Анастасия Дебра – Утопая в звёздах (страница 33)

И что я скучал по ней и по ее клубничному шампуню для волос.

Я рассказал ей о том, что стал выше. Об Остине, который не был похож на других, но был крутым. Я упомянул подруг Тедди, которые всегда хихикали, если оказывались рядом, и Мильта, который заботился о том, чтобы в его комнате был заряжен джой-кон[14] на случай, если я захочу поиграть с ним.

Я рассказал ей о своих первых занятиях в старшей школе Покипси и о том, что стал гораздо сильнее, чем при выписке из больницы. О том, что мы с Майком играем в баскетбол во дворе. Я спросил ее о Токсе и парнях, а также о том, как проходили ее занятия. Спросил, как дела у ее мамы и живет ли с ними до сих пор Бик.

И написал, что скучаю по ней.

Я так и не получил ответа. И через год я писал Пикси только в своих мыслях.

Глава 33

Не могу сказать, что все было идеально. Это не так. Тедди тоже взрослела, и вместе с этим ее менструальные циклы. У нее были очень сильные перепады настроения, и всем нам, ребятам, приходилось где-то отсиживаться пару часов в такие моменты.

Я ходил к неплохому психологу, но какого-то чуда не случилось. Остин рассказал мне в одну из ночей, когда выходил покурить, что тоже ходил к психологу, когда над ним издевались в средней школе. Поскольку мне было всего пятнадцать, пришлось пойти к детскому психологу вместо того, хорошего, к которому ходил он, но как только мне исполнится восемнадцать, я смогу пойти к нему.

Остин учился в двенадцатом классе, Мильтон – в одиннадцатом. Я был в десятом, а Тедди – в восьмом. Ходить каждый день с ними в школу напоминало мне о том, как мы ходили туда с Пикси. У Мильта друзья были тихими, они представляли собой небольшую группу очень остроумных парней. Остин знал всех: школьную медсестру, секретаря в приемной, девятиклассников и даже обслуживающий персонал. И каждый из них по-особенному шутил с Остином или приветствовал его.

Так как я был с ними связан, меня приняли. Остин буквально подвел меня к столику в столовой и сел рядом со мной в мой первый школьный день.

– Триша, Маккензи, Бейли, Дрю и Марк, это ваш новый друг, Гейз. Вы были тщательно отобраны, потому что дружелюбны, забавны и не придурковаты. Поздравляю. И дарю вам своего нового младшего брата. Дрю и Марк играют в баскетбольной команде. Леди и джентльмены, если кто-нибудь будет приставать к нему, напишите мне. Гейз даст вам мой номер.

Остин встал, быстро помассировал мне плечи, поцеловал в макушку, словно я был щенком, снял шарф со своей шеи и накинул на мою, а затем ушел.

Вступительное слово было идеальным, Остина считали легендой, и все были в восторге от того, что у них теперь есть его номер.

Я объяснил, что я приемный ребенок, но никто, казалось, не удивился, так что, видимо, слухи уже распространились. Я попросил каждого из них рассказать о себе, мы добрались до Бейли, которая сказала, что она чирлидерша, и тут прозвенел звонок. Я достал свое расписание, Марк и Триша пошли со мной, их кабинеты были в том же направлении. Они объяснили, как мне попасть на следующий урок, к тому же еще на два урока со мной должны были пойти Маккензи и Дрю, так что все было в порядке.

Так началась моя учеба в старшей школе. В тот день я сыграл в баскетбол с Дрю и Марком после школы, и они пообещали, что поговорят с тренером обо мне. Остин ждал, прислонившись спиной к кирпичной стене, время от времени присвистывал, поддерживая меня. Когда мы закончили, я попрощался со своей новой командой и направился к Остину, он затушил свою тайно выкуренную сигарету и расцеловал друзей в обе щеки на прощание.

– Как все прошло?

Мы подошли к его машине. Мильт и Тедди поехали домой на автобусе, потому что не хотели ждать.

– Отлично. Школа сама по себе отстой, но люди милые. И Дрю, и Марк думают, что я без проблем попаду в команду на пробах.

Я открыл дверь его винтажного «Мустанга».

– О, так и будет. Могу поспорить, что тебя и в университетскую команду пригласят, как только увидят, на что ты способен.

Он завел машину и два раза посигналил на выезде.

– Чувак, ты так сильно напоминаешь мне Пикси. Она могла просто войти в комнату и подружиться с кем угодно.

Я постучал кончиками пальцев по консоли.

– Так было не всегда, лютик. Пришлось побороться за это. И держу пари, твоей подружке тоже. Они ужасно меня мучили, когда я был младше.

Я видел, как призрак минувших дней застилает его глаза. Узнал это ощущение самозаточения в подземелье из воспоминаний о Брюсе. В новом доме мне нравились все, но Остин был на другом уровне. Я чувствовал, что могу рассказать ему обо всем на свете. Он всегда был таким открытым, что я ощущал себя в безопасности и отвечал ему тем же.

