Анастасия Иванова – Вынужденный брак с врагом семьи. Цена расплаты - любовь (страница 1)

Анастасия Иванова

Вынужденный брак с врагом семьи. Цена расплаты - любовь

Глава 1

– Настенька, какая же ты у меня красавица! – мама смахивает одинокую слезу с щеки и со счастливой улыбкой поправляет на мне фату и длинный шлейф от неё.

Я и сама не могу оторвать взгляд от собственного отражения. Сколько было сил, денег и времени потрачено на этот образ! Только репетицию макияжа и причёски мы проводили три раза! Платье мама привезла мне из Италии, украшения – из Франции.

Я мечтала об этом дне последние пять лет, когда впервые увидела сына папиного компаньона. И влюбилась!

Мне было шестнадцать. Алексу двадцать. Он только что вернулся в Россию после двух лет путешествия по миру. Красивый, умный и ужасно интересный рассказчик. О его жизни на Бали, в Англии и даже в Кении с удовольствием слушали все. Но Алекса совершенно не интересовала я.

Он приходил к нам в гости, щёлкал меня, как маленькую, по носу, называя при этом пуговкой, и присоединялся к беседе с другими мужчинами. Обсуждал с ними политику, экономическую ситуацию в стране и мире и, конечно же, бизнес. Алекс готовился стать преемником своего отца.

Всё поменялось на моё двадцатилетие. Подругам впервые удалось меня вытащить в клуб отметить круглую дату. Там мы с Алексом и встретились. А потом всё быстро между нами закружилось. Ровно через год после нашего первого свидания я стою перед зеркалом в шикарнейшем свадебном платье. С минуты на минуту организатор свадьбы позовёт меня, и я пойду навстречу своему счастью. Навстречу своей любви.

Боже.

Неужели меньше чем через час я стану женой Алекса?

Сегодня я стану настоящей женщиной своего любимого мужчины.

От этой мысли щёки начинают полыхать ярким румянцем, и я спешу прикрыть их ладошками.

Я резко оборачиваюсь, когда слышу, как открывается дверь. Счастливая улыбка неестественным образом застывает на губах, хотя сердце уже начинает заходиться в тревожном ритме.

Вместо организатора в комнату заходит папа.

– Выйдете все, – отдаёт холодный приказ.

Никто не осмеливается ослушаться. Все присутствующие исчезают, одна лишь мама мешкает. Застывает у входа.

– Галя, – одно имя – и вот мы с папой остались один на один.

– Настя, ты не выйдешь за Алекса.

Боль пронзает грудь. Сердце разрывается на части. Кажется, я прямо сейчас здесь упаду и больше не смогу подняться.

– Он отменил свадьбу? – голос дрожит, губы еле шевелятся.

Не хочу верить, что наша любовь вот так глупо закончилась. Что и не было никакой любви.

– Нет, – папа впивается в меня взглядом, в котором нет ничего, кроме решимости. Ни жалости, ни сожаления. – Твоим мужем станет Львов Павел Макарович.

– Какой ещё Павел Макарович, пап? Это вообще кто?! – задыхаюсь от возмущения.

Папа морщится, отмахивается, как делает всегда, когда разговор касается “мужских дел”. Привычной теплоты в отцовских глазах не остаётся.

– Если ты хочешь, чтобы я и твоя мать жили, то ты сейчас спустишься и скажешь Павлу “да”.

Растерянно хлопаю глазами, всё кажется каким-то абсурдом. Какой ещё Павел? Это, наверное, шутка! Неудачная, злая шутка! Потому что папа всерьез не может такое говорить! Он же знает, как сильно я люблю Алекса и как мечтала выйти за него. Уголки губ дёргаются в нервной улыбки, и отрывистый истеричный смешок вырывается наружу.

– Пап, неудачная шутка. Там всё готово? Я могу идти?

Успеваю сделать только пару шагов к двери, как папа хватает меня за руку. Больно. До красных следов на тонком запястье.

– Это не шутки, Анастасия! Ты сейчас спустишься вниз, и тебя распишут с Павлом, а потом ты поедешь к нему домой. Будешь мило улыбаться и подчиняться каждому его слову, ясно?

Выдёргиваю руку. Прижимаю к груди, обхватываю пульсирующее от боли место второй рукой и мягко поглаживаю в попытке унять жжение. Смотрю на отца и не верю, что это он! Тот, который укладывал меня маленькую спать. Читал сказки. Мне всегда казалось, что ради меня папа готов на всё!

Он всегда меня защищал, заботился, а теперь?!

Отдаёт какому-то незнакомому мужчине. Просто так, как вещь.

– Ты не понимаешь, Анастасия! Если брак не состоится или если Павел будет недоволен тобой, то пострадают все! Я, мой бизнес, твоя мать и даже твой Алекс с его семьёй! – каждое слово папа будто выплёвывает. Резко. С отвращением. И моментом сдувается. Отходит к журнальному столику, наливает себе воды из хрустального графина, возвращает его на место с грохотом стекла о стекло и жадно выпивает только что наполненный стакан. Папа снова поворачивается ко мне: – Настя, ты должна это сделать. Должна нас всех спасти. Жду через две минуты внизу.

