Анастасия Дёмина – Школа лукоморцев (страница 35)
– О чём я и говорю! – воскликнула Катя и, схватив Костю за руку, потащила его за собой в глубь вестибюля. Обогнув лестницу, она свернула вправо. – А разве может быть менее очевидно место для хранения артефактов, чем это?
Остановившись, девочка ткнула пальцем в табличку рядом с закрытыми двойными дверями в стене напротив столовой.
– Музей, – медленно прочёл Костя. В его голове забрезжило смутное понимание, на что намекала Катя.
– Ты думаешь, что тайный ход в Схрон с настоящими волшебными артефактами спрятан в музее с их репликами? – недоверчиво протянул Никита.
– Пусть Костя скажет. – Катя, сияя леденцовыми глазами, улыбнулась Косте и кивнула на закрытые двери. – Светится?
Костя с опаской посмотрел на двери.
– Признаться, я даже смотреть боюсь. В прошлый раз меня ослепило, хотя я специально и не запускал своё зрение.
Катя досадливо закатила глаза и, развернувшись к дверям, повернула ручку замка. Но двери оказались заперты.
– О, мой черёд блистать, – хитро улыбнулась Жанна, доставая из кармана толстовки что-то вроде потёртого портмоне. Выудив из него три проволочки, она отодвинула Катю и присела перед замком.
Никита с сомнением посмотрел на неё, затем перевёл взгляд на Костю и Катю.
– Погодите, вы думаете… что реплики – это на самом деле не реплики, а оригиналы?! – На последнем слове он едва сорвался на фальцет.
Катя развела руками:
– Это лишь предположение, но оно бы объяснило такую разную реакцию Кости. Я думала, что его тогда ослепило на входе в музей из-за картин, потому что, кроме них, что там может быть такого ценного? Украшения? Вставки из золота и драгоценных камней? Но в галерее, которая намного у́же, Костя спокойно ориентировался. Значит, света картин недостаточно, чтобы залить всё пространство вокруг. Так почему музей в его глазах так ярко светится?
– Потому что он полон не просто картин, а вещей, чья ценность зашкаливает, – ответил сам Костя. – Причём не в смысле, что они дорого стоят. – Он переглянулся с Катей, чувствуя, как сердце заходится в предвкушении. – А что они магически бесценны.
В этот момент громко щёлкнул замок.
– Та-дам! – триумфально воскликнула Жанна и распахнула одновременно обе двери.
– Нужно проверить нашу теорию, – деловито сказала Катя, нашарив на стене выключатель. Зал озарился приглушённым светом, щадившим произведения старины. – Найти что-нибудь такое, что в обычном смысле малоценно, но если это настоящий артефакт, он в глазах Кости засветится.
Все четверо посмотрели по сторонам. Костя помнил, что витрина с серебряным блюдцем и красно-золотым яблоком стояла где-то в дальнем правом углу музея.
– Там, – указала пальцем Жанна на вторую витрину слева, где лежали три клубка пряжи: светло-серый – самый маленький, не больше абрикоса, тёмно-коричневый, размером с апельсин и чёрный, сравнимый с грейпфрутом. – Если это просто шерсть, она точно особой ценности не представляет.
Ребята столпились перед витриной. Костя на всякий случай приставил к глазам ладони, как если бы закрывался от солнца, и, наклонившись почти вплотную к стеклу, повторил упражнение.
И с присвистом вдохнул, потому что три шара шерсти вспыхнули как мощные софиты, так, что глаза заслезились. Костя торопливо выпрямился и, быстро моргая, чтобы поскорее прогнать бегающие перед глазами радужные пятна, махнул на витрину перед собой.
– Это точно артефакты. Иначе я боюсь представить, из шерсти какого пришельца свили эти нити, что они так светятся.
Катя, восторженно взвизгнув, в порыве чувств подпрыгнула и схватила Костю за руку. Жанна и Никита с почти идентичными победными улыбками дали друг другу пять.
Костя повернулся к дальней стене музея и уже поднял ногу, чтобы шагнуть к ожидающему там серебряному блюдцу и наливному яблочку, которые помогут найти его родителей…
Как вдруг гулкую тишину спящего лицея нарушили медленные хлопки.
Глава 22
Бой
– Браво! – воскликнул стоящий на пороге музея Василий. – Гениально!
Опустив руки, мужчина упёр их в бока, широко шагнул внутрь и огляделся. На его губах играла какая-то странная улыбка, неестественно широкая и в то же время зловещая. Хотя, возможно, она казалась такой из-за угрожающе удлинённых клыков. Волосы на голове мужчины торчали во все стороны жёсткими космами, а глаза светились как оранжевые фары.
Когда хищный взгляд остановился на Косте, тот невольно сглотнул и сделал шаг назад, пряча притихшую Катю себе за спину. Никита застыл на месте и испуганно моргал, а Жанна с подозрением прищурилась и слегка наклонилась вперёд.