Я боялся, что пропаду без него, когда он съедет из дома. Конечно, мысленно я оставлял Брюса в прошлом. Никогда не забывал о Пикси, но каждый прожитый день менял меня. Вся семья приходила на мои баскетбольные матчи, а подруги Тедди из группы поддержки называли себя моими поклонницами и болели только за меня. Команда из-за этого устроила мне взбучку, и я был уверен, что покраснел, но все равно было очень весело. Я знал, что Тедди все еще была ребенком и спала с плюшевым мишкой, поэтому предполагал, что и ее подруги, вероятно, были такими же. В основном меня интересовала игра. А Майк был потрясающим тренером. Он делился со мной советами и приемами, которые демонстрировали, насколько он хорош в баскетболе. Гордость в его глазах, когда я забивал три очка один за другим, вызывала привыкание.

Выпускной вечер Остина был грандиозным событием. В честь него украсили дом, и огромная фотография Остина красовалась на лужайке. Мы потеряли счет тому, сколько людей пришло на его вечеринку, но казалось, что здесь была вся чертова школа. Тем летом мы все вместе выбирали место для отдыха. Собирались в отпуск! Одни хотели Диснейленд, другие – остановиться в пляжном домике. Было здорово разглядывать варианты в разных брошюрах, разложенные на столе. Но вскоре после того, как мы начали это обсуждать – буквально на следующий день, – Ронна убрала все брошюры подальше. Они с Майком постоянно о чем-то перешептывались. И я знал, что речь идет обо мне. Что-то должно было произойти.

Глава 34

2 года спустя…

Я потянулся, проснувшись. Болел каждый мускул. Вчера мы с Майком целый день тренировались во дворе. Суббота – день тренировки. Сказать, что мы сблизились, было бы преуменьшением. Он лучший тренер, который у меня когда-либо был. Когда он надевал бандаж на колено, то обладал практически неограниченной энергией. Он толкал меня и хвалил, мы перешучивались. Ронна занималась реставрацией уличной мебели. У нее был сарай, переделанный в хозяйственную пристройку, где она хранила инструменты и проекты, но в хорошие дни ей нравилось погреться на солнышке. На ней была маска, она зачищала и красила дерево вдалеке.

Кроме того, снаружи появлялись мои приемные братья и сестра, их друзья, некоторые из которых были и моими. Хуже всех вели себя подружки Тедди: они хихикали и старались как можно чаще выходить на улицу, чтобы посмотреть, как я играю в баскетбол. Плескались в бассейне в купальниках и слушали поп-музыку.

Иногда я принимал то, что новая реальность выходила за рамки, но в таких условиях это считалось нормальным.

Пока тренировались, мы с Майком заметили машину на подъездной дорожке, полную друзей-геймеров Мильта. Недавно появилась новая игра, от которой они все были без ума. Когда они вышли, мы увидели, что на них костюмы и какое-то игрушечное оружие. За ними весело и очень интересно наблюдать, когда они устраивают турниры в своем логове.

Остин учился на втором курсе местного колледжа и хотел поскорее перевестись в школу моды. Хотя, если бы он остался дома, я бы не жаловался: Остин стал моим любимым братом. Но не лучшим другом, потому что им всегда была Пикси – до ее предательства, конечно.

Теперь я был выше Майка, и мы с Остином уже два года тягали гантели в гараже. Методом проб и ошибок мы научились наращивать мышцы и все еще смеялись над тем, что когда-то у нас был период «только рук»: рыхлые животы, но зато гигантские бицепсы.

Мы стали сильными и очень привязались друг к другу. Когда мы вместе пошли в старшую школу Принсвилла, я думал, над Остином будут издеваться, потому что он в первый школьный день надел юбку и подвел глаза. Сильнее я еще не ошибался. Появиться там в качестве его брата ощущалось так, словно мне сразу же выдали корону или что-то в этом роде.

Кстати, о коронах: на выпускном балу Остин выиграл в номинации «Потрясающий», и его корона была гигантской. Сначала шли король и королева бала, а после них – Остин. Позже он рассказал мне, что переспал со всеми, кто входил в тусовку лучших выпускников.

Вот кто такой Остин. Ходить в школу без него было отстойно, но два лета подряд я жил с мыслью, что такова моя работа, заканчивающаяся в шесть ноль пять.

Ронна любила «жаловаться» на то, что я расту и ей приходится постоянно покупать мне новые штаны, но помимо этого она отмечала черточками мой рост на стене, записывая мое имя и дату рядом каждый раз, когда ей казалось, что я вырос.

Фотографии, которыми я восхищался, когда впервые попал в этот дом, теперь были дополнены снимками со мной. Эта семья твердо решила найти место для меня, ни на мгновение не поколебавшись.