Анастасия Дёмина – Тень ворона (страница 6)
Иван, предположив, что неожиданный визит дружинника связан с крайне наглой даже по их меркам вылазкой на склад Федотова, уже собрался попятиться, чтобы не слушать упреков, что они слишком много на себя берут и обязательно попадутся, если не будут осторожнее. Но тут невнятное бормотание на три голоса прервал едва не ушедший в поросячий визг возглас Федора:
– Что значит «казнить всю семью»?!
Вздрогнув, Иван припал к земле и едва ли не ползком добрался до угла избы, чтобы не упускать больше ни единого слова.
Радимир, стоящий с братьями под старой, уже почти не плодоносящей яблоней, зашипел на Федора, после чего раздраженно дернул себя за бороду. В темноте Иван не мог разглядеть выражений лиц ни его, ни братьев, но по их напряженным плечам и тому, как Федор выкручивал себе руки в запястьях, было очевидно, что разговор был нелегким.
– Государь так сказал, – тяжело вздохнув, убито прогудел Радимир, – что отныне все, кто будет на него роптать и сопротивляться приказам, будут казнены. А до того подручные Змея, когда он через пять дней прибудет на свадьбу с царевной, казнят всех подозреваемых в бунтарстве вместе с родными, чтобы другим неповадно было.
– Но это же… – начал Павел, но не договорил.
Радимир кивнул и сокрушенно покачал головой.
– Я не знаю, о чем он думает. Даже не так: я не знаю, о чем думает этот змейский крысеныш Тихон, нашептавший ему на ухо такую подлость. Резать целые семьи от мала до велика из-за одних подозрений, без суда, просто потому, что кто-то на кого-то пальцем укажет? И ведь это будет только начало, потом же все друг на друга начнут поклеп наводить по первой же обиде, чтоб того казнили, а им все барыши! Это безумие, – простонал он.
Иван не верил своим ушам. Царь велел всех подозреваемых в бунтарстве казнить вместе с родными? Но… как он мог? Иван, конечно, понимал, что рискует, когда вместе с верными друзьями-ровесниками решил всеми способами противостоять гнету хлынувших в Бряжск разбойников и соблазненных легким обогащением бояр, но у него и в мыслях не было, что из-за его выходок мог пострадать кто-то еще кроме него самого. А теперь царь казнит его братьев? Его захворавшую сердцем мать, слегшую после убийства мужа и редко теперь находящую в себе силы подняться надолго с печи?
От ужаса он не мог пошевелиться. Что же теперь делать? Предупредить своих и самому затаиться? А какой смысл? Иван знал, что его давно подозревали, просто руки никак не доходили, а особо горячим и скорым на расправу дружинникам – не без подсказок Радимира – он старательно не попадался на глаза. Бежать-сдаваться? А это что-то изменит? Убережет родных? Но надолго ли, если царь не изменит свою жестокую волю?
Но если ему удастся выиграть отсрочку для братьев и матери, неважно, сколь долгую, – на год, месяц или несколько дней…
Не чуя собственного сердца, обмершего в страшном предчувствии, Иван тихонько попятился, не желая привлекать внимание Павла и Федора. Потому что они попытаются его остановить, убедить, что они что-нибудь придумают, защитят его и семью…
На левое плечо мягко легла чья-то ладонь, и он резко развернулся, рука метнулась к ножу на поясе, но запястье перехватили тонкие, цепкие пальцы. Приоткрывшийся рот зажала узкая ладонь, и Иван встретился с удивительно светлыми глазами, в чьих черных зрачках отражались щедро рассыпанные по небу звезды.
Иван сглотнул. Два года прошло с тех пор, как он в последний раз видел личную служанку царевны, но тотчас узнал, хотя ее лицо вытянулось, подбородок чуть заострился, но слегка вздернутый носик и широкий лоб остались прежними. Как и пристальный, ничего не упускающий взгляд.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.