Анастасия Головина – Архитектура. Что такое хорошо и что такое плохо. Ключ к пониманию (страница 5)

Хорошо смотрится архитектура, построенная из местных материалов. Это значит – не стали тратить деньги на доставку из других частей света. Такое здание легче впишется в окружающую среду. Деревянные дома, построенные по одному и тому же проекту, будут совершенно по-разному смотреться в лесном регионе и там, где дерево в дефиците. В первом случае они станут частью и пейзажа, и архитектурного ансамбля, во втором превратятся в роскошь. В книге Марии Семпл «Куда ты пропала, Бернадетт?» главная героиня – архитектор – придумывает концепцию Двадцатимильного дома. Главное условие для строительства дома – материалы должны быть взяты в радиусе 20 миль. Правда, допускалось брать детали со строительных помоек. Это художественное переосмысление идеи, что не надо тратиться на логистику. Хорошо и красиво, когда материалы местные. Использование местных материалов позволяет добиться и единства ансамблей, построенных в разные эпохи.

К прочности относятся и очень важные в современном мире технологии. Они постоянно меняются, улучшаются инструменты и точность обработки. Одна и та же конструкция, построенная по разным технологиям, может быть очень разной.

Павильон Португалии на выставке Экспо-1998 в Лиссабоне.

Архитектор Алвару Сиза

Павильон на выставке достижений сделан в виде огромной поверхности, которая изображает ткань. Его так и прозвали – павильон «Простыня» – действительно очень похоже на то, как ведёт себя ткань при натягивании с двух сторон: она провисает под собственным весом, сохраняя несущую способность. Это перекрытие сделано не из ткани – это стальные тросы и предварительно напряжённый бетон. Павильон – это крытая площадь и вход на выставочную территорию. Он готовит зрителя к встрече с чудесами технологий.

Но вряд ли такой провисающий потолок будет уместен в ресторане или любом другом месте, где люди отдыхают и расслабляются.

Это стиль деконструктивизм, когда не сразу понятно, из чего и как сделана эта конструкция, а материалы часто заимствуют эстетику других материалов.

Собор Св. Михаила в Ковентри. Великобритания. Старый собор XIV–XV веков (законсервированные руины) и Новый собор 1956–1962 гг. Архитектор Бэзил Спенс

Собор Св. Михаила в Ковентри был разрушен авианалётами в 1940 году. После долгих дискуссий решено было не восстанавливать собор, законсервировать руины и оставить их как памятник позора для тех, кто бомбит жилые города и произведения искусства Архитектуры. А новое здание для собора построить рядом. Был объявлен конкурс, и выиграл проект архитектора Бэзила Спенса. Новый собор построен из того же местного красного камня, что и собор исторический. Очень разные по архитектуре, они тем не менее смотрятся единым ансамблем и новый собор в чём-то продолжает традицию.

Строители небоскрёбов с конца XIX века до середины XX века использовали примерно одну и ту же конструкцию – металлический каркас. Но благодаря технологиям (качеству стали, новым соединениям, появлению сварки) высота небоскрёбов от 55 метров выросла более чем до 400. Бывает, технологии утрачиваются. Так, на хорошо подогнанных гладких камнях античных построек появляются более грубые средневековые добавления. Или мы видим современные каменные мостовые, которые теряют свою форму через пару зим, в отличие от римских дорог, сохранившихся в течение двух тысяч лет.

Реставраторы деревянного зодчества специально воссоздают плотницкие инструменты прежних лет по старым технологиям, чтобы зарубки и сколы на поверхности дерева были похожи на реставрируемую ими эпоху. Невозможно воспроизвести нужную по шероховатостям поверхность современными инструментами.

Экспозиция «Типовая келья монаха» в Кирилло-Белозерском монастыре

Доски пола вырублены топором для создания неровностей и большего сходства с историческими полами.

Иногда мысли архитекторов опережают технологии. Так произошло с плоскими крышами в 1930-х годах. Только с изобретением пластмасс в 1950-х появляются нужные герметики для того, чтобы плоские крыши не протекали и действительно стали массово использоваться.

В понятие «прочность», кроме конструкций, материалов и технологий, входит ещё несколько довольно интересных свойств. На первый взгляд они даже могут противоречить друг другу, как, например, жёсткость и гибкость.

Фахверковые дома в историческом центре Мельзунгена, Германия

Фахверк – это конструкция из деревянного каркаса с заполнением. Промежутки между несущим каркасом могут быть заполнены чем угодно: соломой, строительным мусором. Наверняка вы видели фахверковые дома – как минимум в иллюстрациях к сказкам Братьев Гримм, как правило, это чёрный (тёмное дерево) каркас с белым (оштукатуренным и побеленным) заполнением, хотя цвета могут быть самыми разными. В конструкции каркаса обязательно есть диагональные элементы, обеспечивающие пространственную жёсткость.

Каркас Old Column Building.

