Анастасия Калинина – Тропа, ведущая к тебе (страница 2)

— Каждому своё.

А сама вдруг вспомнила их разговор в зоопарке девять лет назад. Тогда они проходили мимо террариумов со змеями и обсуждали то же самое. Перед глазами мгновенно возникла сцена: Егор в кепке, надвинутой на лоб, морщит нос и говорит с отвращением:

— Ну и гадость!

А она, двадцатилетняя и упрямая, спорит с ним, доказывая, что змеи — удивительные создания. Вероника тряхнула головой, словно пытаясь выкинуть эти воспоминания, и снова включилась в общий разговор.

Она обвела всех взглядом, и в этот момент их глаза встретились. Егор смотрел на неё так пронзительно, будто только что узнал о ней нечто важное и теперь пытался понять, правда это или нет. Она не отвернулась. Это был их первый долгий зрительный контакт после неожиданной встречи. Вероника вопросительно подняла брови. Он едва заметно махнул рукой — мол, ничего, — но взгляда не отводил.

Разговор за столом тем временем плавно перетёк к гориллам и к тому, чего каждый втайне ждёт от предстоящих съёмок. Путешествие только начиналось, а впереди их ждали десятки новых локаций — джунгли, саванны, горные тропы…

После ужина все потихоньку начали расходиться. Вероника поднялась, собираясь уйти, но вдруг услышала его голос — он обращался к ней.

— Может, поговорим? — тихо спросил Егор.

Веронику бросило в жар. Странная волна волнения пробежала по телу. Она медленно села обратно.

— О чём ты хочешь поговорить?

— Серьёзно? Ты ещё спрашиваешь? — Он выглядел серьёзным и одновременно растерянным. — Самый первый вопрос: почему именно ты стала переводчиком на моих съёмках? Как‑то странно, тебе не кажется?

— Ну, во‑первых, я и не знала, что это будут твои съёмки. Со мной связался один знакомый — я раньше помогла ему с переводам в одной из поездок. Он и сказал, что его приятель, Стас, ищет переводчика. Требования, кстати, были высокие: английский, французский и, что самое главное, суахили. Ну и русский, само собой. Понимаешь, таких людей в Африке не так много. Для меня главным были маршрут и сроки, а кто именно снимает — неважно.

— Ну да, тебе неважно… — в его голосе прозвучала явная нотка раздражения. — Подумать только: мы с тобой сидим в отеле спустя восемь лет — и не просто случайно пересеклись, а работаем вместе!

— Да, получилось иронично, — она отпила из чашки остывший чай. — Из‑за чего расстались, спустя столько лет благодаря этому встретились.

— Иронично, — повторил он. — И что ты думаешь по этому поводу? Как мы будем дальше?

— Я не думаю. У меня есть работа, и я её выполню.

— А ты всё такая же… — он закатил глаза.

— Егор, я понимаю, ситуация непростая. Но мы взрослые люди. Мне кажется, мы сможем общаться как коллеги.

— Как коллеги? — он усмехнулся. — Ты так легко об этом говоришь. Я, когда тебя увидел, думал, земля уходит из‑под ног. Все эти годы я убеждал себя, что забыл. Что научился жить без тебя. Работать.

Вероника кивнула:

— Да, у тебя хорошо получилось.

— У тебя тоже, — негромко парировал он, глядя ей прямо в глаза.

— Откуда ты знаешь? — удивлённо посмотрела она на него.

— Первые годы я не мог удержаться, чтобы не почитать о тебе в интернете. Сначала успешная стажировка, затем — должность в ООН, в миссии в Кот‑д’Ивуаре. Ты, как всегда, первоклассно со всем справлялась. А потом ушла в поля, стала ездить с миссиями по Африке.

Глаза Вероники округлились.

— Ого. Я даже не знала, что ты следишь за мной.

— Да, я это делал. Не от своего имени, но делал.

— Егор, для меня это тоже оказалось неожиданностью. Я не допускала мысли, что мы можем встретиться. Хотя… В глубине души, наверное, допускала. Я видела твой анонс о съёмках в Африке, и тогда, на мгновение, во мне шевельнулась надежда: «А вдруг? Вдруг мы встретимся где‑то здесь? Увидимся снова…» Но я отогнала эту мысль.

