Анастасия Ермакова – Следуй за белой совой. Слушай своё сердце (страница 4)
Часа в 2 все-таки выехали.
Альбер был весел, шутил и о чем-то рассказывал. Нэша была задумчива и молчалива.
К вечеру добрались до Леха, где находился ашрам Дава.
– Ты пойдешь со мной? – спросил Альбер, видя, что Нэша собирается идти к мудрецу с ним.
– Почему бы и нет?
Ашрам пустовал.
Не было помощника-монаха, как в прошлый раз. Не было и самого Дава.
Нэша первая вошла в помещение, в котором неделю назад уже побывал Альбер, пересекла весь зал и по-хозяйски уселась на то место, где в прошлый раз сидел Дава.
– Нэша, прекрати, – напряженно воскликнул Альбер. – Здесь эти шутки неуместны. Слезай оттуда!
Нэша не шелохнулась.
– Ты хотел задать вопрос, не так ли? Так задавай. Чего ты ждешь, – голос девушки чуть дрогнул.
Альбер словно оцепенел.
– Что??! Нэша??? – наконец вымолвил он.
– Одно из моих имен, как и Дава. Не понимаю, с чего ты взял, что Дава – это мужское имя.
– Но… как? Почему ты?
– Белая сова позвала меня. Указала мне место, где я нужна. И вот уже 5 лет я здесь. У каждого своя белая сова, и она всегда зовет нас, только нужно понять куда. Задавай свой вопрос, если он у тебя еще есть.
Альбер молчал.
– Ты хотел увидеть своего главного врага, так смотри, – она протянула руку и взяла с алтаря начищенную до блеска чашу. Поднесла ее к лицу Альбера.
Альбер глянул на свое искаженное отражение и сказал, кивнув:
– Я знаю это. Но не знаю, как победить его.
– Тебе не нужно побеждать его. Пока ты не перестанешь бороться – ты не найдешь счастья и спокойствия души. Борьба разрушает. Когда ты сражаешься с чем-то, ты неизбежно становишься частью того, против чего борешься. Ты должен принять себя.
– Многие говорили мне это, но я не верю этим словам. Зачем принимать то, что тебе не нравится?
– Я вижу твое будущее. Я вижу твое прошлое. Но тебя настоящего я не вижу. Тебя нет. Понимаешь?
Альбер глядел в черные глаза Нэши и видел в них глаза тех, кто был и будет ему дорог.
Закат рыжим пламенем наползал на город. По сводам ашрама тонкими змеями поползли длинные тени.
Двое молча выходили из храма навстречу первым плывущим с запада звездам.
Утром Альбер встал сам, без пинка Нэши.
Позавтракали, говорили о всяких отвлеченных мелочах.
– Ты поедешь со мной в Дели? – спросил Альбер.
– Нет, останусь здесь еще на пару месяцев. Много людей ждут ответов от Дава.
Альбер кивнул, поднялся из-за стола и взял рюкзак.
– А я, пожалуй, вернусь в Подебрады, – бодро сказал он, внутренне готовясь к прощанию. – Моя белая сова зовет меня туда. Скоро будет год, как я не был дома.
– Чем займешься?
– Открою издательство. Найду авторов и буду печатать книги о таких, как ты.
– А какая я? – вскинула бровь Нэша.
– Удивительная! – Альбер крепко обнял Нэшу и быстро вышел из домика.
Нэша осталась внутри. Она слышала, как Альбер завел мотор и через какое-то время старый раздолбанный джип унесся, оставив позади себя лишь облако пыли.
Пару минут Нэша сидела неподвижно, гоня от себя глупые мысли и комок подступивших к горлу слез. Потом вскочила, подбежала к зеркалу и, вглядываясь в свое отражение, сказала себе:
– Ты знала, что все будет так. Твой путь выбрал тебя давным-давно.
И, улыбнувшись странной улыбкой, подумала: «Может быть, мы еще встретимся, Альбер».
Джип летел по оранжево-серой каменистой дороге. Солнце только начинало припекать, и окна были настежь открыты.
Альбер потянулся и достал из кармана рюкзака смятую, замызганную пачку сигарет и с наслаждением закурил.
Нажал кнопку магнитолы.
Просторы Тибета разрезал голос той самой американки из 60-х.
Альбер усмехнулся и, выкрутив звук на максимум, выжал до упора педаль газа.
КОНЕЦ
Семь дней надежды
(повесть)
Нас было шестеро. Анабель Норьега, молодая учительница из Сан-Хуана, ехавшая на Isla-de-la-Esperanza на стажировку. Двое строителей откуда-то из Центральной Америки – Мексики, а может быть, Гватемалы: рослые, хорошо сложенные парни лет под тридцать. Без умолку болтавшая сеньора Мария Ду Карну – пожилая португалка, отправившаяся на остров к дочери, вышедшей замуж за профессора местного университета, приезжавшего в Lisboa год назад и уехавшая с мужем на Эсперансу. Сама Мария Ду Карну продала свой маленький уютный домик в пригороде Лиссабона и поехала вслед за дочерью, у которой родился сын, и с ним некому было сидеть, а пожилой Марии дочь обещала найти работу на острове – например, поварихой в местном ресторанчике. 3
Все это рассказала по пути на остров сама сеньора Мария Ду Карну, причем не только мне, но и всем пассажирам небольшой грузовой лодки, на которой нас перевозили с главного острова на тот, где нам предстояло остаться. Кому-то навсегда, а кому-то, как мне, – на срок действия контракта по найму.
Был среди пассажиров также паренек лет пятнадцати, тихий и необычайно для этих мест скромный венесуэлец. Он ехал работать смотрителем на пляже при недавно открывшемся на Эсперансе отеле.
Пятой участницей этого путешествия была я, а шестым – Тьерри Бижо, св. отец из города Парижа, степенный полноватый мужчина лет сорока пяти с некрасивым, но добрым и спокойным лицом. И что этот падре забыл на маленьком острове, затерянном в Карибском море?..
Строители смеялись, не переставая болтали и подмигивали Анабели. Она делала вид, что ее раздражают знаки их внимания, а сама то поправляла прическу, то смотрелась в крохотное зеркальце, которое то и дело доставала из сумочки.
Я же, устав от нескончаемых рассказов дамы из Португалии, молча сидела у окна и бездумно глядела на быстро и приближавшийся берег.
«С этого дня начинается моя жизнь на этом острове», – кажется, так должен был подумать каждый из нас – искателей чего-то своего на тропическом острове.
Я ступила на мокрый деревянный причал и застыла, словно обращенная в камень Медузой горгоной. Я не хотела идти дальше. Но лодка, как мне думалось в те мгновения, прибыла из ниоткуда и через несколько минут отправлялась в никуда.
Я стояла, силясь наконец понять, зачем же я здесь.
– Эй, ты! Ты что, глаза потеряла? – грубо крикнул чуть не наткнувшийся на меня портовый грузчик, тащивший на тележке ящики с бананами, а может, с папайей, на борт маленькой грузовой лодки, с которой мы только что сошли.
Другие грузчики дружно и громко засмеялись, и я поспешила быстро пройти мимо них, не слушая их свиста и летящих в мой адрес шуточек, и ступила на гостеприимный берег Ислы-Эсперансы.
Анабель Норьега уже шла далеко впереди по красивой узкой аллее из пальм и акаций, надо полагать, ведущей к иммиграционному центру, где нам нужно было зарегистрироваться и оформить все необходимые документы.
Она оглянулась и, увидев меня, решила подождать.