Анастасия Бекей – Леди Даяда и кот Баюн (страница 2)
Даяда нахмурилась и снова повернулась в сторону камышей.
– Если ты не выйдешь, – серьезно и вкрадчиво сказала девушка, – то я вскипячу воду в этой реке, и ты сама выбросишься на берег, чтобы не свариться!
Раздался еще один всплеск, но на этот раз он был больше. Через пару секунд из воды показалась девичья голова с нежно-голубыми волосами. Бледное лицо, огромные синяки под глазами – вид у нее был уставший, больной, что, правда, никак не преуменьшало ее красоты. В девушке было что-то чарующее. И опасное.
– Чего сразу угрожаешь? – обиженно протянула она. Высунулась по пояс. Белое длинное одеяние, мокрое от воды, прилипло, четко вырисовывая каждый изгиб девичьего тела. Вельница перекинула длиннющие волосы со спины вперед, и вышла из воды, отжимая их руками. – Злая ты стала! – заявила она, присаживаясь на траву. – Привет, Харон.
Кот кивнул в ответ.
– Надо поговорить, – сказала Даяда, садясь с русалкой рядом. – Про сегодняшнюю ночь.
– А что ночь? – Вельница хитро на нее посмотрела. – Ночь Ивана Купалы. Будто сама этого не знаешь.
– Все так. И сегодня к тебе в гости явятся жители деревни, чтобы, по традиции, пустить по воде венки, искупаться… Могу я тебя попросить сегодня удержаться от превращения живых людей в бледных утопленников?
Вельница дернула плечом.
– Попросить ты можешь. Но с чего взяла, что я буду тебя слушать?
– Я же всегда к тебе хорошо относилась. Про родителей рассказала. Мази тебе носила. Уж могу же я просить и от тебя что-то в ответ. Тем более не так это и сложно.
– Ну-ну, ты просишь меня удержать мою сущность в узде. Легко тебе сказать. А мне каково будет наблюдать за всем этим шабашем из камышей? Нет, Даяда, не смогу я удержаться. Выше это моих сил. Против природы не пойдешь ведь, сама знаешь, – и русалка хитро посмотрела на девушку. Даяде этот взгляд не понравился – хоть она и относилась ко всей нечисти хорошо, рангом была всяко повыше.
– Тогда на мою благосклонность можешь больше не рассчитывать.
– Что мне она… – пробормотала Вельница, – когда тут такие дела творятся…
– Ты про что? – мурлыкнул Харон.
– Слухи по подводному царству ходят, – ответила русалка, – что намечается что-то очень важное, глобальное… Что-то скоро случится, и уж тебе тогда точно будет не до моих мелких пакостей.
– О чем ты говоришь? – напряглась Даяда.
– Да поговаривают, что в горе Семияге камень перерождающий нашли, – пробормотала Вельница, – да не просто перерождающий, а меняющий сущность. Все мы, нечисть, ведь мертвые. Кто-то дольше, кто-то не так давно, но суть одна. С помощью этого камня можно не просто силу огромную получить, но и существо свое изменить. Здорово, правда?
– Да слухи это все, – произнес Харон, поболтав лапкой в воздухе, – всегда про этот камень легенды ходили, но это всего лишь легенды. Нет в них правды.
– А если есть? Что если его действительно нашли? Ты вот, например, мог бы снова стать человеком.
Харон насмешливо посмотрел на Вельницу.
– Я всегда был котом, глупая.
– Что, правда? – расстроилась русалка. – А я думала, что тебя за какой-то проступок в кота обратили, ну там на триста лет или что-то вроде того.
Кот фыркнул, вложив в этот звук все свое пренебрежение и отношение к умственным способностям Вельницы. А Даяда задумалась.
– Даяда, если ты пообещаешь мне узнать правду про камень, то я не буду сегодня никого топить. – Русалка склонила голову набок и улыбнулась. Волосы слегка съехали на лицо, частично его закрыв. На девушку уставился один прозрачный глаз с мутным зрачком. – А коли не поможешь, – продолжила Вельница, – то всех до единого утопить попытаюсь. И не только этой ночью. И не только я. – Русалка самодовольно хмыкнула.
– Не боишься, что правда в реке сварю? – прищурилась Даяда. Харон рядом принялся недовольно помахивать хвостом.