– Но вы молодцы, – всё тем же звенящим от веселья голосом продолжил Василий, кивая. – Быстро соображаете. А уж смекалке вашей можно только позавидовать – чуть меня врасплох не застали за ужином. У меня и в мыслях не было, что вы так быстро организуетесь. Я был уверен, что придётся самому вам идейку с мёртвой водой подкинуть, даже начал прикидывать, когда смогу выпросить у директрисы пузырьки, а вы сами докумекали, да так быстро! И суток не прошло! Вот что значит правильная мотивация.
Костя почувствовал, как пальцы Кати сжались на его запястье. Он пока ещё не понимал, что происходит, но нутром чуял, что что-то нехорошее.
– Вы знаете о мёртвой воде? – растерянно пролепетал Никита.
– Конечно, знаю, и даже подозреваю, где вы её взяли, маленький негодник, – шутливо погрозил когтистым пальцем Василий. Костя не знал, почему он до сих пор был в полуволчьем обличье. – Я её унюхал, пока стоял в очереди в столовой. Признаться, от неожиданности чуть себя не выдал: только я стал план строить, как подвести вас к мысли о ней, а вы – бах! – уже всех опоили! Хорошо ещё, что успел вовремя найти источник, уж больно водичка была разбавленная, и предупредить своего дорогого помощника, а то глупо бы получилось, если бы он тоже уснул до утра. А потом мне оставалось лишь делать вид, что я вместе со всеми пью чай.
– Помощника? – переспросил Костя, едва узнавая собственный голос.
Василий криво ухмыльнулся, блеснув клыком, развернулся лицом к входу и театрально раскинул руки в стороны.
– Покажись!
Пару секунд ничего не происходило. Затем из-за открытых дверей послышалось шарканье резиновых подошв по паркету, и в проёме возникла знакомая белобрысая фигура.
– Веник! – выпалила Жанна.
Даже в мягком свете музейных ламп Игорь Голицын выглядел нездорово бледным, глаза его были широко распахнуты и едва не лезли из орбит. Он был настолько не в себе, что никак не отреагировал на ненавистное прозвище.
Василий при виде своего помощника встал в триумфальную позу, возведя руки к потолку.
– Два года! – Повернувшись вбок, он ткнул пальцем в сторону Кости. – Два года я как проклятый слонялся по всей стране, бросался проверять каждую наводку… – Мужчина спрятал лицо в ладонях и придушенно взвыл: – А-а-а!.. Два года! А ты всё это время был так близко!
– Я? – вырвалось у Кости.
Василий отнял руки от лица и посмотрел на него. Канул в прошлое строгий, но всегда готовый пошутить и помочь избежать неприятностей мужчина – в глазах этого серого-волка пылала очень старая, не нашедшая выхода злость и какой-то маниакальный восторг. Как у узника в заточении, когда стены его тюрьмы внезапно обрушились, открыв путь к свободе, о которой он уже перестал мечтать.
– Ты, кощей, – процедил Василий, и даже в его тоне уже не слышалось былого жизнерадостного юмора. Он небрежно махнул в сторону Игоря. – Это как в тех многоуровневых головоломках: ну есть у тебя решение второй загадки, а что толку, если ты не можешь пройти первую? Потому что только ты мог привести меня сюда. К настоящему Схрону. Никто не знал, где они его прячут. Даже в самом лицее об этом наверняка знают единицы. – Мужчина покачал головой. – Но стоит отдать им должное: мне бы и в голову не пришло искать его здесь. Никому бы не пришло.
– Я вас… не приводил… – начал Костя, но осёкся.
Василий снисходительно на него посмотрел.
– А кто тебе о нём рассказал, пацан?
Сердце Кости ухнуло в пятки. В голове зашумело. Он вспомнил вчерашнюю встречу и разговор в домике в лесу, когда Василий спросил его о родителях… Как
– Вы… вы специально это сказали… чтобы я искал Схрон… – прошептал Костя.
– И ты его нашёл! Да ещё так быстро! – Василий перевёл взгляд ему за спину, и Костя услышал, как Катя быстро вдохнула. – Хотя за это стоит сказать спасибо твоей сообразительной подружке.
– Вы за нами следили, – заговорила Жанна, впервые с момента появления Василия в музее. Костя поразился, как ровно звучал её голос.
– Скорее подслушивал, – повёл плечом мужчина. – Сейчас в лицее так тихо, что я прекрасно слышал вас отсюда, даже когда вы были на третьем этаже школы. Но довольно болтовни. – Василий ткнул в них пальцем, будто отдавал команду собаке: – Стойте там и не мешайте. И вам ничего не будет.
Никита при этих словах придушенно пискнул, а Жанна пихнула его назад и сама попятилась, оказавшись вровень с Костей.
Василий тем временем отвернулся от них и гаркнул:
– А ты куда намылился?
Взгляд Кости метнулся к Игорю. Тот успел бесшумно сместиться к краю проёма, будто планировал дать дёру. Но Василий же назвал его своим помощником?