— Да, я видел тебя среди своих подписчиков. Знаешь… Чаще всего это меня подстёгивало. Хотелось что‑то тебе доказать, но что — я сам не знал, — он опустил голову и запустил обе руки в волосы.

Вероника молчала. Она не знала, что сказать.

— Ладно… — тяжело выдохнул он, медленно поднимая голову. — Если ты готова работать вместе — я тоже. Просто надо всё это переварить.

Он ещё раз посмотрел на неё. В его взгляде было что‑то родное, такое забытое, от чего у неё защемило сердце.

— Спокойной ночи, — он резко встал и направился к выходу.

— Спокойной ночи, — еле слышно выдавила Вероника.

Она осталась сидеть за столом, растерянная. Не хотела бередить старое. Ни за что. И уж точно не она сделала бы первый шаг к этому разговору.

На следующее утро у них был запланирован выезд в парк Бвинди к гориллам.

Все рассаживались по местам в джипе. Егор ехал отдельно с оператором. Выходя из отеля, они снимали для видео: он рассказывал на камеру, что их ожидает и как туда добраться.

Вероника села рядом с Дашей — они сразу нашли общий язык. Поскольку она отвечала за планирование маршрутов и бронирование локаций, им с Вероникой предстояло работать в связке.

Вероника ехала и смотрела в окно. Мимо проносились зелёные поля; она заметила восточного венценосного журавля недалеко от дороги. Птица стояла у обочины, высокая и грациозная, почти метр ростом. Её золотистая «корона» из жёстких перьев сияла на солнце. Журавль слегка повернул голову, будто осознавая свою величественность, и сделал несколько неспешных шагов вдоль кромки поля.

— О, Стас, это точно нужно снять! — воскликнула Вероника. — Это восточный венценосный журавль — он даже изображён на флаге страны. Встретить его, конечно, не редкость, но местные считают это знаком большой удачи. И как удачно — прямо в начале нашего пути!

Стас показал водителю, чтобы тот остановился.

— Очень хорошо, — одобрил он. — Вот так и передай Егору.

Они вышли из машины. Женя, второй оператор, отправился снимать кадры природы без Егора: птиц, поля.

— Привет, — подходя ближе, сказала Вероника Егору.

— Привет, — коротко ответил он.

Стас удивлённо поднял брови:

— Вы что, сегодня ещё не виделись?

— Нет… Кстати, зачем остановились? — Егор ловко перевёл тему, избегая лишних объяснений.

— Да вот, Вероника заметила журавлей. Отличный сюжет, — пояснил Стас.

Вероника продолжила и рассказала Егору то, что уже говорила в машине: про венценосного журавля, его изображение на флаге Уганды и поверье о большой удаче.

Егор кивнул:

— Понял, спасибо.

Они сняли нужные кадры. Оператор Женя, просмотрев пару дублей на экране камеры, одобрительно кивнул:

— Журавли получились отлично — очень красивые, контрастные.

Пока шли съёмки, Вероника ещё заметила на склонах гор ананасовые плантации.

— Это вблизи выглядит очень зрелищно, — заметила она.

Стас повернулся в ту сторону, оценивая вид:

— Хорошо, там тоже остановимся, снимем пару планов.

Егор подошёл к машине:

— Всё, закончили здесь. Да, журавли действительно вышли впечатляюще. Удачный кадр.

Вероника уже двинулась обратно к машине, как Стас остановил её:

— Вероник, подожди. Может, ты до парка с Егором поедешь? Вы — впереди, а мы — за вами. Если увидим, что вы останавливаетесь, то и мы тоже.

Вероника посмотрела на Егора. Он заметно напрягся, избегая её взгляда. Она и сама была не готова оказаться с ним в одной машине — слишком много невысказанных слов висело между ними. И только она хотела отказаться, подбирая вежливую формулировку, как Егор неожиданно произнёс:

— Да, почему бы и нет.

Его голос прозвучал чуть резче, чем нужно, будто он бросал вызов самому себе.