– Мне все одно, – махнула рукой Вельница, – я же не живу, существую, нечистью поганой, мертвой, что мне твои угрозы. Со мной справишься – так другие деревню со свету сживут. А мне… мне терять нечего.
Какое-то время Даяда молчала – угрозы русалки были брошены таким равнодушным тоном, что девушка понимала – она не лжет, не хвастается. Ну вот и что в такой ситуации делать прикажете?..
– Откуда же мне все это выяснить, про камень? – нахмурилась Даяда. – Нет у меня властных друзей и знакомых. А мелкая нечисть и сама всей правды никогда не узнает. Только слухи да сплетни будет пересказывать.
– Да есть один, кто может тебе лишь истину поведать, – хихикнула Вельница. К ней вернулось благодушное расположение духа.
– И кто же это?
Русалка бросила быстрый взгляд на Харона. Тот встал и выгнул спину.
– Баюн это, – пробормотал он недовольно.
Глава 2 Споры да идеи
Даяда шла по полю, неистово отталкивая от себя налившиеся колосья. Высоко в небе стояло солнце, воздух был прогретым и теплым, но девушка ощущала себя словно в леднике. Все внутри противилось, кричало, билось…
Даже зная, что у нее совсем нет выбора, она пыталась это делать… Противиться…
За ней, по проделанной «дорожке» семенил Харон. Он выглядел довольно умиротворенно, и раздраженный вид подруги кота не пугал.
– Не пойду я к Баюну! – в ярости крикнула она. – Ни за что не пойду! Особенно после таких снов!
– Но ты ведь пообещала Вельнице.
– Только чтобы защитить деревню! У кого-то другого попробуем все выяснить.
– Да у кого же? Только один лишь Баюн всей правдой этого мира ведает. И всех других миров тоже. Нет на свете никого больше, кто тебе все сможет рассказать.
– У всех спросим, глядишь картинка и сложится.
Даяда вдруг резко остановилась, а кот, не успев затормозить, налетел ей на ноги и протестующе зафырчал.
– Чего встала столбом? – недовольно воскликнул он. – Чуть усы об твои ноги не пер-реломал!
– Впереди…
– Что там? Я, конечно, больше обычного кота в несколько раз, но ростом все равно не с человека. Я не вижу! Тут колосья почти с тебя по высоте!
– Там лес.
– И что?
– А кто в лесу живет?
Харон фыркнул.
– Да кто там только не жи-ивет! Можно чуть-чуть конкретнее, мрр?
– Кое-кто, кто с Вельницей в далеком родстве, – намекнула Даяда. Ее настроение стало стремительно улучшаться. Может и правда можно было бы обойтись без похода к огромному коту-людоеду, про которого до сих пор ходили по деревням страшные сказания да легенды?
– А, мавки, – отозвался Харон и потрогал лапкой усы, словно действительно была вероятность, что он их мог сломать. – Только ты не надейся особо на них, проку никакого не будет. Они еще более глупые, чем речные утопленницы. Если и услышат где правду, все равно переврут. Тем более большая часть мавок – дети.
– Я знаю, – кивнула Даяда. – Но есть там одна, которая ими всеми управляет. К ней и надо будет пойти.
Харон с сомнением покачал головой.
– Поверь мне, Даяда, ничего из этого не получится. Зря время потеряешь. Не дас-ст она тебе тех ответов, которые ты ищешь.
– Но попробовать стоит. Вдруг она мне подскажет, к кому сходить, у кого спросить?
– И она тебя к Баюну направит, не сомневайся.
Даяда раздраженно посмотрела на кота, а тот твердо выдержал ее взгляд: уж не первый год он жил подле этой своенравной девушки. Привык и к взглядам ее, и к речам.
– Я все равно поговорю с ней. Думаю, в разговоре уж она мне не откажет.
Харон облизнул лапку и провел ею по мордочке.
– Ты только про траву не забудь. – Серьезно сказал он. Даяда слегка раздраженно посмотрела на своего спутника.
– Ты серьезно? Говоришь об этом мне? Правда?
– Что ты нервная такая стала? – возмутился Харон. – Прямо как Вельница в самый худший день своей жизни!
– Если бы ты знал, что с ней было в тот день, ты бы так не говорил. – Даяде вдруг стало очень грустно. Она слишком хорошо помнила вечер, когда бездыханное тело красивой девушки вытащили из реки. При жизни Вельница была хорошей… А после… стала русалкой.