо поехать в его любимый клуб свободы чувств, а предлог для отлучки никак не удавалось придумать. Муж и дочь были дома. А если Уэлсли допоздна засидится в гостиной с газетой; а вдруг Джулия выглянет из комнаты и удивится, увидев мать, одетую для выхода, в коридоре?..

– Шарлотта, милочка, вам нездоровится? – участливо обратилась к ней леди Агата. Пожилая дама уже несколько минут с недоумением наблюдала за леди Уэлсли. Никогда еще спокойная улыбчивая жена лорда Реджинальда не выглядела такой взвинченной.

– О, в этом году приступы мигрени начались раньше, – так же тихо ответила леди Уэлсли. "Надеюсь, это будет сочтено уважительной причиной…".

Леди Агата сочувственно тронула ее руку:

– Тогда вам лучше отправиться домой и принять порошок. Зачем же вы приехали в болезненном состоянии?

– Ну как я могла пропустить собрание? – леди Уэлсли старалась не слишком поспешно натягивать перчатки и надевать шляпу. – Спасибо вам, леди Агата, я… Мне действительно нездоровится.

Агата посмотрела на нее. Шарлотта была бледна, на щеках играл неестественно яркий румянец, глаза лихорадочно блестят. В дамском обществе уже давно шептались о проблемах семейства Уэлсли. Стареющий лорд Реджинальд проводил слишком много времени на церковных службах или в кресле с газетой и мало уделял внимания молодой жене; бедняжка Шарлотта как неприкаянная в собственном доме. Может, этим и объясняются ее частые мигрени. "На ее месте я бы давно уже украсила голову мужа кое-чем!" – заявила бойкая леди Джулианна, но под укоризненными взглядами смутилась. Все знали, что леди Уэлсли свято соблюдает супружескую верность.

***

Ожидая, пока муж поднимется к себе, леди Уэлсли старалась отвлечься вязанием, но спустила две петли, уколола палец спицей и уронила клубок под диван. Внезапно возникла мысль, которая раньше не приходила в голову: а что, если именно сегодня Уэлсли захочет навестить ее в спальне? Это случалось нечасто; Реджинальд никогда не отличался бурным темпераментом, а с возрастом практически утратил интерес к страстным утехам. Но вдруг именно сегодня он пожелает зайти в будуар жены?

В гостиную спустилась Джулия в тальме и шляпе и сообщила, что уезжает.

– Приятного вам веселья, барышни, – отец на секунду выглянул из-за "Таймса", чтобы поцеловать дочь, а Шарлотта удивленно отложила вконец загубленное вязание:

– А куда ты едешь, Джулия?

Девушка удивленно посмотрела на нее:

– Маменька, вы же сами отпустили меня с Дорис и Лори.

– Ах, да! – леди Уэлсли приложила ладонь ко лбу. – Совсем забыла, – она встала, чтобы поцеловать дочь.

Дорис и Лори были подругами Джулии, в этом году они втроем окончили пансион. Смешливые и озорные двойняшки, дочери баронета Тарлтона, были очень непохожи на молчаливую застенчивую Джулию, и тем не менее, девочки дружили с детства. Сегодня их пригласила еще одна подруга, Сандра. Сэнди была обручена с молодым виконтом Хардвиком и сегодня устраивала вечеринку для девушек перед свадьбой.