Папа уходит, оставляет меня одну. Растерянную и испуганную. Я совершенно не понимаю, что меня ждёт впереди, а главное, что мне делать? Неужели он не понимает: не могу я выйти за другого! Я Алекса люблю! Всегда любила! А он предлагает предать эту любовь. Предать самое светлое и радостное, что есть в моей жизни, ради спасения его и мамы.

Мысли терзают меня, и кажется, нет никакого выхода. Когда дверь в комнату открывается и в неё заходит Алекс.

Глава 2

Бросаюсь на шею любимому.

– Алекс, – утыкаюсь в сильную грудь, вдыхаю аромат цитрусовой свежести, – сейчас приходил папа, он говорил страшные вещи! Что свадьба не состоится. Точнее состоится, но не с тобой, а с каким-то Павлом.

– Знаю, – Алекс целует меня в макушку, и мне на мгновение становится легко. У него наверняка есть какое-нибудь решение! Он обязательно найдёт выход, чтобы мы были вместе. Алекс умный, находчивый. Он лучший! Но хрупкая надежда разбивается с громким треском, когда Алекс продолжает: – Стася, тебе правда нужно будет выйти за Павла. Временно, пока мы с твоим отцом не найдём способ тебя спасти. Иначе ты подставишь под удар всех.

– О чём ты? Как я могу кого-то подставить под удар? Я ничего не сделала! Что вообще происходит?!

Алекс зарывается пальцами в свои светлые волосы, портит стильную укладку.

– Это мужские дела, Стасик.

Раньше я спокойно терпела, когда меня не посвящали в дела бизнеса. С детства я привыкла, что это мужской мир и женщинам там нет места. Но сейчас слова любимого меня безумно злят.

– Да, только почему-то решить их вы хотите с помощью женщины! Я не выйду из этой комнаты, пока ты не расскажешь всё!

Алекс смотрит в сторону выхода. Потом на часы.

– Милая, у нас нет времени на эти игры, всё равно не поймёшь. Пошли.

Алекс силой хватает за руку чуть выше тех отметок, который успел оставить папа, и дёргает в сторону выхода из комнаты. Пытаюсь упираться, но, когда на тебе двенадцати сантиметровые шпильки, это сложно делать.

– Стася, блин! Я сказал, пошли!

Разворачивается. Заносит руку для удара. Я инстинктивно морщусь, но ничего не происходит. Осторожно открываю сначала один глаз, потом другой. Смотрю, как наглухо бритый качок под два метра ростом успел перехватить руку Алекса и сейчас выворачивает её. Алекс то краснеет, то бледнеет. Поджимает губы, но тихий скулёж всё равно доносится до моего слуха.

– Тебе лучше отпустить Анастасию Евгеньевну, – неужели это и есть тот самый Павел?! Он же выглядит как какой-то бандит! – Павлу Макаровичу это не понравится.

И я выдыхаю. Не он мой жених.

Алекс резко отпускает меня, бледнеет, отступает к стене, вскидывая руки вверх, мол, он ни при чём. Только сейчас я замечаю, что незнакомец рассматривает следы от пальцев папы и Алекса на моей руке.

Ничего хорошего в этом взгляде нет. Одна жестокость.

– Как вы, Анастасия Евгеньевна?

Меня хватает только на то, чтобы кивнуть. Все слова застревают где-то в глотке. Вместе со страхом и обидой.

Алекс был готов меня ударить! Мой любимый мужчина, тот, кому я доверяла, был готов поднять на меня руку! Да что вообще происходит? Как папа и Алекс могут так спокойно говорить о моей свадьбе с другим? С совершенно незнакомым для меня человеком? И главное, почему мне никто не объяснит, из-за чего это?! Мужские дела. Так и решали бы они их среди мужчин! Не впутывали бы меня.

– Тогда пойдёмте, все ждут вас.

Мужчина не касается меня, не угрожает, но по его решительному виду понимаю: мне не сбежать. Да и куда? Домой? Так там папа. Если потребуется, он силой отведёт меня в ЗАГС. У подруг меня тоже быстро найдут. Можно скрыться в какой-нибудь глуши, как это делают в сериалах и книгах. Только что я буду там делать?

Мы спускаемся, и я ещё раз убеждаюсь: не сбежать. По всему первому этажу, около каждого окна и двери стоят люди в чёрных костюмах и с непроницаемыми лицами.

– Что происходит? – спрашиваю скорей от шока, нежели в желании услышать ответ.

– Ваш отец расплачивается по долгам.

– Мной? – не верю услышанному, смотрю во все глаза на своего сопровождающего, запинаюсь о шов в плитке и чуть не падаю.

– Осторожнее.

Больше мужчина ничего не говорит, толкает дверь в просторный зал, где собрались все гости и журналисты. Взгляд сразу цепляется за незнакомца около светлой арки, украшенной белыми розами и нежно-голубыми шёлковыми лентами. Рядом стоит регистратор из ЗАГСа с напряжённой улыбкой на губах.

“Жених” в этом светлом торжественном зале кажется чужеродным. Он одет во всё чёрное. Даже рубашка под пиджаком чёрная. И аура у него такая же. Мрачная. Кричащая об опасности.