Чикаго. Архитекторы Хоулберд и Роч, инженер Корридон Т. Пурди 1884 г.[2]

Чтобы обеспечить пространственную жёсткость первых небоскрёбов и при этом избежать появления диагонали на фасаде, которая бы мешала сделать нормальные окна и двери, приходилось сваривать металлический каркас с дополнительными угловыми элементами. Тут хорошо видно, сколько металла уходило на эти укрепляющие соединения арки. Зато эта конструкция точно не шаталась. Первые небоскрёбы всего лишь на 30 % были легче каменных зданий, но даже это облегчение позволило возводить 10–12 этажей вместо 5–6. Дальнейшие разработки узлов соединений, их облегчение позволили небоскрёбам вознестись уже до сотен метров.

Пространственная жёсткость – это свойство конструкции не складываться, как карточный домик. Жёсткая фигура – треугольник, а здания у нас, как правило, состоят из прямоугольных элементов. Если просто поставить колонны и положить на них балки, или поставить стены, а на них положить плоские панели (в любых сочетаниях), то конструкция будет шататься. Поэтому появляются держащие эти прямоугольники диагональные элементы. Например, их хорошо видно в фахверковых конструкциях.

Про Собор в Ковентри на английском языке

Кажется, что «гибкость» противоречит «прочности» и «жёсткости», но нет, речь идёт не про крепость всей конструкции, а про соединение деталей. Гибкость важна в сейсмоопасных районах, где здание должно выдерживать землетрясения. Для этого соединения в конструкции должны иметь возможность двигаться и возвращаться в исходное положение. Иначе, если элементы будут закреплены жёстко, здание при тряске будет ломаться. Соответственно, в сейсмоопасных районах в зданиях и сооружениях будут появляться интересные (и очень красивые) решения для обеспечения гибкости зданий. Например, в небоскрёбе Тайбей-101 висит огромный шар, гасящий колебания. А деревянные здания соединяют с помощью глубоких пазов, при землетрясении детали конструкции подпрыгивают в пазах и опускаются по ним обратно, не сломавшись.

Ещё одна интересная особенность, относящаяся к прочности, – это возможность безопасно и быстро демонтировать здания. Этот критерий появился совсем недавно, раньше здания строили на века и не ставили задачу их разбирать. Даже если здание ветшало, то его или бросали, или перестраивали в новое, используя старую конструкцию насколько это было возможно. Но мир меняется, здания переделывают, перестраивают, демонтируют довольно часто. Это тоже нужно продумать в конструкции. Например, пластиковый «Дом будущего» фирмы «Монсанто» (см. иллюстрацию на стр. 35) разбирали с большим трудом, потому что в 1950-х годах, когда разрабатывали дома из пластмасс, никто не подумал, что через 20–30 лет швы, склеенные пластмассами, застынут намертво и разъединить их будет практически невозможно. Дом пришлось практически вручную распиливать на кусочки, чтобы разобрать.

Про фахверк

У каждого материала – своя красота. У каждой конструкции – своя красота. Новые технологии добавляют новые вводные, и становятся возможными новая красота, новые конструкции, новые функции.

Красота

Тут надо оговориться, что под понятием «красота» я имею в виду совокупность эстетических характеристик. Понятие красоты стало слишком сложным. Слишком субъективным. Я использую это слово, потому что оно входит в классическую триаду Витрувия. Но в современном мире архитекторы стараются его не употреблять.

То есть «красота» в архитектуре – это про внешний вид. Про любые характеристики внешнего вида здания, сооружения, планировки. Цвет, форма, пропорции, украшения – всё относится к понятию «красота». Для зрителя, для вас это может быть и красиво, и уродливо, и нейтрально.

Самое главное в красоте архитектуры – её неразрывная связь с пользой и прочностью. Именно об этом и поговорим в данной главе. О красоте вообще и чем её можно померить, поговорим позже.

Если эстетические характеристики здания никак не относятся к пользе и прочности – то это в лучшем случае произведение другого вида искусства. Мы можем нарисовать на заборе картину, и картина украсит забор, но, если эта картина никак не будет учитывать конструкцию и функцию этого забора – к архитектуре она отношения иметь не будет.

Дом Батло. Барселона. Архитектор Антонио Гауди 1904–1906 гг.

Идеальный, даже немного гипертрофированный пример того, как красота рождается из пользы и функции. Крыша покрыта черепицей, это удобный и функциональный материал. Типовые элементы, которые просто изготавливать, легко переносить и укладывать одному человеку. Но размера этих типовых элементов не хватает, чтобы сделать нижний край, который должен свисать со стены и закрывать её от дождя (польза), и они должны держаться (прочность). Поэтому по карнизу возникает другой элемент черепицы, более крупный. Он в любом случае будет отличаться от типового из-за других требований пользы и прочности, архитектору лишь достаточно подчеркнуть его инаковость. То же самое происходит с элементами черепицы на коньке кровли, где всегда возникает закрывающий верх элемент, иногда это другой тип черепицы, иногда металлический лист. Архитектору опять-таки осталось только подчеркнуть это дополнительным рельефом и другим цветом этих элементов.