Анастасия Фролова – Ночные тени: Королева ночи (страница 1)

Анастасия Фролова

Ночные тени: Королева ночи

От автора

Я больше не буду скрывать, что с самого детства любила русские сказки. Не те, где был счастливый конец у героев, а мрачные, пропитанные чем-то магическим. Они сопровождали меня всё детство и с каждым годом увлекали меня всё больше. Ведь никто точно не знает, сколько в этих сказках было правды. Баба-Яга, Кощей Бессмертный, Лихо, Водяной и ещё множество героев, о которых мы знаем, могли в действительности существовать. О правдивости событий в сказках нам остаётся только догадываться, но то, что эти сказки привнесли в нашу жизнь множество примет, ритуалов и суеверий — неоспоримо.

Мы все придерживаемся их в той или иной степени. Стучим по дереву, гадаем на Святки, отмечаем Масленицу и ещё многое другое.

История про Аврору формировалась у меня долго. Сначала я представила себе героиню: глупую, наивную девушку, которая не знала внешнего мира, кроме того, что ей показывали в Ордене. Она верила всем, потому что не знала, насколько люди могут быть коварными. Она совершала много глупых поступков, потому что думала, что так будет правильно и верно. Она училась, взрослела, превращаясь в женщину, вместе со мной. Во многом Аврора переняла от меня, и меня это даже немного радует.

Потом сама история ворвалась ко мне ночью, полностью сформировавшаяся. Мне потребовалось два года, чтобы решиться всё же её написать.

И вот вы держите в руках заключительную часть истории. Я надеюсь, что эта история вам понравилась так же сильно, как и мне.

Я говорю спасибо всем за ту огромную поддержку, которую я получаю.

Ваша Настя Фролова.

С любовью.

Пролог

Она видела сны, которые пронзали душу холодной печалью и уносили её далеко, в те мёртвые земли, что были по ту сторону Стены.

Она видела, как гибнут эти земли, утопая в иссиня-чёрной скверне. Как люди болеют и умирают. Как урожай вянет, ещё не набравшись силы. Как животные гибнут, захваченные страшным Мороком.

Её тело иссыхало, затягиваясь всё сильнее полупрозрачной белёсой кожей, обнажая её тонкие кости.

Сколько она была в этой темнице, скованной цепями, без возможности вдохнуть сладкий свежий воздух и вновь увидеть солнце? А сколько ей ещё осталось?

Сквозь маленькое окошко своей каменной клетки она видела, как сменяются года, и казалось, что прошла целая вечность, которая должна была унести её с собой, но нить из прялки всё ещё вплеталась в покров её жизни. Матушка Горе всё сидела и смотрела на неё в молчании, не перерезая нить.

Закрывая глаза, она вновь видела сон.

Она видела чёрную землю, что тянулась от высокого чёрного ясеня, что раскинул свои голые ветки далеко в небесную синеву. Корни ясеня оплели тяжёлый сундук, погружая его глубже в холодную землю. А в этом сундуке билось её сердце.

Глава 1. ПО ТУ СТОРОНУ

Утро выдалось промозглым и хмурым.

Зима в этом году была очень жестока, даже для жителей города. Крепкие морозы уже держались несколько дней, подкреплённые сильными снегопадами. Снег с резкими порывами ветра заметал главную площадь Гроска, но люди, что собрались здесь с первыми лучами солнца, не торопились уходить домой. Они ждали, и я вместе с ними ждала.

Я стояла в середине толпы. Переодетая в платье служанки, я плотнее куталась в плотный потёртый плащ, глубже натягивая капюшон на голову и тревожно озиралась по сторонам, боясь, что меня раскроют.

Несколько дней тому назад я вынесла приговор шестерым, обрекая их на смерть через отсечение головы. Наказание должно быть неотвратимым и для простого вора, и для убийцы — я это понимала, но сердце отказывалось принимать такую жестокость.

Я отправила на плаху убийц, которые лишали жизни жителей Грозового — пограничного города с Яви во время осады. Я казнила Служительниц, которые принимали участие в убийстве царевича Видбора. Я казнила своих сестёр.

Мои советники, все как один, твердили, что за осаду пограничного города Служительницы должны пойти на дыбу, но лишь один встал на мою сторону и согласился, что смерть даже преступника должна быть достойна. Павел, бывший городовой, а ныне мой десница, тогда сказал мне, что хороший правитель сам приводит в исполнение свои приговоры, но смогла бы я?

Поэтому, выбравшись из королевской крепости в одеждах своей же служанки, я стояла перед эшафотом вместе с толпой и ожидала казни. Хоть так я понесу наказание вместе с ними, потому что я была первопричиной всей этой жестокости. Кому как ни мне гореть в Пустоше за все свои деяния.

