Анастасия Гудкова – Тайная сила врача-попаданки (страница 16)

— И как вы до такого вообще дошли, а?! У них хоть разрешения от короля или что-нибудь подтверждающее нормальный состав зелий есть?

— Мари, вы невыносимы, — поморщился мужчина. — Я лишь попросил вас меня сопроводить.

— Вам, вероятно, уже по мозгам забвением дало. Или чем покрепче, — рассердилась я. — Неужели вы думали, что я молча пойду смотреть, как вы гробите свое здоровье непонятно чем?! Да и вообще, зачем вам сопровождающий в таких делах?

— А кому я мог бы довериться? — вопросом на вопрос ответил Савьер. — Вы ведь видите, что сам я малоподвижен.

— А раньше вам травиться кто помогал?

— Ганс, — фыркнул генерал. — Не травиться, он просто привозил зелье.

Выглядело все, мягко говоря, крайне любопытно. На сегодня, как я успела убедиться, у Ганса было какое-то другое задание. Или Савьер действительно заделался в сладкоежки, или приставил верного дворецкого соглядатаем к лекарке, чтобы не натворила чего. А этой самой лекарке пришлось выполнять его работу. Определенно, на мозг бравого генерала зелье действовало крайне разрушительно.

— Вот что, мой генерал, — решительно сказала я, поднимаясь и хватаясь за ручки кресла. — Воспользуюсь тем, что убежать вы от меня не сможете. Предлагаю вам сейчас резко передумать пить эту гадость и пойти прогуляться. Сколько у нас времени? Когда нас заберет экипаж?

— Когда угодно, у меня есть артефакт вызова. Да и извозчиков по городу полно, можно добраться на любом. Но, боюсь, Мари, вы не до конца понимаете...

— Что именно вы хотите забыть? Думаете, не понимаю, Мартин? — услышав свое имя, Савьер поднял на меня взгляд. Нарушение субординации выбило его из колеи, но не рассердило. А я продолжила мягко и ласково, таким голосом обычно объясняют что-то огорченному ребенку. Много лет проработав с пациентами я поняла, что иногда мужчины требуют особого подхода и заботы. — Вы хотите уменьшить боль, не телесную, нет, такую вы привыкли терпеть. Вы хотите, чтобы каждое воспоминание о прежней жизни не причиняло вам боли, ведь так?

— Я военный и привык к потерям, Мари, — сухо отозвался Савьер.

— Привыкли, не спорю. Но, как ни эгоистично это звучит, своя рубашка ближе к телу. И оторванная рука у боевого товарища — куда меньшая боль, чем ваши не работающие как надо ноги.

— Вы не делаете мне легче, Мари, — процедил генерал, которого, видимо, я-таки задела за живое.

— А я и не обещала подрабатывать вашим личным душеведом, — фыркнула я. — Зато я собираюсь поставить вас на ноги, чтобы никакое зелье забвения вам больше не понадобилось. И знаете, что лучшее лекарство от грусти?

— Рукоприкладство? — ехидно предположил Савьер.

— Это потом, — засмеялась я. — Сейчас — новые впечатления. Ну же, мой генерал, удивите девушку, которая ничего прекрасного в жизни не видела! Покажите что-то такое, от чего у меня дух захватит, а?

Некоторое время мужчина задумчиво постукивал пальцами по подлокотникам кресла, а потом лицо его озарила улыбка.

— Знаете, Мари... Пожалуй, мне и правда есть, что вам показать. Поверните здесь направо, пожалуйста.

В его глазах заплясали задорные искорки, а на лице появилось такое выражение, словно ему и самому резко стало интересно.

— Вот, таким вы мне нравитесь, мой генерал! — воскликнула я.

Я бодро покатила кресло, надеясь, что мне удастся отвлечь Савьера от мрачных мыслей. А он, кажется, и сам был не прочь отвлечься...

Глава 29

Идти оказалось недолго. Я даже утомиться не успела, а мы с Савьером выбрались в крохотный проулок, откуда через пару минут вышли на вымощенную камнем аллею, по обе стороны которой росли раскидистые незнакомые деревья.

— Здесь хорошо вечерами, — мечтательно произнес Савьер. — Впрочем, сейчас тоже неплохо.

— Вы часто здесь бываете?

— Бывал, — сухо отозвался генерал, и его хорошее настроение как корова слизала.

Такими темпами мы далеко не уедем. Настрой пациента порой не менее важен, чем лечение, которое он получает. А Савьер, кажется, снова решил впасть в отчаяние.

— Самое время побывать снова, — бодро сообщила я. — Ну, мой генерал, что вы там хотели мне показать?

Мы миновали почти всю аллею, остановились лишь раз — у лоточницы, торговавшей местной едой. Савьер купил булочки и нарезанное тонким слоем мясо, две бутыли с томатным соком и шоколадку.

— А вы сладкоежка, мой генерал? — поддела я.

— Это не мне, — хмыкнул Савьер. — Вам. Я слышал, как вы разговаривали с кухаркой, вы ведь любите сладкое?

— Вы ко мне подкатываете? — хихикнула я. Встретив крайне удивленный взгляд Савьера, который, видимо, решил, что я о том, что у него кресло на колесиках, поспешила пояснить, — Проявляете внимание.

