Анастасия Фролова – Ночные тени. Темные образы (страница 14)

Разорвать этот круг можно только войной. Еще большим пролитием крови, которая посадит новую ненависть.

– Это, – я прочистила горло. – Звучит мечтательно.

– Почему ты так думаешь? Убеждения Дала в нашем мире укрепляются все сильнее.

– Вы готовы простить Яви все, что они с вами делают, зная, что они никогда не откажутся от Светоча?

– Это не прощение, Ава. Я никогда их не прощу и всегда буду помнить, но я готов отпустить, – он резко замолчал, встревожившись.

Я не слышала ничего, кроме звуков просыпающейся природы. На стене мы были по прежнему одни, но Юн напрягся, прислушиваясь ко всем звукам.

– Мы с тобой поговорим позже. У нас гости.

– Гости? – я с удивлением стала озираться по сторонам, но никого не увидела. Через несколько мгновений услышала приглушенные шаги по каменной лестнице и чуть позже увидела Данияра, который уверенным шагом шел к нам.

– Как ты узнал?

– У меня очень хороший слух.

– Не верь ему, – засмеялся Данияр. – Он та еще глухая тетеря.

Игриво подмигивая мне, он протянул сверток пергамента с красной сургучной печатью Юну.

– Нужно доставить послание.

– И ты решил для такого скучного дела выбрать меня? – недовольно фыркнул Юн.

– Тебе я доверяю больше всего.

Юн закатил глаза и неохотно принял из рук Данияра сверток пергамента. Слегка кивнув головой, он пошел по направлению к лестнице, ведущей вниз со стены.

– А тебе необходимо отдохнуть.

– Я не хочу.

– Я не спрашивал, хочешь ты или нет. Я сказал, что тебе нужно отдохнуть. Ключевое слово нужно. Идем, я отведу тебя в комнату.

Я упрямо выпрямилась и посмотрела на него исподлобья.

– Почему ты так ревностно защищаешь меня?

Данияр удивленно округлил свои янтарные глаза и улыбнулся.

– Я привык верить учителю. И если Юн сказал, что Дал лично попросил его тебя привести, значит, так оно и есть.

– Никто из нас не знает причины его поступка. Что если… – я осеклась, силясь произнести свои беспокойства вслух. – Что если он привел меня сюда, чтобы вы смогли меня обменять или…

– Отомстить? Развязать войну?

Я кивнула.

Данияр подошел к каменному парапету и задумчиво облокотился на него.

– Я думал об этом. Была бы отличная заварушка, – он вновь усмехнулся. – Но причин вновь объявить войну у нас и так достаточно. Даже без твоего появления в этом мире. Король и королева после пленения Дала ничего не сделали, так почему они должны нападать на Яви из-за тебя? Нет, это не та причина.

– Отправить тебя для обмена, – Данияр цокнул, – Зачем? Мы и так пришли за Далом, он мог уйти с нами. Мы слишком долго готовились к его побегу, выжидая самого удобного случая. Здесь точно что-то более серьезное.

Я встала рядом с ним.

– Юн сказал, что Дал верил в то, что два мира могут вновь жить в гармонии…

– Так и есть.

– Что если, находясь так долго в заточении, он потерял всякую надежду на мир и решил таким образом нанести Яви непоправимый урон? Если я действительно получила Светоч, то весь мир Яви остался без защиты от мороков. Если бы проблема заключалась только в престолонаследии, то Наталья и без меня бы разыграла очередной обман и сделала бы все по своему усмотрению. Что если Дал об этом знал?

– Разве служительницы не настолько искусны в убийстве мороков, чтобы беспокоиться о защите Яви?

Я раздраженно стиснула губы.

– Если это действительно так, то мне еще больше следует тебя защищать и силком тащить в столицу. – Он выпрямился. – И если ты перестанешь всем подряд выкладывать очень важные сведения, мне будет гораздо проще.

– Прости, – стыдливо прошептала я. – Мне показалось, что если я скажу правду Александру, это будет лучше всего.

– Это произвело на него впечатление, не спорю. Но в следующий раз держи язык за зубами, пока я тебе не разрешу обратное. Надеюсь, ты поняла, что не все оказались настолько снисходительными к тебе?

– Спасибо, что напомнил. Я не настолько глупая, – процедила я с досадой в голосе.

– Просто постарайся не плодить проблемы на каждом шагу. А теперь, если наша светская беседа закончилась, мне бы хотелось заняться более интересными делами. Иди спать. Немедленно.

Я демонстративно вздернула подбородок и развернулась на каблуках к лестнице.

Вот же заноза.

*****

Я долго ворочалась в кровати, не в силах вновь уснуть. Эта ночь была тяжелой, но даже изнурительные события не могли дать моему телу расслабиться. Солнце светило в полную силу, когда в комнату тихо постучали, и мое сердце забилось слишком быстро. Через мгновение дверь приоткрылась, и Юн спросил:

– Хочешь позавтракать?

– Да.

Я быстро вскочила с кровати и начала обуваться. Я не стала раздеваться, зная, что в комнату мог вновь заявиться Данияр, а представать перед ним вновь в нижнем платье у меня не было особого желания.

– Кто-то очень сильно проголодался, – усмехнулся Юн, придерживая для меня дверь.

Не уверена, что сегодня я смогу проглотить хотя бы кусок. Я вышла в коридор и увидела в окно, что тучи стали серыми, грозясь вновь обрушить на землю сильный дождь.

– Погода снова портится.

– Такое бывает, когда боги недовольны.

Я не стала ничего больше спрашивать, и мы молча прошли мимо людных помещений. Оказавшись в столовой, я удивилась тому, что здесь никого не было. Нам принесли еду – жареные яйца с интересным мясом, которого я тоже никогда раньше не видела, и восхитительные, пышные булочки, блестящие от масла. Мне каким-то образом удалось проглотить одну из них, несмотря на то, что у меня скрутило желудок. Сегодня утром я ела молча.

Минут через десять нашего неудобного, молчаливого завтрака в столовой стали собираться люди. Стражники (как я поняла по их черному одеянию – жнецы) занимали места за соседним столом, тихо переговариваясь и бросая на нас удивленные взгляды, от которых у меня по спине побежали мурашки.

– Они так смотрят на меня странно, – буркнула я, доедая свою булочку.

– Не обращай внимания. Ты сейчас у всех вызываешь большой интерес.

– Но не такой, чтобы сверлить меня взглядом.

Юн повернулся к ним, и несколько стражников быстро уткнулись взглядом в стол, продолжая что-то обсуждать.

– Я говорил тебе, что многие недовольны решением Александра. Им только и остается, что между собой ворчать, потому что больше ничего не могут, – Юн спокойно повел плечами, допивая из своего стакана. – Данияр не позволит причинить тебе вред или отступить от намеченного плана. Тебе не о чем беспокоиться.

– Я и сама могу за себя постоять.

У него удивленно поднялась бровь.

Я не стала больше продолжать разговор и молча прикончила свой вкусный завтрак. Пусть думают обо мне все, что им хочется, главное, чтобы меня не трогали.

– Послание…

– М?

– Как ты передал послание?

Юн уже перешел к своей булочке, предварительно разломав ее на маленькие кусочки. Сейчас он напомнил мне маленького енота, который дербанил все свои лакомства на маленькие кусочки, прежде чем съесть. Юн долго молчал, заставляя меня все больше и больше нервничать.