При виде Служительниц толпа вокруг меня зашумела, выкрикивая проклятия. Их вывели на эшафот и выстроили каждую возле своей плахи. Марина, Ксения, Ольга, Светлана, Карина и Марфа. Моя Марфа. У Марины так сильно дрожали руки, что было слышно, как гремят цепи на её руках. Ксения и Ольга шептали молитвы. Светлана отрешённо смотрела на свою плаху, Карина тихо плакала, лишь Марфа держала себя гордо и спокойно. Их одежды превратились в лохмотья, и красный цвет плащей был почти неразличим.

Я запретила стражникам устраивать самосуд, но, видя взлохмаченные грязные волосы, впалые щёки, царапины и синяки на лицах девушек, сжала сильнее кулаки.

— Хороший день, чтобы умереть, — непринуждённо протянул стоявший рядом со мной человек.

Я вздрогнула от неожиданности и поспешно отвернула голову, чтобы меня не узнали.

Мой сосед придвинулся ближе.

— Вы не находите, Ваше Величество?

Холодок пробежал по моей спине. Я резко повернулась и встретилась взглядом с янтарными глазами Данияра. Он смотрел на меня с решимостью, вопросительно поднимая свои брови.

Я тяжело выдохнула, ожидая, что Данияр не будет даже выслушивать мои объяснения и сразу уведёт обратно в крепость.

— Что ты тут делаешь? — возмущённо спросила я.

Он выпятил подбородок, и под его бронзовыми скулами залегли тени.

— Не воруй мои вопросы. Почему тебя вообще сюда потянуло? Ты что, не понимаешь, насколько это опасно?

Не найдя разумного объяснения, я нервно стиснула грубую ткань своего плаща и повернулась к эшафоту, где в чёрной рясе уже стоял судья. Он приковал к себе всё внимание толпы, которая с благоговением притихла, слушая его слова.

— Жители Нави, вы сегодня собрались, чтобы засвидетельствовать приведение в исполнение приговора преступникам. Сегодня на честный суд призваны Служительницы Ордена Мораны из страны Яви, которые были обвинены в многочисленных убийствах наших мирных жителей, в осаде города Грозовой Перевал и предательстве мирного договора, — толпа заюлюлюкала, бросая на эшафот камни и тухлую еду. Судья продолжал: — Беспристрастным судом было вынесено решение о казни этих преступниц через дыбу. Её Величество королева подписала указ о смягчении приговора. Их казнят путём отсечения головы.

— Всё никак не возьму в толк, — прошептал мне на ухо Данияр, — ты сюда пришла, чтобы испытать себя или назло Совету?

Я сдвинула брови. Конечно, я не была согласна со своим Советом, который твердил мне, что казни — не моя забота. Но я пришла сюда не из-за глупого противостояния.

— Я не должна была вовсе это делать. Нужно было настоять, — возразила я.

— Нет, должна была. Ты теперь королева и обязана защищать свой народ. Они и так не слишком радушно приняли новость о свержении короля. Если не они, то на этом эшафоте могла оказаться ты.

Помпезная речь судьи подходила к концу.

— Ваше последнее слово? — обратился он к Служительницам.

Марина была первой. Она оглянула толпу и встретилась со мной взглядом. Я напряглась, ожидая того, что она укажет на меня пальцем, назовёт моё имя и обрушит на меня град проклятий, но Марина слегка улыбнулась.

— Моя вера крепка. Пусть Морана встретит меня у своего Очага в Просторах.

И она опустилась на колени рядом со своей плахой. Вместе с ней, в полном молчании опустились и остальные сёстры.

— Забери мою душу, Морана, — Марфа тоже заметила меня среди толпы и, не отрывая взгляда, прохрипела, — Сделай наш путь лёгким.

На моих глазах навернулись горькие слёзы, потому что глубоко внутри я поняла, что эти слова она адресовала именно мне, а не нашей богине. Последнее, что я могла для них сделать… Я сделала несколько шагов вперёд под неодобрительный взгляд Данияра и слегка топнула ногой. Золотые нити завились, пряча своё свечение в притоптанном снеге, и побежали к эшафоту. В воздухе чувствовался терпкий, сладковатый запах моих чар, которые достигли своей цели. Золотые нити осторожно обхватили ноги моих сестёр, забирая их боль мне.

Наточенные топоры палачей заблестели при свете зимнего солнца, и вслед за ними по площади раздались глухие удары.

Я вскрикнула, и Данияр торопливо прижал меня к своей груди. Всё моё тело ощущало горячую агонию уходящей жизни.

— Довольна? Теперь и это будет мучать тебя ночами.

Он постарался увести меня подальше от эшафота, но я заупрямилась. Я видела уже достаточно смертей, от которых старалась убегать, но эти я хотела досмотреть до конца.

Яркая густая кровь стекала на снег с деревянного эшафота. Вокруг неё уже собиралось еле заметное свечение, которое видела только я. Маленькие искорки большим роем окутали тела моих сестёр и взмыли в небо. Их души покидали этот мир, и я всем сердцем надеялась, что теперь их путь будет лежать в Просторы.

— Нам пора идти, — мягко сказал Данияр.

Когда трупы стащили с эшафота, толпа одобрительно закричала и ринулась вперёд, толкая и пиная меня со всех сторон.