— Вряд ли в моем положении это уместно, Мари, — покачал головой мужчина. — Скорее хочу отблагодарить вас за то, что пожертвовали выходным ради поездки со мной. К тому же, насколько мне известно, к вам неровно дышит Лерой.

Лерой. Действительно, я и забыла. Впрочем, то, что он ко мне неровно дышит, никак не мешало моему нормальному дыханию. Почему-то он не трогал мое сердце, хотя внимание лорда Бофера, безусловно, было приятным.

— Давайте уже шоколадку, — фыркнула я. — Куда дальше?

Оказалось, что конечной целью нашего путешествия было озеро. И, надо признать, Савьер умел удивлять. Я никогда прежде такого не видела: ровное, круглое, словно кто-то нарочно определял его границы, по краям как рамкой окутанное цветущими белоснежными кувшинками. А в середине плыли два лебедя, прекрасные и грациозные.

— Потрясающе, — прошептала я. — А булочки для них?

— Птиц не кормят хлебом, Мари. Булочки для нас, на случай, если проголодаемся. В сумке, которая висит на ручке кресла, есть плед. Постелите его на траву, пожалуйста. Я бы хотел провести здесь некоторое время, если вы не против.

— Не против, конечно! — обрадовалась я.

Хоть что-то интересное за время работы у Савьера. Плед действительно обнаружился в сумке, я ловко расстелила его на земле и задумалась, как перетащить на него Савьера. Впрочем, помощь мою гордый генерал принимать не желал: снова попросил меня отвернуться, а когда я снова на него посмотрела, он уже сидел на пледе и любовался видом.

— Присаживайтесь, Мари, — пригласил он. — У Люсинды, это местная торговка, потрясающе вкусное мясо. Вам понравится.

Я устроилась рядом с Савьером. Мясо и правда было выше всяких похвал. Да и булочки таяли во рту. Мы смотрели на лебедей, болтали о погоде и природе, стараясь избегать любых тем, способных испортить настроение генерала. Надо сказать, удавалось нам это весьма неплохо.

Вот только я забыла об одной своей особенности: пока я находила себе дела, была бодра и энергична. Стоило же мне расслабиться, хуже того, расслабиться после еды, как меня мигом клонило в сон. Я моргала, пересаживалась, вставала с пледа, чтобы размяться.

Но в какой-то момент усталость и сытная еда взяли свое: я медленно и мучительно моргнула, опуская голову на весьма кстати подвернувшееся плечо Савьера. До моего слуха донеслось лишь:

— Отдохните, Мари, у вас же выходной...

И я действительно провалилась в сон. А когда проснулась...

Глава 30

Надо мной мерцало звездами бескрайнее ночное небо. Удивительно красивое, словно сказочное. Казалось, протяни руку — и поймаешь пару-тройку звездочек. Где-то стрекотали ночные сверчки, легкий ветерок коснулся моей щеки и...

— Который час? — всполошилась я, подскакивая на пледе.

К своему удивлению я заметила, что не замерзла: меня укрыли камзолом. Рядом, облокотившись на локоть, лежал Савьер. Вид у него был насмешливый, а в глазах плясали бесенята.

— Выспались? — поинтересовался он.

— Вы почему меня не разбудили?! — возмутилась я. — Нам же домой надо!

— Зачем? — искренне удивился генерал. — Вы куда-то спешите, Мари?

— Разумеется, — фыркнула я, поднимаясь и отряхивая подол платья. — Завтра у меня рабочий день, а я привыкла спать в постели, а не на земле. Давайте помогу вам подняться.

— Еще рано, — возразил Савьер. — Присядьте ненадолго. Хотите горячий отвар? Я прихватил с собой магическую бутыль, в ней не остывает.

Удивительное дело, у него, оказывается, даже волшебный термос есть. А совести нет. Это же надо, даже не потрудился меня разбудить!

— Мой генерал, сидеть на холодной земле в вашем положении... - начала было я, но Савьер меня остановил.

— В моем положении вообще все вредно, Мари. Не будьте занудой, садитесь рядом. И смотрите, сейчас начнется самое интересное.

Я только вздохнула. Было что-то в голосе генерала, заставившее меня подчиниться. Мне вдруг показалось, что для него действительно важно, чтобы я увидела то, что он пытается мне показать.

Плюхнулась на плед я отнюдь не грациозно: отлежала все, что могла, пока спала в неудобной позе. Благо, хотя бы не замерзла. Савьер же, полулежащий в одной белой рубахе, казалось, холода и вовсе не чувствовал. Мало того, стоило мне оказаться рядом, он заботливо накрыл мои плечи своим камзолом.

— А как же вы? — поинтересовалась я.

— Знаете, Мари... Когда я еще служил короне, мне приходилось жить в лесу, ночевать в пещерах, сутками забираться в горы... Меня не сломить легким ветерком. А вы — хрупкая девушка, нежная, привычная к комфорту. И я совершенно не собирался вас заморозить. Вот, пейте.

Он протянул мне бутыль, из которой поднимался пар. Я осторожно сделала глоток: ничего необычного, обычный травяной чай. Но каким же вкусным он мне сейчас показался! Жмурясь от удовольствия, я вернула бутыль Савьеру.