Анастасия Борзенко – Я говорю не с тобой (страница 8)
Карие глаза мужчины горели как яркие фонари, он словно обладал чем-то магнетическим и от того было просто невозможно оторвать от него взгляда: мягкие большие губы улыбались легко и непринужденно, и улыбка открывала на скулах с ровной щетиной прелестные глубокие ямочки.
Плечи и руки радовали глаз ровными гладкими бугорками на блестящем материале куртки, а в руках он держал большой зонт-трость, на котором озорничали капли дождя. Словно гибкие гимнастки они отрывались от плащевой ткани как от батута и беспорядочно кувыркались в воздухе.
Лиза сильно пожалела, что не надела шерстяного платья, оно удачно подчеркивало фигуру, а насыщенный зелёный цвет выгодно выступал огранкой для ее глаз. Все это проклятая практичность… Она уныло вздохнула, стараясь не думать о своем сером наряде. Хорошо, хоть глаза подвела перед завтраком.
Она прикрыла рот ладошкой и тихонько прошептала:
— Скажи, что я уже выпила все вино в доме и теперь схожу с ума, и этот красивый мужчина мне просто мерещится…
Александра сидела бледная и не могла произнести ни слова, ее словно парализовало.
Мужчина с улыбкой оглядел девушек и не торопил с ответными приветствиями, в глазах плясали шаловливые чертики. Он привык к такой реакции со стороны женщин и терпеливо и благодарно ее принимал.
— Доброе утро… — через силу выдавила из себя Лиза, язык словно прилип к небу и не хотел двигаться, чтобы не спугнуть этого прекрасного незнакомца.
Мужчина говорил очень тихо, и его низкий голос приятно обволакивал душу.
— Я тут прогуливаюсь, и увидел, что у вас горит свет… Еще удивился, что в такую непогоду здесь кто-то есть.
— А вы рыбу ловите? — восхищенно спросила Лиза.
Лиза улыбалась, но в ее больших глазах была такая досада, что Лиза сама почувствовала, насколько неестественна ее улыбка. Разочарование воткнулось в душу, будто большая и острая заноза и болезненно ковырялось в ней тяжелыми несбыточными надеждами.
Если бы этот не дождь, они бы устроили волшебный завтрак… Мужчина забрел бы на рыболовную площадку, чтобы ближе полюбоваться прекрасным видом реки и не устоял от приглашения присоединиться к утренней чайной церемонии.
Она бы непременно была в зеленом платье и завитыми кудрями. Лиза уже чувствовала холодное прикосновение безнадежности к своему сердцу, как вдруг ее осенило. Ничего же не мешает сделать ему предложение остаться на чашку чая сейчас! Кроме серого костюма, разумеется…
Только она собралась будто бы случайно перевернуть на себя ромашковый чай, чтобы воспользоваться ситуацией и переодеться, как мужчина произнес:
— Нет, я не люблю этого… Мне более по вкусу читать в одиночестве, так что, я хотел найти уютное место и…
— И нашли нас! — рассмеялась Лиза. Слишком громко и неестественно, она это поняла и почувствовала, как лицо заливается предательским густым румянцем.
Мужчина вздрогнул и что-то в его лице изменилось, он будто бы передумал продолжать знакомство. Был все так же учтив, но улыбка больше не наполняла его взгляд легким очарованием.
— Я, пожалуй, вернусь к себе и займусь чтением, — вежливо ответил он Лизе.
— С женой… прошептала Александра.
Лиза пнула подругу под столом, она слишком громко это сказала. И мужчина, судя по появившимся от улыбки глубоким ямочкам на щеках, ее прекрасно услышал. Чертики в его глазах заплясали еще сильнее. Однако, он оставил комментарий Александры без внимания и продолжал разглядывать девушек и улыбаться.
Лиза решила выйти из неудобной ситуации ни к чему не обязывающим вопросом: — А что вы читаете?
Мужчина перевернул обложку книги, пробежался по ней глазами, но не стал ничего отвечать, словно ему было все равно на название. Он вдруг вспомнил, что собирался уходить и заторопился.
— Не буду мешать, дамы. Хорошего вам дня!
Лиза расстроено помахала ему на прощанье и дождалась, когда он уйдет на достаточное расстояние, чтобы отругать Александру. Александра тоже этого ждала, так что едва его огромный зонт скрылся из виду, схватила Лизу за руку и притянула к себе, ее руки были такими ледяными, что Лиза вскрикнула.
— Что с тобой такое?
Александра же совсем не придала этому значения, она испуганно озиралась, будто бы боялась, что их разговор может быть услышан и нервно теребила волосы. Лиза только сейчас обратила внимания, что она вся трясется от нервной дрожи.
— Это он, понимаешь? — прошептала Александра и закрыла рот руками, как будто произнесла что-то очень страшное.
Лиза еще никогда не видела подругу в такой панике, ее лицо побелело и на висках вздулись маленькие венки. Лиза похлопала Александру по щекам, чтобы вернуть ей нормальный цвет лица и внимательно посмотрела в глаза.
