Анастасия Дес – Я ненавижу любить тебя (страница 23)

Две недели я жила как в тумане.

Ходила в школу, делала уроки, разговаривала с мамой, смеялась вместе с Кристиной – но все это было не по-настоящему. Словно я смотрела на свою жизнь со стороны, через мутное стекло.

Мысли о Роме не отпускали ни на минуту. Где он? Что с ним? С ним все в порядке? Каждый вечер я смотрела в окно его квартиры – там было темно. Он не возвращался.

Визитка Кирилла лежала в моем столе, и я перечитывала ее каждый день. Номер, имя, название какой-то компании. Я не звонила. Но и выбросить не могла.

Кристина заметила, что со мной что-то не так.

– Ты какая-то потерянная, – сказала она однажды, когда мы сидели в кафе после школы. – Что случилось?

– Ничего, – соврала я.

– Не ври, – она накрыла мою руку своей. – Настя, я вижу, что ты мучаешься. Это из-за Ромы?

Я кивнула, не в силах говорить.

– Он вернется, – сказала она. – Обязательно.

– А если нет? – прошептала я.

– Вернется, – повторила она твердо.

Я хотела рассказать ей о Кирилле, о его предложении. Но что-то остановило меня. Может быть, стыд. А может быть, интуиция, которая шептала, что этому парню нельзя доверять.

На пятнадцатый день я не выдержала.

Набрала номер Ильи, друга Ромы.

– Алло, – ответил он после третьего гудка.

– Илья, это Настя. Ты не знаешь, где Рома?

– Насть, я же говорил, не лезь, – в его голосе послышалось раздражение. – Ему сейчас не до тебя.

– А до чего ему? – я повысила голос. – Илья, я имею право знать. Я его девушка.

– Бывшая, – ответил он жестко.

Я замерла.

– Что?

– Он сказал передать, чтобы ты его забыла, – Илья вздохнул. – Что все кончено. Не жди его.

– Он не мог так сказать, – прошептала я. – Ты врешь.

– Не вру, – ответил он устало. – Извини, Настя. Так лучше для всех.

Он повесил трубку.

Я сидела на кровати, сжимая телефон в руке, и не чувствовала ничего. Пустота. Абсолютная пустота.

А потом боль пришла. Такая сильная, что я согнулась пополам, обхватив себя руками, и завыла.

Мама прибежала на крик. Обняла, прижала к себе, зашептала что-то успокаивающее. Но ничего не помогало. Рома меня бросил. Не просто уехал – бросил. Сказал забыть его.

– Все пройдет, доченька, – шептала мама, гладя меня по голове. – Все пройдет.

– Не пройдет, – всхлипывала я. – Никогда не пройдет.

В ту ночь я решила, что позвоню Кириллу.

На следующий день после уроков я набрала номер. Трубку сняли после первого гудка.

– Настя, – голос Кирилла звучал так, будто он ждал моего звонка. – Я знал, что ты позвонишь.

– Откуда? – спросила я.

– Потому что ты любишь его, – ответил он. – А любовь толкает людей на отчаянные поступки.

– Я согласна, – сказала я, чувствуя, как внутри все сжимается. – На твое предложение. Но с условием.

– Каким?

– Ты поможешь Роме. Вытащишь его из этой истории. И тогда я буду делать все, что ты скажешь.

– Договорились, – он усмехнулся. – Встретимся завтра у торгового центра в шесть. Я расскажу, что нужно делать.

Он отключился, а я осталась стоять посреди школьного двора, чувствуя себя так, будто подписала договор с дьяволом.

На следующий день я пришла на встречу.

Кирилл ждал меня у входа в торговый центр. На нем была черная кожаная куртка, джинсы и дорогие кроссовки. Выглядел он как модель с обложки глянцевого журнала – ухоженный, стильный, самоуверенный.

– Идем, – сказал он, беря меня за руку. – Нам нужно кое-куда заехать.

– Куда?

– Увидишь.

Мы сели в его машину – черный «Мерседес» последней модели. Салон пах кожей и дорогим парфюмом. Кирилл вел уверенно, одной рукой, второй держа меня за руку. Его пальцы были длинными и холодными.

– Не бойся, – сказал он, заметив, что я напряжена. – Я не кусаюсь.

– Я не боюсь, – соврала я.

– Врешь, – он усмехнулся. – Но это даже мило.

Мы приехали в элитный район, где дома стояли далеко друг от друга, окруженные высокими заборами. Кирилл припарковался у одного из них – белого особняка с колоннами.

– Это твой дом? – спросила я.

– Нет, – он покачал головой. – Это дом человека, который решает судьбу Ромы. Пойдем, я познакомлю тебя с ним.

У меня подкосились ноги.

– Я не хочу туда идти.

– Ты хочешь спасти Рому? – спросил Кирилл.

– Да.

– Тогда идем.

Он взял меня за руку и повел к воротам. Охранник пропустил нас без вопросов, только кивнул Кириллу.

Внутри дом оказался еще роскошнее, чем снаружи. Мраморные полы, хрустальные люстры, картины на стенах. Пахло дорогим табаком и чем-то сладким.

В гостиной за столом сидел мужчина лет пятидесяти – полный, с седыми волосами и тяжелым взглядом. На его пальце блестело массивное золотое кольцо.

– Кирилл, – он поднялся. – А это, видимо, та самая девочка?

– Да, дядя Витя, – Кирилл подтолкнул меня вперед. – Настя.

– Настя, значит, – мужчина окинул меня изучающим взглядом. – Красивая. Я понимаю, почему Корсаков за нее так переживает.

– Что вы хотите? – спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.