— Успокойся, пожалуйста, выглядишь страшно! Кто он — мужчина твоей мечты? И что за нетактичные вопросы про жену, Александра! Ты его совсем отпугнула!
— Ты не понимаешь Лиза… Он… Она… Он появился тут… И у него жена. И он здесь…
Лиза отдернула руку и наполнила бокалы вином, вот уж точно прекрасное дождливое утро, остается только пить вино и успокаивать свой рассудок. И почему кому-то достаются такие мужчины, а кому-то нет?
— Давай уже пить. А потом пойдет с ответным визитом и заодно проверим, с женой он или нет. Хорошо?
Александра кивнула, но стала еще бледнее. Лиза не обратила на это внимания, она растворилась в собственных мыслях, интересно было бы посмотреть на жену этого прекрасного мужчины…
Скорее всего ничего выдающегося, у таких шикарных мужчин жены как на подбор — серые и ничем не примечательные, ни душой, ни телом, как говорится… Хотя, про жену он ничего не сказал, но точно женат, такие мужчины всегда женаты…
Она тяжело вздохнула и шумно отхлебнула вино. Язык защекотало от удовольствия и в желудке стало тепло и приятно.
Александра тревожно смотрела на гранатовую жидкость в своем бокале и не могла заставить себя протянуть руку, она чувствовала себя так, будто сошла с ума… и только что видела мужа Амелии.
Именно так она себе его и представляла, когда писала книгу, только в мыслях, а теперь он появился в реальности. Как такое возможно? И как сказать об этом Лизе?
«Если бы я был писателем, у меня бы вышла о ней великолепная книга. Картины говорят лучше любых слов, но они не всегда многословны… Именно поэтому люди часто не слышат художника, и тем самым портят весь смысл его работы.
И не важно, скудны ли их безжалостные суждения или напротив, излишне наполнены надуманными образами, в последнем случае это позор для автора, потому что он не достоин незаслуженной похвалы. Особенно, если бессовестно ее принимает.
Я всегда искренне завидовал тем художникам, которые не боялись выставлять свои произведения на широкую публику. Это же подобно обнажению души… И самое сложное, пережить неверное толкование смысла картины простыми обывателями и уважаемыми критиками. Кажется — обычный пейзаж, а за изображением берез у реки стоит целая жизнь.
И никому и дела нет до того, что среди этих берёз прошли важные моменты жизни одного человека, наполненные чистыми минутами юношеской любви, а потом растянулись тяжелыми годами разочарования.
Однажды знакомый художник рассказал мне про свою картину. На ней были изображены две берёзы у реки… Когда-то, возле них он признался в любви, девушке которую любил всем сердцем, а она в ответ лишь жестоко рассмеялась.
Он испытал страшное разочарование и обиду, но нашел силы жить дальше и возле этих берез дал себе обещание, что когда-нибудь обязательно завоюет ее сердце и душу…
После его откровений я почувствовал себя отвратительно, я видел в картине лишь деревья и реку, как и все остальные. И тогда мне стал ясен смысл названия — «Моя Анна».
Женщина умерла за несколько лет до выставки, и так и не узнала, что ей была посвящена не просто картина, а целая жизнь… И сколько подобных картин украшают известные галереи мира?
Я прекрасно помню, когда написал свою первую картину о рыжеволосой женщине.
Была середина осени и улица оделась в потрясающие оттенки октября. Соломенный, пурпурный, бордо… Я чувствовал себя как профессиональный сомелье в винном погребе с лучшими марками вин под рукой.
Цвет ее маленькой серой машинки потрясающе сочетался с цветом листвы дерева, у которого она ее парковала. Листва свисала над капотом яркими гроздьями, настолько сочными своим цветом, что дерево казалось ненастоящим. Будто бы кто-то намеренно пририсовал ствол и пушистую крону багряных листьев…
В детстве мне часто представлялось, что наш мир всего лишь чей-то кукольный домик и хозяин этого домика волен менять все по своему вкусу и желанию. Я вспомнил свои мысли, когда подошел к окну с чашкой кофе и увидел то дерево. Богом клянусь, если бы я был ребенком, то представил бы как ночью большой великан поставил дерево у машины.
Я уже был одет в рабочий костюм и с удовольствием глотал только что сваренный кофе.
Она вышла в привычное время и направилась к машине, что-то весело напевая себе под нос и очень долго копалась в лаковой зеленой сумочке, сумочка отлично сочеталась с высокими ботфортами точно такого же оттенка. Где она смогла такие найти, ума не приложу…
Оттенки не различались ни на тон, не на заказ же она сшила и то и другое? Если бы это оказалось правдой, я нашел бы ее еще более восхитительной.
Прекрасные колени рыжеволосой женщины были закрыты голенищами и затянуты чуть выше худых ровных чашечек тугими ремешками, и когда она делала шаги, под подолом платья показывались полоски бледной гладкой кожи. Материал приподнимался всего на несколько миллиметров, но это выглядело идеально.